Звон смерти - Фредерик Браун

– Постой!

Я остановился и оглянулся. Ко мне бежал полицейский. Он спросил меня:

– Мы уже записали твое имя?

– Нет, – ответил я. – А что произошло?

Дядя Эм подошел к нам с другим полицейским. Тот только что отпустил кого-то из наших. У первого полицейского в руках были блокнот и карандаш.

– Твое имя?

– Эд Хантер. А что здесь происходит?

– Ты работаешь здесь? Я кивнул.

– А почему вы спрашиваете?

Он записал мое имя в блокнот, но ничего не ответил. Потом опять поднял на меня глаза и спросил:

– Чем ты занимаешься здесь?

В этот момент дядя Эм, стоявший рядом, слегка толкнул меня локтем, чтобы я помолчал.

– Он работает со мной, господин полицейский. Это мой племянник. У нас тут балаганчик с аттракционами. Мы готовы отвечать на ваши вопросы хоть до будущей недели. Но вполне естественно, что нам хотелось бы знать, что, собственно, произошло. Мы только-только проснулись. Если вы на минутку прервете ваши вопросы и соблаговолите объяснить нам причину переполоха, мы будем вам очень благодарны. Да и дело от этого только выиграет, потому что мы сможем ответить на ваши вопросы гораздо обстоятельнее.

Полицейский улыбнулся:

– Ладно, приятель, твоя взяла. Этой ночью убит негритянский мальчик, некий Брукер Т. Брент. А теперь скажи мне твое имя.

Дядя Эм назвал себя, полицейский сделал отметку в блокноте.

– Ну хорошо, я буду спрашивать вас обоих. Выходили ли вы сегодня ночью за пределы ярмарки?

Дядя Эм ответил отрицательно. Я собрался было соврать, но передумал.

– Я ходил в бар за несколько кварталов отсюда.

– К Фелтнеру?

Я ответил, что не знаю имени хозяина, но что бар находится в нескольких кварталах к северу от центрального входа. Он кивнул головой.

– А в котором часу?

– Я не обратил внимания, но, наверное, где-то после полуночи. Скажем, около часу ночи. Мы посидели там полчаса и вернулись на ярмарку.

Он хотел узнать, кто был со мной, и я назвал Эстеллу.

– Ты знаешь убитого малыша?

Я покачал головой, но тут вмешался дядя Эм:

– Конечно, он его знает, но только под другим именем. Это Негро.

– О господи! – вырвалось у меня.

Почему такое случилось именно с Негро? Он был такой забавник, так чудесно бил чечетку, был таким хорошим парнишкой. Невозможно себе представить, что он мертв!

Но полицейский подтвердил:

– Да, именно под этим именем он фигурировал на афишах: Негро. Когда вы его видели в последний раз?

Я подумал и ответил:

– Где-то ближе к вечеру. Я проголодался и пошел перекусить. В негритянском балагане как раз начиналось представление: зазывала уже стоял на эстраде. Негро был рядом и танцевал, когда я проходил мимо.

– Ты видел его после закрытия?

– Нет.

Дядя Эм сказал примерно то же, что и я: в последний раз он видел мальчика, когда тот танцевал на эстраде. Но он его видел чуть раньше, чем я, потому что мы ходили есть по очереди, чтобы не закрывать балаган.

– Хорошо, – сказал полицейский. – А где стоит ваш балаган?

Дядя Эм указал ему нашу палатку.

– Кто-нибудь еще работает с вами?

– Нет, нас только двое.

– Вы всегда ночуете на ярмарке?

– Да, в палатке позади балагана.

– Ну Ладно, я записал ваши данные: Эмброз Хантер, Эд Хантер.

Когда он пошел вдоль центральной аллеи, к нему присоединился второй полицейский. Навстречу им попался Поп Дженни, и они немедленно взяли его в оборот. Блокнот снова был раскрыт.

Я собрался подойти к кучке людей, стоявших у негритянского балагана, но дядя Эм меня остановил:

– Подожди, Эд! Там мать и отец мальчика. Оставь их одних. Им сейчас совсем не нужна толпа.

– Но ведь надо же найти, кто это сделал!

– Конечно, надо. Но им уже ничем не поможешь.

– А с чего надо начинать поиски?

– С обычных полицейских процедур. Но совсем не обязательно трезвонить об этом деле на всех углах. Капитан Вейс еще в городе. Вчера он сказал, что останется в «Ардморе» на весь сегодняшний день. Так что еще не поздно. Ясно как божий день, что он уже в курсе событий. Скоро мы его здесь увидим.

– А ты считаешь, что он как-то свяжет оба эти убийства? – спросил я.

– Откуда мне знать? Ведь я не знаю, при каких обстоятельствах был убит мальчик. Давай позвоним. Но только не отсюда, а из бара.

– Ты прав, там точно есть телефон.

И мы пошли в бар. Дядя Эм заказал пиво, а я кока-колу. Пока бармен занимался нашим заказом, дядя Эм спустился вниз позвонить и вернулся через несколько минут.

Вейс в центральном полицейском управлении. Он еще не выехал из «Ардмора». Он назначил нам встречу в отеле на три часа. Я посмотрел на часы: был уже час дня.

– А зачем нужно ждать так долго?

Дядя Эм бросил косой взгляд на бармена, но тот, видимо, не обращал на нас никакого внимания. Дядя Эм понизил голос и прошептал:

– Эд, не нужно ничего от него утаивать. Я хочу, чтобы ты рассказал ему все, что рассказал мне. Я имею в виду то, что ты видел в окне фургона Кэри.

– Вернее, то, что мне померещилось. А что мы будем делать эти два часа?

– Сначала нужно повидаться с Эстеллой. Так или иначе, вы оба замешаны в этом деле. Нужно, чтобы ее версия совпадала с твоей. Если полиция начнет ее допрашивать, а она заявит, что никуда с тобой не выходила сегодня ночью, ты попадешь в передрягу.

Я отпил глоток кока-колы.

– Хорошо, допустим, я им скажу, что я увидел в окне. Но нужно ли говорить, что я ходил в лес откапывать обезьяну? Я уже дал показания, что отлучался на полчаса, чтобы посидеть в баре.

– Не беда! Если они загонят тебя в угол, ты дашь задний ход. Скажешь, например, что лес прилегает к ярмарке и практически является частью ярмарочной площади.

– Все это так, но они спросят, зачем мне понадобилось туда ходить.

– Не валяй дурака, Эд. Ты им скажешь, что видел в окне Сьюзи или какую-то другую обезьяну. Они не глупее тебя. Они сходят в лес и увидят, что могилу кто-то разрыл. Потом они найдут там нашу лопату. Ты ведь ее бросил где-то у могилы. Лучше во всем сразу признаться.

– А разве я не принес лопату обратно?

– Я ее не видел, когда ты вернулся.

Я стал припоминать: я оставил ее не на могиле Сьюзи, это точно. Мы останавливались на опушке леса, когда шли обратно. Скорее всего, она там.

– Думаю, что в тот