Жеребец - Джеки Коллинз

— Будешь знать, подружка, как якшаться со звездами, — ухмыльнулся Дейви.

— Точно, — согласилась Норма. — Самое смешное, что сегодня утром мне позвонила секретарша этой дряни — у засранца не хватило духа сделать это самому — и сказала, цитирую: «Мистер Николае умоляет вас простить его за вчерашний вечер. Могу я подтвердить правильность вашего почтового адреса — мистер Николае хочет прислать вам в подарок цветной телевизор». Как же я хохотала. «Передайте мистеру Баку Николасу, — сказала я, — что он может засунуть свой цветной ТВ прямо в свою белую жопу».

Все так и покатились со смеху.

— Представляете, — продолжала Норма, — этот малый может спать только с темнокожими девушками. Член у него, что ли, так устроен — не встает на белых, и все тут. И теперь бедолага решил, что должен расплатиться. Ха, да если бы я трахалась за плату, ему бы и дюжины цветных телевизоров не хватило! Не стоило, конечно, спать с ним, но он такой красавчик — оо-у! А тело — ах!!

Бак Николае — знаменитый киноактер. Снимается обычно в линялых маечках и обтягивающих джинсах. Сложен парень и впрямь здорово, спорить не стану.

— А ведь мы с вами уже встречались, — улыбнулась мне Норма. Потом приподняла очки и подмигнула.

— В самом деле? — Я силился вспомнить, но не мог, хотя память у меня отличная.

— «Хобо», Лондон. Вы там заправляли, не успевая отбиваться от девиц, готовых трахнуться с вами прямо на танцплощадке.

Надо же, как это я мог забыть такую потрясающую красотку!

— Верно, я и сейчас там заправляю. Когда же это было?

— Пару месяцев назад. Вы меня не можете узнать, потому что я была там в светлом парике. А вы к нам подсаживались. Меня привел Стив Скотт.

Чтоб я сгорел! Как же я ее не узнал? Ведь в ту ночь все парни просто с ума посходили, пытаясь подъехать к Норме, но Стив всех отшивал.

— Конечно! Сейчас вы совсем другая.

— Да, я ношу тот парик только тогда, когда хочу с ходу врезать мужикам по яйцам. Я провела в Лондоне всего два дня. Там очень клево, так что я скоро опять туда слетаю. А вас как к нам занесло?

— Может быть, мы здесь тоже откроем «Хобо». Хочу разведать, какова здешняя обстановка.

— Вот как? Здорово. Поговорите с Дейви, он покажет вам настоящий Нью-Йорк.

Норма оказалась права. После ужина (я только пил) Терри с Марком свалили, а Норма и Дейви показали мне Нью-Йорк. Я имею в виду настоящий Нью-Йорк. На серебристом «Порше» Дейви мы исколесили весь Манхэттен — Гринвич-Виллидж, Гарлем, Чайнатаун. Норма меня очаровала. Без умолку болтала в своем непередаваемом стиле, изумительно танцевала, хохотала, не переставая поглощать коктейли, пока наконец в шесть утра мы не завалили к ней домой — измочаленные, пьяные и счастливые.

— Ты мне нравишься, — засмеялась Норма, расплетая косички. — Ты парень что надо.

— А ты просто чудо, — сказал я, обнимая ее и привлекая к себе.

Настроение у нас было самое что ни на есть приподнятое. Норма была почти одного роста со мной, а во мне шесть футов и один дюйм. Я ловко стянул с нее узкое оранжевое платье, под которым оказалась атласная коричневая кожа — и больше ничего!

Норма расхохоталась и высвободилась из моих объятий.

— Хочешь еще тяпнуть чего-нибудь?

— С удовольствием.

Я залюбовался, глядя, как она грациозно скользнула к бару, чтобы смешать напитки. Изумительное тело — гибкое, длинное, переливающееся, как у пантеры.

Я ощутил легкий укол совести — напоминание об Александре. Господи, но Норма так прекрасна! В том смысле, что есть ведь предельный соблазн, перед которым не в состоянии устоять ни один мужчина. Норма приблизилась ко мне и поднесла к губам стакан. Я обеими руками обхватил ее пышные груди. Норма осторожно поставила стакан на стол.

— Ладно, раз уж тебе так не терпится, пойдем. Спальня у меня фантастическая. Только без всяких кнутов с сапогами, ладно?

— Хорошо, обойдемся без кнутов! Она повернулась, и я засеменил следом, не в силах оторвать руки от ее ягодиц, подтянутых и круглых, как у мальчика.

От спальни я просто протащился. Стены затянуты леопардовыми шкурами, круглая кровать величиной с цирковую арену, наверху во весь потолок огромный портрет Мика Джаггера (Мик Джаггер?!). Норма нажала на кнопку, и спальню затопил великолепный голос Рэя Чарльза, исполнявшего «Элинор Ригби».

Пока я раздевался. Норма пристально следила за мной. Кошачьи глаза ее расширились.

Я начал ее целовать. Готов поклясться, что в самый разгар сумасшедших ласк взгляд Мика Джаггера ожил!

Теперь Нью-Йорк будет для меня навсегда связан с Нормой. Что за девушка! В одиннадцать утра я ушел. Она еще спала. Я на такси добрался до своей гостиницы. Там меня ждала записка: «Пожалуйста, будьте готовы вылететь дневным рейсом в Лондон. Билеты и бумаги в аэропорту Кеннеди. Элис Купер, секретарша Бенджамина Аль-Халеда».

Замечательно! Меня вновь пересылают.