Тайна наследницы - Борис Бабкин

Марецкий быстро поднимался по крутому склону. На вершине сопки должна быть Тумина. Она заезжала два часа назад и, оставив машину, сказала, что пойдет сюда фотографировать осенний пейзаж. Марецкий остановился и прислушался. Уловил голоса. Пригнувшись, бесшумно двинулся вперед.

— Короче вот что, сучка, — говорил один, — отсидимся в пещерах, они про них не знают, и вода там, следов не будет. Дернешься — прирежу. Хотя ты нам, вообще-то, живой нужна. С заложницей легче с ментами базарить. Если повезет, до железки нас дотащишь, там расстанемся.

— Короче, Шнифт, — заговорил второй, — они на Старичка клюнули, он их на Черную увел. Давай к пещерам, потом видно будет.

— Иринка! — крикнул вылезая из кустов Виктор. — Мы тебя к обеду ждем. А это твои знакомые?

— Дернешься — пристрелю, — направив на него ИМ, предупредил небритый.

Второй поднял обрез двуствольного охотничьего ружья.

— Тут жиганы. Медведя валят.

Виктор рванулся вперед и влево. Пуля прошла мимо.

— Не стреляй, Клешня, — заорал тот, что с обрезом. — Услышат. Мы его так кончим. Заодно и прикинешься. Размерчик почти твой. — Он прижал к горлу бледной Ирины острие ножа. — Дернешься, сука, я ей горло перережу.

— Да вы чё, мужики, — немного развязно, с блатной интонацией заговорил Марецкий. — На кой понты колотить. Вас там солдатня шарит. Я по тропинке вас проведу, под скалами. Выйдем на элеватор. Там подстанция старая, отсидитесь в ней для надежности, а вечерком за работягами микроавтобус придет, с ними и уедете. Они тоже срок тянули, так что все путем будет.

— Где чалился? — задал вопрос небритый.

— На Талой, — ответил Виктор. — Семерик оттащил. За мусора, — усмехнулся он. Ирина с удивлением смотрела на него. — Короче, прячьте волыны, но так, чтоб выхватить сразу можно было, и покакали. Если солдатики, то троих так, без шума, уделаем. У меня к ним свои претензии. — Он криво улыбнулся.

— Ну смотри, фраерок, — отпустив Иру, кивнул тот, что с обрезом. — Малейшее, и обоих положим.

Резким ударом ноги Марецкий выбил пистолет из рук небритого и упал на спину. Жакан из обреза пролетел над ним. Второй бандит получил удар в голень и, взвыв, согнулся. Тумина, отскочив, схватила палку и сильно ударила его по голове. Марецкий кулаком уложил шатавшегося бандита на землю.

— Вяжи ему руки, — бросил Ирине свой ремень Виктор. — Петлю сделай и стяни кисти. На выстрел должны среагировать. — Увидев бегущих к ним солдат, поднял руки. — Я старатель, свою любимую спасал.

— Я журналистка Тумина, — показала удостоверение Ирина и, сделав несколько снимков лежавших бандитов, подошла к Виктору, обняла его и закрыла глаза. Марецкий, покосившись на солдат, начал целовать ее в губы.

— Извините, — услышали они, — это вы ему ногу сломали?

— Мы, — не отпуская шею Виктора, сказала Ирина.

Подбежал майор.

— Взяли?

— Да вот они, собственно, и взяли, — кивнул на целующихся прапорщик.

— Извините, что помешал, — начал было майор. — Должен выразить вам…

— Оставь себе благодарность, Махуров.

Марецкий отвернулся. Майор застыл с удивленной улыбкой. Ирина даже успела сфотографировать его.

По дороге к месту, где работали золотодобытчики, спросила:

— Ты его знаешь?

— Сидел в его колонии. Гад, если коротко.

— Но очень понятно, — засмеялась она. — Почему тебя зовут Капитаном?

— Я бывший капитан ВДВ, — сказал Марецкий. — Осужден трибуналом на восемь… Об этом как-нибудь позже. Дело пересмотрели, и я отсидел два года с небольшим. За это время от меня ушла жена, вместе с квартирой в Москве, — смущенно добавил он. — Как женщина она мне нравилась. Ее брат погиб в Афгане, я нашел ее и привез в Москву. Перед Чечней расписался… — Он махнул рукой. — Я ни о чем не жалею.

Ирина внимательно глядела ему в глаза. Тихо спросила:

— Это ее муж недавно убит?

Виктор вздохнул.

— Знаю, что это не ты, — кивнула Тумина. — Я почему-то была уверена, что появишься ты и все будет хорошо. Но когда ты начал вести себя как-то по уголовному, извини… — она прижалась к нему. — Мне на мгновение показалось, что все это спланировано.

— По-другому не получилось бы. У них было оружие, — объяснил Виктор.

— Ты теперь просто обязан жениться на мне, — вполне серьезно проговорила Ирина.

— Я обдумаю это, — также серьезно отозвался Марецкий.

— Я нравлюсь тебе? — тихо спросила. — У меня не было мужа, но я жила, как принято говорить, гражданским браком полтора года. Он немец, из Берлина. Тоже журналист. Я знаю два языка, английский и чуть хуже немецкий, и одно время работала…

— Зачем мне все это, — перебил ее Марецкий. — Я, можно сказать, недавно освобожденный уголовник. Ни жилья, ни профессии. У меня нет будущего. До весны я должен быть здесь. Не самое лучшее место, но меня устраивает. По крайней мере спокойнее, чем в Москве.

— Ты поставил на своей жизни крест? — удивилась Ирина. — Тебе сорок два года…

— Тридцать девять, — поправил он. — А при чем тут возраст?

— Ну как же! Настоящий мужчина должен построить дом, посадить дерево и обязательно оставить потомство. Знаешь, мне очень нравится твоя фамилия, и я буду Марецкой. Ирина Игоревна Марецкая, — с удовольствием выговорила она.

Марецкий покачал головой.

— Еще одного предательства я не переживу. Жена изменила, предала. Я получил срок в Чечне, хотя не был виноват. Родина, которая научила меня воевать и которая за это умение дважды награждала, посадила меня в тюрьму…

— Марецкий, — остановила его Ирина, — я не буду жалеть тебя. Через все это ты уже прошел, прошел сам и все вынес. Могу сказать одно. Я никогда ни в чем не обману и тем более не предам тебя. Давай все решим весной. Если тебе нужна будет супруга, не просто женщина для любовных утех, а женщина-хозяйка и мать твоего ребенка, тогда мы поженимся. Если нет, я просто исчезну из твоей жизни. Да и сейчас я особо, то есть специально, не стану попадаться на глаза. Но если вдруг тебе будет плохо, вспомни обо мне. А сейчас проводи до машины, мне пора ехать.

Виктор внимательно смотрел на нее.

— Я попрошу только об одном. Не ври мне. В свою очередь я заверяю, что делать подобного не буду.

— А разве ты умеешь обманывать? — рассмеялась она. — Ты и ложь не совместимы. — Ирина подхватила его под локоть. — Раз уже так все сложилось, попробую успеть первой сдать в газету материал о задержанных беглецах.

— Когда увидимся? — спросил Виктор, когда Ирина садилась в машину.

— Не знаю, — вздохнула она. — Видите ли, господин Капитан, я зарабатываю на жизнь своими сенсациями. Меня так и зовут «Мадам сенсация». Сейчас мне не дает покоя наследница. Я не все узнала и поэтому лечу в Штаты. Кажется, я написала то, что кому-то было нужно, а я не люблю, когда меня используют. — Строгое выражение лица неожиданно сменила застенчивая улыбка. — Все-таки я бы с удовольствием стала твоей женой, Капитан, — сказала Ирина и тронула машину.