Роковое место - Михаил Черненок

На огражденной металлической ажурной решеткой автостоянке у роскошного офиса спортивного фонда «Парус» выстроился ряд японских джипов, сиявших под ярким утренним солнцем глянцевитой полировкой. Среди них выделялись прогонистый серебристого цвета «Мерседес-600» и вальяжная темно-вишневая «Ауди». Припарковавшийся рядом УАЗ горпрокуратуры выглядел тупорылым уродом, нахально присоседившимся к благородной компании заморской чудо-техники, вызывающе гордо подчеркивающей состоятельность своих владельцев.

– Машина Хватова здесь, – глядя на госномер «Ауди», сказал Лимакин. – Значит, Виталий Осипович находится в офисе.

– Ты, Петр, сразу займись с ним. Я тем временам побеседую с главбухом, – ответил Бирюков.

Главным бухгалтером фонда оказалась Раиса Алексеевна Трубенева – женщина лет сорока с волевым, словно высеченным из камня лицом и строгим командирским голосом. Если в молодости она занималась спортом, то, судя по ее монументальной фигуре, наверняка метала диск дальше всех спортсменов мира или с таким же успехом выходила победительницей на международных соревнованиях по толканию ядра.

Не дожидаясь, пока Бирюков сядет на предложенный стул, главбух сразу заговорила:

– Гибель Федора Павловича вместе с шофером показалась для нашего коллектива страшнее взрыва атомной бомбы. До сих пор все сотрудники находятся в шоке. Это какой-то загадочный кромешный мрак.

– Раиса Алексеевна, – сказал Бирюков, – заказных убийств без причины не бывает. Видимо, у Чешуякова с кем-то возникла серьезная проблема, которую враждующая сторона надумала решить таким вот жестоким способом.

– Вы уверены, что убийство заказное?

– К тому есть веские основания. Их пока нельзя разглашать, но поверьте, что это так.

– Странно, очень странно… – Трубенева помолчала. – Фирма наша ни с кем не конкурирует, финансовых долгов мы не имеем. Нам тоже по-крупному никто не должен. За кредитами сейчас не гоняются. Битва из-за них, как в былые годы, не ведется. В газетах читала, что, бывает, жены заказывают киллерам ликвидацию ненавистных мужей. Это тоже отпадает. Супруги Чешуяковы жили в ладу. Федор Павлович был заботливым семьянином.

– А как вы оцениваете его отношения с Владой Багиной?

– Как деловые. Чешуяков ценил Багину за светлый ум и добросовестное исполнение обязанностей секретаря-референта.

– Сплетен о них в коллективе не было?

– Нет. Такое же внимание Федор Павлович проявлял и к другим способным сотрудникам. Да и вообще у нас не принято перемывать косточки друг друга.

– Чем было вызвано намерение Чешуякова участвовать в губернаторских выборах?

– Непредсказуемостью политической ситуации в стране и развалом Новосибирской области, у руля которой четыре года назад оказались бездарные люди.

– Он надеялся выправить положение?

– Чешуяков был дальновидным хозяйственником и умелым организатором.

– На участие в выборах нужны немалые деньги. Федор Павлович был уверен в том, что, потратив солидные средства, достигнет намеченной цели?

– О сомнительной трате средств на трудно достижимую цель я говорила Чешуякову в глаза. Он улыбнулся: «Раиса Алексеевна, цель не оправдывает средства, она оправдывается средствами».

– Коллектив фонда как относился к такому намерению шефа?

– Своих намерений преждевременно Чешуяков не разглашал. Кроме него, об этом знали только я, как главный бухгалтер, да Влада Багина, которой предстояло стать доверенным лицом.

– Но знает еще и Хватов.

– Странно… Вероятно, Виталию проговорилась Влада.

– Она, кажется, была его женой?

– Точнее, сожительницей.

– В связи с тем, что Чешуяков благоволил к Багиной, Хватов не затаил на Федора Павловича камень за пазухой?

– Да что вы!.. Таких «жен», как Влада, у Виталия косой десяток с большим гаком. Закоренелый состоятельный холостяк пользуется неимоверным успехом у молодых женщин.