Сквозь стену - Патриция Вентворт

— Разве только... они не знали...

— Ты хочешь сказать, человек, надевавший платок, мог повесить его обратно, не зная, что тот в крови. Как он был испачкан — слегка?

— Нет, ужасно сильно.

— Значит, кто бы ни взял его, он должен был это знать.

— Не понимаю, как это могло произойти.

Он встал и подошел к стеклянной двери.

Она была открыта. Пчела, нагруженная пыльцой, вилась вокруг, цветочные ароматы наполняли прогретый воздух — стоял один из тех дней, которые называют славными. А чей-то извращенный ум разработал этот план, злобный, отвратительный план, призванный очернить и обидеть. К нему пришло озарение, от которого затрепетал каждый его нерв. Он отвернулся от окна и подошел к Мэриан.

— Мэриан...

Она, испуганная, подняла глаза.

— Что такое?

— Во всем этом есть тайный умысел. Я не вижу иных мотивов для того, чтобы вернуть залитый кровью шарф в дом, кроме того, что кто-то, будь он проклят, пытается втянуть тебя в убийство. Но послушай, моя дорогая, это рассеивает все твои наихудшие опасения. Тебе не надо рассказывать мне о них, потому что я и так все знаю. Ты боишься за Инну. Самое худшее в таких потрясениях — это то, что они вводят тебя в ступор, отдавая во власть эмоций. Теперь возьми себя в руки и подумай! Вчера днем у Сирила с той молодой женщиной было нечто вроде самого обыкновенного флирта, каковой, я полагаю, и у него, и у нее случается с каждым встречным. Это так, да?

— Полагаю, да.

— Ты и в самом деле думаешь, что это огорчило Инну до такой степени, что она задумала заманить Хелен Эдриан на пляж глубокой ночью и там ее убить?

Мэриан стремительно залилась краской. Она ответила:

— Нет, конечно, нет.

Он беспощадно продолжал:

— И, если ты склонна предположить подобное, поверишь ли ты в то, что она могла надеть твой плащ и платок, оставив первый на месте преступления, а второй, весь в пятнах крови Хелен Эдриан, принести обратно и повесить в коридоре, чтобы его нашла полиция? Теперь, Мэриан, пошевели мозгами! Это было сделано, чтобы тебя обвинили в преступлении. Способна ли Инна на такое?

Она схватилась за голову.

— Нет, Ричард, прошу тебя!

— Я говорю сейчас очень откровенно, но ведь ты дала волю именно этому страху. Не так ли? Теперь, когда твои страхи были облечены в слова, ты можешь видеть, какая все это чепуха. Скажи это Инне. Поднимись сейчас наверх и спроси ее, не брала ли она твой плащ или твой платок. Инспектор может вызвать тебя в любой момент, и мы должны знать все.

Он увидел, как выражение облегчения появилось на ее лице. Она побежала вверх по лестнице. После минутного колебания он последовал за ней, настигнув ее уже у двери комнаты Инны. Она склонила голову, одной рукой, оперлась на дверной косяк и тихо позвала:

— Инна, это Мэриан. Впусти меня.

Ответа не было.

— Инна, мы должны встретиться с инспектором. Но сначала я должна поговорить с тобой. Открой, или я пролезу в комнату через ванную, а если ты закроешь окно, я разобью стекло.

Такой Мэриан он еще не видел. В ее поведении, в голосе появилась твердость, но и сдержанность.

Пока у него было время поразиться случившимся переменам, раздался звук поворачивающегося в замке ключа, и дверь открылась. Инна стояла прижав ладонь тыльной стороной к глазам, как будто заслоняя их от света. Когда Мэриан обняла ее, рука опустилась и вцепилась в сестру. Инна казалась оцепенелой, и на ней было то же платье, что и вчера вечером. Он задумался, раздевалась ли она вообще и спала ли.

Она спросила:

— Где Сирил?

Ричард ей ответил:

— Он сказал, что у него прослушивание и пошел договориться с инспектором по поводу отлучки в город.

— Они позволят ему поехать?

— Не вижу причин, чтобы не позволили. Она не выказала никаких признаков удивления или смущения в связи с его присутствием. Голос у нее был кроткий и слегка грустный. Он подумал: «Она пережила сильное потрясение». Он начал размышлять о Сириле Фелтоне.