Агония обреченных - Анатолий Кулемин

Биссел подошел к телефону и набрал номер первого заместителя директора ЦРУ генерала Кейбелла.

— Чарльз, он отменил второй налет, — сразу, как только генерал ответил, проговорил Биссел.

Несколько секунд в трубке была тишина; генерал вникал в услышанное. Осмыслив, глухо сказал:

— Этого не может быть.

— Это есть, Чарльз! Только что мне позвонил Банди и передал его решение: налет, намеченный на день «Д», отменен. Что делать, Чарльз? — спросил Биссел в отчаянии. — Это же крах.

В трубке вновь повисла тишина; для Биссела она была му́кой.

— Надо ехать к Раску, — сказал наконец Кейбелл. — Он пользуется влиянием, к его мнению президент прислушивается. Раск должен помочь.

Дина Раска, государственного секретаря, они застали в госдепартаменте; он заканчивал дела и уже собирался ехать в свои апартаменты в гостинице «Шератон-Парк», когда ему доложили, что прибыли Ричард Биссел и Чарльз Кейбелл.

— Что случилось, господа, — встревоженно спросил Раск, когда они вошли к нему. — На вас обоих лица нет.

— Скоро на нас на всех лица не будет. Операция «Плутон» на грани… — сказал Кейбелл, тяжело опускаясь в кресло.

Раск перевел взгляд на Биссела; тот держал себя в руках, ответил сдержанно:

— Президент отменил второй налет. Не знаю, какая оса его укусила…

— Этого делать нельзя, — вмешался Кейбелл. — Этот налет — важнейший элемент всей операции, его нельзя отменять ни в коем случае, иначе Кастро будет иметь достаточно сил, чтобы нанести удар и потопить весь флот вторжения. А на эту минуту эти силы у него есть. Первый воздушный налет — давайте правде будем смотреть в глаза — желаемого результата не принес, мы все это знаем.

— Дин, на вас вся надежда, помогите, — попросил Биссел. — Позвоните ему… Убедите, чтобы он отменил запрет.

Раск связался с Кеннеди в двадцать два часа, однако сам убеждать его в чем-либо не стал, сослался на Биссела и Кейбелла. Он сказал президенту, что они оба находятся у него и считают, что второй воздушный удар по авиабазам Кастро необходим.

— Момент внезапности упущен. Толку от второго налета не будет; ожидаемого результата он не даст. А вот неприятности принесет точно. С меня их уже достаточно; в ООН нас уже в открытую обвиняют в агрессии против Кубы. Все, мы больше не участвуем — второго налета не будет. Пусть кубинские эмигранты сами решают свои внутренние дела, — жестко ответил президент.

Биссел вернулся в секретный офис в районе памятника Линкольну около двадцати трех часов в крайне подавленном состоянии. Такого состояния, в котором он находился, он еще не испытывал никогда. Душила обида. Он даже почувствовал, как к горлу подкатил комок. Он, всегда вкладывавший душу в любое дело, за которое бы ни взялся, в том числе и за операцию «Плутон», сейчас оказался чуть ли ни в роли «мальчика для бития».

Биссел сидел в большом кресле, откинув голову на высокую спинку и закрыв глаза. Ему вдруг почему-то вспомнился небольшой городок Нью-Хейвен, что в ста двадцати километрах к северо-востоку от Нью-Йорка, его Йельский университет…

Вспомнил Биссел и часы своего триумфа, находясь уже здесь, в ЦРУ, и моменты горьких неудач: сбитый в Советском Союзе самолет-разведчик У-2 — тоже его детище — был одной из них.

Но все те радостные удачи по сравнению с удачей в операции «Плутон» меркли, а все те горькие неудачи в сравнении с крахом в заливе Кочинос были просто смешными.

«Ладно… Прорвемся… Если они захватят аэродром и удержат его хотя бы сутки, вопрос будет решен, — в который уже раз за последние часы подумал об этом Биссел. — Ни у кого тогда не возникнет вопроса: откуда поднимаются самолеты на Кубе. Тогда президент введет авиацию; не может не ввести. Ни враг же он самому себе, в конце-то концов…»

Биссел взял себя в руки; собрался; это он делать умел; благодаря и этому в том числе качеству «…все к чему он прикасался, превращалось в золото…», а именно так отзывались о нем.

Справившись с минутной слабостью, Биссел поднялся и направился в телетайпную. Через несколько минут на авиабазу Хэппи-Вэлли ушла закодированная телетайпограмма, в которой был приказ об отмене удара бомбардировщиками Б-26 по авиабазам Кастро, однако в ней же предписывалось задействовать бомбардировщики в прикрытии участков высадки десанта. Биссел сдаваться не собирался; он был не из тех… Операция «Плутон» в целом президентом отменена не была, следовательно, руководителем ее проведения продолжал оставаться он, Ричард М. Биссел.

Получив этот приказ, в Хэппи-Вэлли всех обуял цепенеющий страх.