Мои грехи, моя расплата - Владимир Колычев

– Ремонт здесь надо сделать, у тебя, Ефим Аркадьевич, рука в этом плане набита. Ремонт из этих комнат конфетку сделает…

– И конфетки бывают убыточными… Парикмахерская здесь была, почему закрыли?

– Прибыли не приносила. Цены сейчас какие, даже «полубокс», и тот кусается…

– А людям стричься надо.

– Само собой.

– Ремонт можно сделать, – кивнул Ефим. – И оборудование новое завезем. Парикмахерскую откроем. Эконом-класса. Чтобы дешево и сердито…

Он предлагал простую, но эффективную схему – чем меньше цена, тем больше оборот. Лучше постричь десять человек за доллар, чем одного за пять… Ефим был почти уверен в том, что эконом-парикмахерская будет приносить не меньший доход, чем дорогой салон красоты. Он сам произведет предварительный расчет, отдаст его на уточнение специалистам, а эксперимент уже покажет, прав он был или нет. Кафе-быстрó в этом месте будет убыточным, а парикмахерская – самое то…

– Значит, берешь, – сделал вывод чиновник.

– Да.

– Тогда завтра подъезжай, обсудим…

Мужчина уехал, а Ефим решил задержаться – обойти помещение, еще раз взвесить «за» и «против». Еще не поздно отказаться.

Он подошел к окну, глянул на улицу. Высотные дома, детские площадки, матери с колясками, бабки с моськами. И мужиков много, будет кому ходить в парикмахерскую за быстрым «полубоксом» с «канадкой».

– О чем задумался, старче?

Он вздрогнул, услышав за спиной знакомый голос. Обернулся и увидел Ларису. Прическа с эффектом «мокрой химии», роскошный кожаный плащ, стильный шелковый шарфик. Красивая, свежая и цветущая женщина. Глаза живые, страстные…

– Почему старче? – удивленно спросил он.

– Потому что золотую рыбку ловишь… Что там у тебя за окном, океан?

– Нет. И золотой рыбки тоже нет.

– А я не похожа на золотую рыбку?

– Есть что-то… – улыбнулся он. – Как ты здесь оказалась? По волшебству?

Месяца три Лариса не давала о себе знать. Ефим уже стал забывать об их встрече. Но вот появилась. И, глядя на нее, он не знал, радоваться или огорчаться.

– По волшебству, – в том же тоне отозвалась Лариса. – Захотела тебя увидеть и оказалась здесь.

– А если серьезно?

– И если серьезно, захотела тебя увидеть. А как узнала, что ты здесь?.. Так и узнала. Захотела узнать и узнала… Ты не оставил мне ни адреса, ни телефона…

– Забыл, наверное.

– Ты меня забыл, Болотов. Ты решил, что я тебе не нужна…

– У меня жена, у тебя – муж.

– От хорошей жены любовниц не ищут, – колко усмехнулась Лариса.

– Так я и не ищу…

– А Вика?.. Варчук Виктория Захаровна, – уточнила она.

– Ты и это знаешь? – оторопело протянул Ефим.

– А мне делать в Москве нечего. Когда Болеслав здесь, еще ничего, а когда его нет, скучно.

– Ты следила за мной?

– Скажем так, наводила справки.

Она почти с нежностью смотрела на него, но жесткий изгиб ее губ наводил на тревожные мысли.

– Зачем?

– Из интереса… Тогда в ресторане ты водил меня за нос, а я женщина любопытная, мне все нужно знать. Для начала я запомнила номер твоей машины… Только ты не думай, мужу я ничего не говорила…

– Мне все равно, – пожал плечами Ефим.

– Да нет, не все равно, – едко улыбнулась она. – Ты не трус, но Болека ты боишься… Он очень страшный человек, и ты это понимаешь… А ты не страшный. И в криминале, скажем так, не состоишь. Нет за тобой крутых бригад, которых мог бы испугаться Болек. А если бы и были, он бы все равно не испугался…

– Ты следила за мной, чтобы сказать мне об этом?

– Я следила за тобой, потому что хочу про тебя все знать… Что ты собираешься здесь открыть? – Она взглядом обвела бывший женский зал. – Столовую?

– Нет, парикмахерскую. Для обычных людей…

– Я думала, столовую… Не думала я, что на этом так можно подняться. А ты лихо развернулся, молодец… Только не говори, что ты ночами не спишь, думаешь о простых людях, которых нужно накормить и обогреть…

– Ночами я сплю.

– И обогреть тебя некому.

– Кто тебе такое сказал? – встрепенулся Ефим.

– Я разговаривала с твоей Викой… Она про меня тебе ничего не говорила?.. И не скажет. Потому что боится…

– Тебя боится?

– Да.

– Ты недалеко ушла от своего мужа, – ехидно усмехнулся Ефим. – Он тоже любит, когда его боятся. Вся его сила на страхе держится…

– Мне совершенно все равно, боится она меня или нет… – ничуть не оскорбившись, но все же с недовольством сказала Лариса. – А бояться она должна, потому что я застукала ее с другим мужчиной…

– Что?! – чуть не задохнулся от возмущения Ефим.

– Да, представь себе. Ты у нее по вечерам бываешь, а ночью к ней хахаль ходит. И они вместе смеются над тобой…

– Да, не ожидал я от тебя такого!

– Того, что я за твоими бабами слежу? Поверь, я и сама от себя этого не ожидала. Но мне понравилось. Должен же быть какой-то азарт в жизни…

– А от вранья ты тоже азарт испытываешь?

– Это не вранье, это правда. Не скажу, что святая, но правда… Про твою Дану ничего не могу сказать. В связях, ее порочащих, замечена не была. Разве что…

Лариса запнулась, окатив его насмешливым взглядом.

– Что не так? – похолодел Ефим.

– Тебе не кажется, что это очень серьезный разговор? А мы стоим здесь, в этой тошной пустоте, где даже присесть негде… Мы бы могли поехать в ресторан. Как в прошлый раз. Сначала поговорим о деле, а потом ты можешь рассказать мне о пустяках: мне все интересно, что ты говоришь…

Ефим согласился. Но разговор, который начала Лариса, продолжился уже в машине. Удобно устроившись на пассажирском кресле в его «Мерседесе», она достала сигарету, закурила.

– Твоя Дана не курит? – спросила она.

– Раньше курила, сейчас нет…

– Не курит. И сигареты не покупает… Но покупает кое-что другое…

Ефим хотел спросить, что покупает Дана, но вопрос застрял в горле.

– Гормональные она покупает. Слышал про гормональную контрацепцию?.. Не хочет она тебе ребенка рожать…

– И это все? – облегченно вздохнул он.

– А тебе этого мало?.. Ну да, у тебя уже как бы есть ребенок….

– Как бы?

Лариса не переставала удивлять его. И от этого становилась все более неприятной.

– Ты уверен, что твоя Вика родила от тебя?