Новое платье королевы - Наталья Андреева

После короткого обсуждения, они отправились в кафе, яркую вывеску которого Сергей Павлович приметил издалека. У Волнистого было предчувствие, что он сейчас узнает много интересного. Пусть даже эта информация влетит в копеечку. Не сидеть же в кафе за счет Татьяны Петуховой! Но ту, похоже, такие мелочи не смущали. Достав крупную купюру, она сунула ее растерявшемуся лейтенанту со словами:

– Сходи в бар, пива принеси.

Похоже, что все мужчины делились ею на две категории: прислуга, либо товар, выставленный в свободную продажу. Лейтенанта Попугайчика она сразу же отнесла к объектам, которые можно и нужно эксплуатировать. С майором Волнистым пока еще церемонилась. Потом решила использовать его в качестве жилетки, в которую можно поплакаться:

– Нет, как будто это я во всем виновата! Мой отец работает вместе с Иркиным. Короче, бизнес у них совместный. Партнеры. Вот ее папаша и обратился ко мне с просьбой: познакомь Ирочку с приличным парнем. Чтоб красивый, как картинка, манеры хорошие, и – бедный. Прикормим, оденем, квартирку прикупим – и пусть молодые живут. Чтоб внуки были здоровые и красивые. Я-то по доброте душевной помочь хотела. Ирка – свинья неблагодарная. Вот мне, – Татьяна гордо подняла красивую голову, – Мне не надо мужа покупать.

Сергей Павлович в этом и не сомневался. Девушка была настоящей красавицей, даже, несмотря на сильно увеличившиеся со времен ее царствования объемы груди и бедер. Не верилось, что когда-то Татьяна была бесплотной и Дик даже прозвал ее Танцурой. Теперь девушка набрала запрограммированный природой вес, двигалась плавно, держалась уверенно. И, похоже, не страдала оттого, что потеряла возможностью выходить на подиум.

– Вы знали Нэтти? – спросил Сергей Павлович.

– Нет. Но наслышана. Я долго в больнице лежала, а потом отец меня все по курортам возил.

– А с каким диагнозом вы попали в больницу?

– Передозировка, – коротко ответила Татьяна. – Наркотиками накачалась.

– Что же вы так?

– А вы бы сами попробовали! Когда при ежедневной пахоте голодом морят! Да, мне раньше хотелось стать какой-нибудь Мисс. Но Эжени – она же сумасшедшая! Садистка. У нее дома даже пожрать толком нечего. Мне все время хотелось убежать к маме, она так классно готовит! Вы знаете, что такое постоянное чувство голода? А ты знаешь? – вцепилась она в лейтенанта Попугайчика, который как раз опустил на стол огромные кружки с пенящимся пивом. Тот отрицательно покачал головой, а Татьяна отхлебнула из кружки и с чувством сказала: – Класс! Ненавижу вегетарианство! Иметь столько денег, и ничего не жрать – это мазохизм! А эти ужасные тренажеры! Эти упражнения! Знаете, я назло познакомила Алекса с Иркой. Терпеть его не могу! Он и ко мне подкатывался. Только Алекс такой дурак, что меня от него тошнит! Ирка – это то, что он заслуживает!

«А девица не так глупа», – тут же подумал майор. – «И как ее угораздило подсесть на наркотики? Кто дал?». Татьяна Петухова пила свое пиво, и рассказывала о том, насколько ей стало легче жить после того, как она рассталась со своим королевским эскортом:

– Они все ненормальные. Эжени – садистка. Алекс – садист. Дик – тоже садист. Он все время издевается. Смеялся надо мной. Сколько я от него наслушалась, пока сидела перед зеркалом! Когда Алекс рассказывал об этой Нэтти, я радовалась: так им всем и надо! Он мне звонил иногда.

– А что он рассказывал?

– Что она всех прибрала к рукам. Все агентство. Молодец! А мне теперь хорошо. Папаша меня скоро за границу учиться отправит. Потом купит мне тур агентство. Он обещал. Красота! Сейчас бы отправил, да боится, как бы я опять не сорвалась.

– Кто вам давал наркотики, Таня? – осторожно спросил Сергей Павлович. Она сразу же замкнулась.

– Я сама во всем виновата. Мне этого хотелось. Есть нельзя. Заниматься надо много. Бесконечные примерки. Надо стоять полуголой и не шевелиться, пока платье прямо на тебе подгоняют. Фото сессии – тоже холодно. Везде сквозняки. А я люблю тепло и уют. Мягкие постели, тарелку с бутербродами перед телевизором, или интересную книжку под стаканчик пива. Замучили меня совсем. И не хочу я никого выдавать.

– А почему вы сказали Ирине, что Нэтти никогда не выиграет Конкурс Красоты?

– Потому. Почему я не выиграла, потому и она бы не выиграла, – загадочно ответила Татьяна.

– Значит, не хотите рассказать?

Она пожала плечами. И Сергей Павлович все понял. Татьяна Петухова прошла курс реабилитации от наркотической зависимости, и по курортам ее потом возили, и пристроить пообещали. И пока она держится. Но привыкла потакать своим маленьким слабостям. Рано или поздно, так же, как мягкой постели и бутербродов с пивом она захочет наркотиков, и не сможет себе отказать. Просто потому, что иметь такие большие деньги и не колоться – это мазохизм. Есть человек, который имеет доступ к наркотикам. Кто-то из близкого окружения. Сдавать его Татьяна не хочет. А вдруг понадобится?

– Я не стукачка, – сказала девушка. – Претензий к этому человеку у меня нет. Если у вас ко мне все, то я пойду. – Она оглядела стол и добавила: – Может, вам еще пива купить? Папа говорит, что менты бедные.

– Ваш папа ошибается, – набычился Серей Павлович. – На пиво у меня есть.

– Ну, разве только на пиво, – усмехнулась Татьяна и поднялась. Она шла к выходу, а парни, сидящие в кафе, смотрели ей вслед. Майор чувствовал себя оскорбленным, лейтенант тоже обиженно посапывал носом.

– Если еще раз кто-нибудь из этих девиц назовет меня пупсиком… – Попугайчик сжал кулаки.

– Остынь, – посоветовал майор. – Никуда он от нас не денется, этот торговец наркотиками. А о Петуховой пусть папа ее заботится. Она еще даст ему чертей! Пойди лучше, закуски принеси. Интересно, когда у Новлянского обеденный перерыв?…

…Но перерыва Олег Новлянский так и не дождался. Когда майор Волнистый и лейтенант Попугайчик вернулись к агентству, то увидели, что хореограф мечется у крыльца в панике и оглядывается по сторонам.

– Что случилось, Олег Александрович? – участливо поинтересовался майор.

– Где Ирочка?! – жалобно вскрикнул тот.

– Уехала, – ответил лейтенант.

– Как? Куда? Что вы ей сказали?! – Новлянский схватился за телефон, но тщетно. Ему не пожелали ответить. Руки хореографа беспомощно опустились.

– А чего вы так нервничаете? – удивился Сергей Павлович. – Я просто спросил у девушки, не с вами ли у нее было свидание в тот воскресный вечер, когда убили Нэтти.

– Боже мой! – театрально всплеснул руками Новлянский. – Что скажет мама? – Следующая его фраза была из того же драматического репертуара: – Вы сломали мне жизнь!

– Послушайте, Олег Александрович, если бы вчера откровенно мне все рассказали, не стал бы я сегодня тревожить вашу обожаемую Ирочку. Допустим, что никого вы не убивали. Ну, было у вас с кем-то свидание. Так назвали бы вчера вашу даму, и никто бы ничего не узнал.