Гоп-стоп по-испански - Александр Чернов

— Ну, что у тебя, Игорь? — вновь раздался в наушнике голос Егора.

— Попробую что‐нибудь придумать, — пообещал я. — Только не мешай мне пока своими вопросами.

Подпрыгнув, я ухватился обеими руками за раму нижней части форточки.

— Хорошо, — пообещал Тепляков и отключил связь.

Слава богу, а то говорит что ни попадя под руку. Я подтянулся, поставил одну ногу на подоконник, затем вторую и, перевесившись вовнутрь, дотянулся до поворотной ручки, повернул ее, и окно открылось. Я проскользнул в сторожку и замер с бешено стучащим сердцем. Мне почему‐то чудилось, что охранник притворяется, не спит и, только я сделаю шаг по направлению к нему, вскочит с кресла и с разворота звезданет мне прямо в челюсть огромным кулачищем. Но нет, охранник спал беспробудным сном, все также положив голову на руки.

Оставалась самая неприятная часть задуманного мной плана. Я подошел к охраннику, готовый в любой момент при малейшем движении с его стороны врезать ему так, чтобы он, если не уснул от усыпляющего газа, вырубился от удара моего кулака, осторожно провел рукой по карманам, пытаясь нащупать ключи, но ни в карманах брюк, ни рубашки их не оказалось. «Что ж за невезуха такая», — подумал я уныло и уже собрался выйти из комнаты, как вдруг сообразил. Рискуя разбудить охранника, расцепил его руки и выдвинул их немного вперед. Напрасно я беспокоился за сон охранника. Даже когда голова его, соскользнув с рук, со стуком ударилась о стол, он не проснулся — наркоз был сильным. Предположение мое оказалось верным — связка ключей, вернее, колечко от связки ключей было надето на палец правой руки. Пришлось немного повозиться, прежде чем я сумел снять его, но мои старания увенчались успехом, и вскоре связка, где висел и заветный ключик от калитки в воротах, находилась у меня в руках. Я закрыл окно, форточку и, распахнув дверь, вышел на улицу.

— Все в порядке! — включив микрофон, сообщил я наверняка ждавшим моего сообщения товарищам. — Ключ от калитки у меня в руках, сейчас открою.

У Егора вырвался вздох облегчения, вздохнул с облегчением и я — дело, кажется, налаживается. Подойдя к калитке, перебрал несколько ключей, нашел нужный, открыл замок и бросил в эфир:

— Все! Вход открыт. Командуй дальше, Егор!

Тепляков только и ждал этих слов.

— Первыми пойдут сестренки, — сказал он с готовностью. — Вы меня слышите, девочки?

В наушнике щелкнуло — это подключилась Женя.

— Да, — сказала она.

— Слышим, — вторила ей Лерочка.

— Площадь пересекаете по одной, — продолжал распоряжаться Егор. — Когда окажетесь во дворе собора, дадите мне знать.

— Ладно, — отозвались два девичьих голоса.

Я приоткрыл дверцу, чтобы сестренкам было проще ориентироваться, куда именно бежать, и выглянул наружу. Из темноты, там, где начиналась трехметровая стена с арочными проемами, в которых стояли статуи, вынырнула девичья фигура, одетая в черное, и скорым шагом двинулась через площадь к воротам. На пустынном пространстве в желтоватом свете фонарей ее темная фигурка казалась демонической.

«Дьяволица! — мысленно усмехнулся я. — И куда ж тебя в храм несет‐то?»

Следом за ней припустила через площадь тоже одетая во все черное Валерия. Девушки проскользнули в калитку, и я услышал в наушнике голос Жени:

— На месте!

— Отлично! — чуть ли не ликуя, воскликнул главный «бес», руководивший нашей дьявольской компанией и, судя по хлопку и сухому шелесту, раздавшемуся в наушниках, от радости потер руки. — Женя, поднимаешься на левую террасу второго этажа, Лерочка — на правую, и начинаете поочередно заклеивать изолентой датчики движения. Когда закончите, дайте знать. А сейчас к собору отправляется Саша Смольникова.

В ухе раздался щелчок, и тут же голос моей подружки:

— Иду.

Я продолжал наблюдать за площадью. Из темноты вынырнула еще одна дьяволица и скорым шагом стала пересекать открытое пространство перед воротами церкви.

— На месте! — несколько минут спустя доложила Саша.

— Пошел Николай Сильвестров, — скомандовал «дьявол», засевший в гостинице.

На борова, шедшего через площадь, я любоваться не стал. И калитку распахивать перед ним даже не подумал, не барышня, чай. Оглянулся на двор собора. Лучи большей части датчиков движения уже погасли, девушки продолжали медленно подбираться к следующему датчику и заклеивать окошечки, откуда подавался импульс.

— Я на месте! — пробубнил ввалившийся в калитку, словно медведь в берлогу, Сильвестров.

— Следующей идет Маша Тропинина, последним — Михаил Березин! — скомандовал Тепляков.

Наконец погасли последние инфракрасные лучики датчиков движения, и девицы доложили:

— Мы закончили!

Вход во вторую половину двора был свободен.

— Саша и Михаил отправляются по местам! — продолжал руководить нами Егор. — Саша, после того как отключишь сигнализацию, дай знать. Николай, запомни, пожалуйста: отключаешь электричество только тогда, когда я дам на это команду! Иначе сработает сигнализация!

— Да понял я, понял! — проворчал Сильвестров, трогаясь вместе со Смольниковой через двор к противоположному его концу.

Приблизившись к собору, Саша свернула налево в закуток, где находился щит со скоммутированной на нем системой сигнализации, а Сильвестров — вправо, в щитовую. В это мгновение во двор вошла Мария Тропинина и доложила:

— На месте!

— Когда подойдет Михаил, Маша, — продолжал командовать Тепляков, — возьмешь у него баллончик с газом и встанешь у двери в комнату охранника. Я так понял, она открыта, Игорь? — спросил он меня.

Я подключился к разговору.

— Да, Егор, открыта!

— Будешь наблюдать за охранником, — сказал Егор Маше, — и, если он очнется, брызнешь в комнату еще усыпляющего газа.

— Поняла! — отрапортовала женщина‐хлорофитум.

— На месте! — доложил последний ввалившийся в калитку участник нашей операции Михаил Березин, который, как я понял, прятался в ближайшей нише забора рядом со статуей, ибо именно он сумел незаметно прокрасться к окну охранника, вспрыснуть в помещение усыпляющий газ и отойти к ближайшему укрытию. Он, разумеется, слышал разговор и с ходу сунул Тропининой в руки баллончик с усыпляющим газом.

Женщина, взяв его, подошла к сторожке и сквозь стеклянную дверь уставилась на охранника, продолжавшего безмятежно спать.

— Готово! — доложила Смольникова, отключившая сигнализацию.

Насколько я знаю по рассказам Саши, Егор довольно подробно и понятно объяснил ей и показал на фотографии щитка, как следует отключить сигнализацию, и теперь с помощью собранного Егором приспособления она сумела отключить ее.

— Николай вырубает электричество, — вновь раздалась команда, будто из преисподней, — а Игорь и Михаил выдвигаются к воротам собора.

Повернув в замке калитки ключ, на всякий случай, мало ли кто вдруг толкнется в нее с наружной стороны, я следом за Михаилом двинулся через двор. Надо сказать, все наши действия происходили на удивление организованно, слаженно, будто мы не раз их репетировали. И, тем не менее, когда