КаZантип - Никита Ветров

– Давно пора, – мрачно сказал второй узбек.

– Мужики, вы чего? Я…

Томилин не договорил. Узбеки одновременно бросились на него, повалили. Он с ужасом почувствовал, что на нем расстегивают ремень, снимают штаны. Вот тут Томилин заорал в полный голос – сам от себя такой громкости не ожидал. Но эффекту было – ноль целых хрен десятых. Лес отлично глушит звуки, а место узбеки выбрали безлюдное.

– Что вы делаете, суки!! Отпустите!!

– Не беспокойся, дурак, никому твоя задница не нужна, – пропыхтел Рашид. – Мы – парни нормальные. Ну-ка, Рустам, скотч давай.

Еще через пару минут Томилин, совершенно голый, с заклеенным ртом, лежал на земле, под ногами узбеков. Руки и ноги ему обмотали скотчем – понадежнее веревок будет. Узбеки курили, стряхивая пепел прямо на него.

– Зря ты нас за лохов держал, – проговорил Рашид, глубоко затягиваясь. – И сейчас поймешь всю глубину своей ошибки. Томилин замычал, завращал глазами, но узбек не обратил на это ни малейшего внимания.

– Потащили, Рустам.

Узбеки подняли Томилина и подтащили его к здоровенной сосне, у подножия которой находился муравейник, кишащий крупными рыжими муравьями. Рядом с муравейником они связанного и положили. Рашид извлек из кармана маленькую баночку с чем-то розово-красным.

– Знаешь, Игорек, что это такое? – спросил он, присаживаясь на корточки рядом с пленником и раскупоривая банку. – Это малиновый сироп. Муравьи его очень любят.

С этими словами он принялся обмазывать Томилину сиропом гениталии, потом полил на живот, на лицо. Пленник дергался, мычал, мотал головой, но все было тщетно. А узбек, закончив с обработкой его тела, провел по земле сиропом дорожку до самого муравейника.

– Объяснить тебе, что будет дальше? – спросил он. – Сейчас, минут через пять примерно, муравьи доберутся до тебя. Ого, вон, первые уже нашли угощение.

Томилин извернулся, скосил глаза. В самом деле, несколько рыжих насекомых уже добрались до сиропа. С каждой секундой их становилось все больше.

– Места тут глухие, – продолжал узбек. – Никто тебя не найдет. Но и быстро ты не сдохнешь, нет. Я так прикидываю, примерно за пару дней тебя муравьи сожрут. А за неделю один скелет останется. Хотя тут тоже, конечно, как повезет. Может, ты счастливый, и на тебя собаки бродячие через часок-другой наткнутся. Тоже не сахар, конечно, но все-таки лучше, чем муравьи.

Томилин побледнел настолько, что его лицо стало действительно белым – в совершенно прямом смысле слова. Как лист бумаги, как мел. Его сотрясала крупная дрожь, по лицу скатывались крупные капли пота. Сказать, что ему было страшно, – ничего не сказать. Самым ужасным было то, что он сознавал – узбеки действительно могут именно так с ним и поступить.

– А теперь слушай меня внимательно! – Голос узбека изменился. Теперь он не был спокойным и задумчивым, наоборот – хлестал, как бич. – Через минуту я отлеплю скотч от твоей поганой пасти. Но если ты, падла, хоть одним словом соврешь, если хоть что-то утаишь, то тогда все, о чем я сейчас говорил, станет реальностью. Я тебе тогда обратно скотч наклею, и мы с Рустамом уедем. А вернемся часика через четыре, еще раз задать те же вопросы. Ты к тому времени уже будешь круче, чем Ленин о коммунизме, мечтать о том, чтобы я дал тебе возможность мне ответить. Все ясно?

Томилин закивал.

– Имей в виду, мне уже многое известно. Я знаю, что и деньги, и наркотик потеряны. Ты должен сказать мне – по чьей вине это случилось и что ты планируешь предпринять, чтобы мы не остались внакладе. Ну, теперь говори.

Одним движением узбек сорвал с губ Томилина скотч.

– Я отдам деньги! Я знаю, где они! – Голос пленника сорвался на визгливый фальцет.

– Спокойнее, Игорек, спокойнее. По порядку. Сначала расскажи, что стряслось.

– Менты налетели! Не знаю, откуда они узнали, честно, не знаю! Но они сорвали передачу денег!

– Где деньги и героин?

– У байкеров! Я знаю, у кого именно, знаю, где они, скоро все получу обратно!

– У каких байкеров? Где они?

– Вы их не знаете. Сейчас их нет в городе, но за ними следят, я приставил человека. Все под контролем, вы можете не беспокоиться.

– Мы и не беспокоимся. Нам-то что – ты взял товар, ты за него и ответишь. Короче. Нам вернешь половину денег и весь героин.

– Но… – начал было Томилин, но тут же осекся, наткнувшись на пристальный, злой взгляд узбека. – Я понял.

– Вот и отлично. Знаешь, Игорек, я просто поражаюсь, какие чудеса рыжие муравьи с людьми делают. Экстрасенсы просто обзавидовались бы, если бы знали. Ты вот, например, за последние пять минут раза в два поумнел. А то и в три. Ладно. Времени тебе – десять дней, начиная с сегодняшнего. Не управишься – смотри. Муравьи тебе еще великим благом покажутся. Понятно?

– Д-да…

Рашид наклонился, аккуратно разрезал скотч на руках Томилина.

– Дальше сам справишься. До города тоже своим ходом доберешься. Ну, Игорек, до встречи.

Томилин долго не мог размотать сковывавший ноги скотч. Руки тряслись. Не дрожали, а именно тряслись. Только минут через пять после того, как спины узбеков скрылись за деревьями, он немного пришел в себя.

– Ну, я и влип, – прошептал Игорь Васильевич себе под нос. – Одна надежда – что мой план сработает.