Валютная могила - Евгений Сухов

– Даже так?

– Именно так. Более того, ожидалось, что местные президенты регионов объявят о своем выходе из России, и страну растащили бы по кускам. Как и планировалось семеркой семей в девяносто втором году. У них все по плану, мля…

– Значит, мы находились в шаге от нового развала страны, – невольно вырвалось у меня.

– В полушаге, я бы сказал, – заметил Володька Коробов. – К счастью, вовремя было уничтожено климатическое оружие. Иначе – четыре месяца аномальной жары, выпущенный из баллонов ядовитый газ, повсеместное высыхание рек и озер, массовые смерти, эпидемии чумы, холеры… И все! Бери нас голыми руками. К этой операции закулисные правители, апостолы эти, готовились долго и тщательно. И их банкиры сделали все, что требовалось: финансировали запуск климатического оружия, запустили на орбиту беспилотный космический корабль-поджигатель, наняли и подкупили людей, усилив пятую колонну, вбили во все это огромные бабки и… потерпели провал.

– Так, может, этот вагон с евро – деньги на новую диверсию? – предположил я.

– Все может быть, – ответил Коробов. – На этом ведь мировое правительство не успокоилось. Сильная Россия никому не нужна. Она в таком случае очень опасна. Все, что происходило в недалеком прошлом, включая все эти перестроечные реформы, и все, что происходит сейчас, навязано нашими врагами, явными и теневыми, продажными чиновниками. Кстати, многие из них были предупреждены насчет жары в июле – августе десятого года и заблаговременно покинули Москву…

– Как ты думаешь, банковский кризис на Кипре срежиссирован тоже мировым правительством? – спросил я.

– Вне всяческого сомнения, – ответил Володька. – Исполнитель кризиса – Евросоюз, где эмиссаров мирового правительства – хоть пруд пруди. Что планировалось в отношении России? Ограбить ее, лишив главных валютных резервов. Ведь на Кипре лежали наши резервы. А положить именно туда резервные денежки России посоветовал Международный валютный фонд и Всемирный банк. Чуешь?

– Чую, – ответил я.

– Но у них снова ничего не получилось, – произнес с ядовитой усмешкой Володька. – И снова мировому правительству надо думать, какую бы новую пакость совершить в отношении России. Время идет, возможность возрождения у России имеется вполне реальная, так что апостолам, транснациональным банкам, верхушке ЦРУ и НАТО; комитету трехсот, всем закрытым клубам этого комитета, где вершатся судьбы мира, надлежит торопиться. Ну а кто торопится, тот обязательно совершает ошибки…

– Короче, вагон евро, как я понял, это бабки мирового правительства, – сказал я, уже не сомневаясь в своем утверждении.

– Все всякого сомнения, – подтвердил Коробов. – У этого комитета трехсот есть некий Клуб длинных инвесторов. Это дословный перевод. То есть это команда очень богатых людей, скорее всего посвященных и владеющих секретной информацией, которые вкладывают деньги в проекты мирового правительства, окупаемые далеко не сразу, а в весьма длительный период времени. Отсюда и «длинные инвесторы». У этого Клуба только резервный фонд составляет что-то около одной целой восьми десятых триллиона евро. А еще есть неисчислимые активы. И они везде. Во всех экономиках государств. Это поводок, и очень короткий, для того, чтобы держать на нем президентов и премьеров и дергать за него в случае необходимости. Это отличный инструмент шантажа, как ты понимаешь. Если вкладчики вдруг заберут свои финансы – любая экономика мира рухнет. Поэтому и существуют у стран валютные резервы. Чтобы как-то обезопасить себя от внезапного изъятия денег этим Клубом. Надо полагать, последний кризис вызван именно изъятием части средств из экономик нескольких стран разом…

– Так что, вагон с евро и самолет в Лондоне – из их резервного фонда? Или из этих изъятых денег?

– О происхождении этих денег никто ничего не знает, – заявил следователь по особо важным делам Главного следственного управления. – Не знают и о настоящем хозяине… И потом, что ты заладил: вагон, вагон? Не один там вагон, – а целых четыре с евро.

– Так я и думал! – воскликнул я. – Четыре! И сколько же там всего денег? Во всех четырех вагонах?

– По нашим подсчетам, вернее, по версии ФСБ, в четырех вагонах находится порядка тридцати миллиардов евро.

– ФСБ? – удивился я.

– Ну да. Мы занимаемся убийством капитана Лакшина. Они – вагонами с евро…

– А как бы узнать, что им уже известно об этих вагонах? – просящим тоном произнес я.

– Тебе – никак, – просто и спокойно ответил Володька.

– А тебе?

– Не лезь ты! – Коробов снова налил себе коньяк и выпил одним глотком. – Ну чего ты лезешь туда, куда даже генералам вход воспрещен?

– Как ты не понимаешь? Я уже залез. И ты мой должник, забыл?

Володька продолжал есть. Все подряд, что нами было заказано, поскольку за разговором мы совершенно забыли про еду. Я не торопил его. Ждал, когда он насытится. Скоро его аппетит передался мне, и я в течение минут семи-восьми подобрал все, что стояло передо мной. Приготовлено было на совесть, как и многое, что имеется в меню «Мечты», но вкуса я не чувствовал, поскольку мозги работали совсем в ином направлении, заблокировав какие-то вкусовые рецепторы. Володька же ел с явным удовольствием. Когда тарелки оказались пусты, он откинулся на спинку дивана и, уже более снисходительно посмотрев на меня, сказал:

– И что тебя интересует?

Прав английский писатель Джером Клапка Джером: хороший обед выявляет в человеке все лучшее…

– Меня интересует, откуда пришли эти вагоны, есть ли на них документы, что в этих документах. Если неизвестно, кто хозяин денег, то неплохо бы узнать, кто платит за стоянку этих вагонов…

– Хорошо. Я попробую. Но ты теперь представляешь, куда влез и с кем намерен тягаться? Я тебе доступно все объяснил?

– Да, доступно, – ответил я.

– И что? – спросил следователь по особо важным делам.

– Поживем – увидим… – неопределенно ответил я.

– Дурак ты!

– Я знаю. Но я могу рассчитывать на твою помощь?

– Можешь, – с ходу произнес Володька.

Собственно так и должен отвечать друг: с ходу. То есть не задумываясь…