Дополнительное расследование (т.2) - Леонид Юрьевич Шувалов

Стасику показалось, что Сергей усмехнулся. Он подошел вплотную, схватил за воротник рубашки, прошипел:

— Весело тебе?

Сергей рванулся, но занести руку для удара не успел. Коротким, резким движением Стасик подцепил его нос вверх. Жгучая боль омрачила сознание, заставила обмякнуть, заплакать.

— Кто вывез вагон лука? — глядя на залитое кровью лицо водителя, спросил Стасик.

— Не знаю, — простонал Сергей. — Не знаю я того мужика...

Стасик словно клещами стиснул его плечо:

— Еще скажи, не знаешь, куда вез!

— На рынок! — в отчаянии выдохнул Сергей.

— Кому там сдали?

Сергей затравленно забегал взглядом. Этого было достаточно, чтобы Стасику стало ясно — водитель раздумывает, говорить или молчать.

— Придется продолжить, — вздохнул он, словно жалея распростертого на земле окровавленного человека. — Ради твоего здоровья...

— В «Бюро добрых услуг» сдали...

— Кому?

Приложив грязную ладонь к разбитым губам, Сергей нехотя ответил:

— Ленка там работает... ей.

Стасик оттолкнул его, подошел к кабине, вынул монтировку. Глаза водителя расширились от смертельного ужаса, пот струями хлынул по лицу.

— Не надо! — на надрывной ноте завопил он, отползая от Стасика.

Тот усмехнулся:

— Вставай, поехали... Никто тебя убивать не собирается. Меры предосторожности, как говорит один мой знакомый...

Водитель боязливо посматривал, не торопился подниматься с земли. Стасик беззлобно рассмеялся:

— Вставай! Лицо вытри и поехали. Времени нет.

Сергей, прихрамывая, добрел до кабины, вытащил из-под сиденья большую фляжку, принялся неуклюже плескать воду на ладонь и размазывать по лицу кровь.

— Давай полью, — предложил Стасик.

— Обойдусь, — сплюнув, буркнул тот.

— Твое дело, — согласился Стасик. Когда они уселись в кабину и Сергей окончательно пришел в себя, он протянул ему пачку «Мальборо»: — Кури.

— Свои имеются! — огрызнулся водитель.

— Обиделся, — утвердительно и даже с некоторым сочувствием произнес Стасик. — Ничего не поделаешь, такая уж наша жизнь рисковая. Не знаешь, откуда прилетит... Се ля ви...

Руки Сергея подрагивали, в паху ныло, болела спина. Машину он сорвал с места так, словно был не водителем-профессионалом, а новичком-автолюбителем. Вырулив на шоссе, он буркнул:

— Зачем бить-то сразу?

Стасик ненадолго задумался, проговорил рассудительно:

— Как же мне было поступать? Спроси тебя по-хорошему, ничего бы не сказал, а монтировка у тебя под рукой...

Некоторое время они ехали молча. Внезапно Стасик расхохотался от пришедшей в голову мысли:

— Как говорится, с волками жить, по-волчьи выть!

Сергей хмуро посмотрел на него, ничего не сказал.

Появился указатель — «КДП». Сергей не отказал себе в удовольствии:

— Сейчас остановлю рядом с гаишником и сдам тебя к чертовой матери.

— Не сдашь, — лениво произнес Стасик. — У самого рыло в пуху. Такие, как ты, не сдают... Ты же ментов пуще меня боишься. Подумаешь, морду ему разбили... Заживет. А вот если они тебя законопатят, неизвестно, когда выкарабкаешься... Так что утрись, езжай спокойно.

— Чего я такого сделал, чтобы меня законопачивать? — кисло хмыкнул Сергей.

— Тебе лучше знать... Лук, поди, не задаром возил.

— Можно подумать, он государственный.

— А ты не думай, — ощерился Стасик. — Крути баранку и не думай. Понял?!

Указатель требовал снизить скорость, что Сергей и сделал не без определенного злорадства. Мстя за свое унижение, он медленнее, чем принято, миновал стеклянную будку контрольно-диспетчерского пункта ГАИ. Его глаза все время зло косились на пассажира, но тот даже не изменил позы.

Только когда пост остался позади, Стасик небрежно проговорил:

— Зря старался. Нервишки у меня крепкие... Больше так не шути, а то прилетит откуда-нибудь из-за угла...

Сергей отмолчался.

Едва машина влилась в плотный поток городского транспорта, Стасик попросил:

— Притормози. Скучный ты какой-то, надоело мне с тобой.

Уже спрыгнув на землю, помедлил:

— Задаток можешь себе оставить.

— Спасибо, благодетель, — юродствуя, поклонился водитель.

— Запомни, Серега, что если ты меня вдруг забудешь, я не обижусь, — с ухмылкой намекнул Стасик.

— Такие встречи не забываются, — язвительно отозвался Сергей.

— Твои проблемы... Хоп, приятель!

Стасик захлопнул дверцу, поймал подвернувшееся такси.

Оставшись в кабине один, Сергей долго и вдохновенно ругался вслух. И это немного успокоило. Он подумал, что надо бы предупредить Землянского, но решил, что делать этого не обязан... Где-то в глубине души возникло смутное ощущение, что слово свое он сдержал не до конца, все-таки выдал, кому сбыли лук. Однако тут же пришла спасительная мысль: Землянского он не назвал, а насчет той красотки с рынка никакого уговора не имелось...

Прокрутив это соображение несколько раз, приплюсовав к нему полученную ни за что ни про что крепкую взбучку, Сергей пришел к выводу, что сполна рассчитался с Землянским.

— Все... Даже думать забудь о луковых делах, — вслух наказал себе Сергей. — Слишком горькие они выходят...

34

Послушавшись совета довольного исходом дела Курашова, Стасик решил сначала навести справки об этой Ленке из «Бюро добрых услуг», а уж потом встретиться с ней самой.

Среди продавцов фруктов он отыскал человека с внушающей доверие ему, но не остальным гражданам физиономией, заговорил с ним по-таджикски. Парень прервал его:

— Слушай, дорогой, я из Азербайджана, по-вашему плохо понимаю. Давай по-русски.

— Познакомиться хочу, — разулыбался Стасик. — Я из Ленинабада, Шухрадом зовут.

— Рафик, — представился парень.

Стасик оглянулся по сторонам, понизил голос:

— Давно здесь обитаешь?

— У тебя товар, что ли, есть? — предположил Рафик. — Не темни тогда, говори, сколько и почем?

— Приглядываюсь пока, — уклонился от прямого ответа Стасик.

— Приглядывайся, — Рафик поджал губы.

Стасик не обратил на это внимания:

— Ленку из бюро знаешь?

— Элен?.. Конечно.

— Хорошая женщина, — поцокал языком Стасик.

Не желая говорить с новым знакомым о делах, Рафик с удовольствием подхватил:

— Сладкая...

— Пробовал? — усмехнулся Стасик.

Сокрушенно покачав головой, Рафик ответил:

— Не-ет... Она смуглых не любит.

— И никакой надежды?

— Какая надежда?!. У нее и башка другим занята, — ответил Рафик, сообразил, что невольно перешел на то, о чем не стоило бы распространяться, и посетовал: — Замуж ей надо.

— Одна живет? — удивился Стасик.

— Муж был, ревновал страшно. Одна осталась.

— С детьми?

— Откуда дети?! Одна, — сказал Рафик и, заметив близоруко склонившуюся к прилавку старушку, громко зачастил: — Бери, мамаша, яблоки, не пожалеешь, сладкие, как мед, железа много, полезные!

Старушка недоверчиво покрутила яблоко в