Адам не женится на Еве - Лариса Соболева

– Не понимаю, в чем Семен прокололся?

– Что теперь гадать, – кривым ртом произнесла Ада, не посмотрев на Зосю. Она была раздосадована своими неудачами, зла на Галдина, Зосю. – Значит, оплошал, где-то неосторожно ляпнул лишнее. С кем он последнее время часто выпивал, встречался, тебе известно?

Зося отрицательно мотнула головой, хотя подумала о Нереде.

– А надо выяснить. Неизвестно, чем этот человек тебе навредить способен. Кстати, Бабаджанова должны были убить, Семен знал об этом, я допускаю, что по дурости он вмешался.

– Нет, нет, этого не может быть. В планы Галдина не входило предупреждать Бабаджанова, я точно знаю, да и ты тоже. Кто, скажи на милость, будет убивать своего спасителя? А убит Семен у Бабаджанова… не понимаю.

– И я не понимаю. Ты подумала о моем предложении? – перешла к другой теме Ада.

– Выйти на свет божий? – скептически усмехнулась Зося. – Ада, меня уже пасут, ты забыла?

– О тебе ничего не знают, Семен им не сказал, вспомни рассказ Даны. Кто ездил за тобой, неизвестно, возможно, тебе действительно показалось. Видишь ли, когда ты появишься с безгрешным личиком, похлопаешь глазками, то поставишь в тупик убийц Семена. Прячется тот, кто виновен, а ты объявишься. Скажешь, ездила к больной сестре, маме, дедушке и тому подобное. Это называется психологический ход…

– Который сведет меня в могилу, – вставила Зося.

– Не сведет, если не будешь дурой. Нам нужна Дана вместе с ключом.

– У меня есть план, как ее найти, сегодня же займусь этим.

– Как знаешь. Учти, времени у нас нет.

– Я возьму твою машину?

– Бери, мне она ни к чему. Зося, все надо сделать быстро и убраться отсюда.

– Конечно, – кивнула Зося, поднимаясь.

Как она жалела, что ввязалась в это дело. Ада права, бог забыл в ее мозги положить ума.

К часу дня дед Даны продал зелень. Свернув тряпичные сумки и перевязав их бечевкой, сунул под мышку и не спеша направился к выходу. Он никогда не пропускает лотки с мелочовкой стоимостью по пять-десять рублей. Все это добро отнято таможенниками на границе с Украиной, которая недалеко, у тех, кто вез товар контрабандой. А товар… дребедень, да и только. Но в хозяйстве пригодится. Тот же сантиметр стоит дороже в магазине, а здесь копейки. Игнат Ефимович купил за пятак деревянную лопатку, а то нынешние сковородки не терпят царапания ножей и вилок, его рассеянный взгляд прошелся по стене, где был выход, да так и застрял. Игнат Ефимович приблизился…

– Е-мое! – вырвался у него возглас удивления, потрясения, и черт знает какие еще чувства охватили Игната Ефимовича. Он воровато огляделся, достал очки и надел их на нос.

На листовке была изображена Дана. Крупным планом! Разыскивается!!! Обалдевший Игнат Ефимович достал мобильный телефон.

– Дед, что случилось? – послышался бодрый голос внучки.

– Ты где? – дипломатично повел он диалог. Хотя и почувствовал некоторое облегчение, ведь, судя по голосу, Данка жива и здорова. Но почему ее разыскивают? Имени не написали, одни приметы.

– Я в отъезде, – ответила она. – Меня отправили…

– Брехуха! – взорвался дед, покончив с дипломатией. – Ну-ка, говори, мерзавкина дочь (мерзавкой он называет собственную дочь, отсюда Дана – дочь мерзавки), чего это тебя повесили?

– Где повесили? Как это? Дед, ты что?

– Я – что?! – вознегодовал он. – На доске у выхода с рынка среди разыскиваемых висишь. Твоя фотокарточка висит, напечатанная на листовке. Твоя, твоя, а не какая другая! Тебя ищет милиция. Висишь вместе с бандитскими харями и пропавшими без вести. Отвечай, паскудница: чего такого натворила, а?

– Дед, ты не ошибся? – взволнованно произнесла она.

– Я никогда не ошибаюсь! – рявкнул он в ответ.

– А что там написано?

– Сейчас. – Он опустил очки со лба на нос. – Читаю: «Разыскивается девушка, рост примерно метр шестьдесят – шестьдесят два, на вид щуплая, волосы черные, глаза карие, особых примет не имеет. Просьба сообщить о месте ее нахождения». И телефон, куда сообщить, поняла?

– И все?

– А тебе мало?

– Скажи, какая на мне одежда на фотографии?

– Одежды тут нет, тут одна твоя фотокарточка в кепке. Данка, ты куда влезла, что тебя милиция разыскивает?

– Дед, я никуда не влезла, это какая-то ошибка. Но если у тебя будут спрашивать обо мне, говори, что не видел меня год, где живу, не знаешь…

– Деда врать заставляешь? Меня, ударника коммунистического труда, врать учишь?! Я предупреждал, я говорил…

– Не звони мне, дед, сама позвоню.

Дана отключилась. Игнат Ефимович в сердцах сплюнул, огляделся и мгновенным движением руки попытался сорвать листовку. Она не оторвалась, но посередине получила значительное повреждение, теперь Данку не узнать. Сокрушаясь, ругаясь, высказывая вслух опасения с предположениями, он шел к машине. Наказал бог не одной дочерью, внучкой тоже!