Опасный дом - Линвуд Баркли

– Я этого не говорил! – Он покачал головой. – Ты меня обижаешь, Рона.

– Ерунда!

Подошла официантка. Оба заказали кофе. Хейвуд усмехнулся.

– А все-таки, согласись, мы с тобой недурно провели время!

Она попыталась спрятать улыбку.

– Когда ты уволился из полиции?

– Лет девять назад.

– Почему?

– Мало ли какие порой подворачиваются возможности… Расхотелось служить в полиции штата.

– Я слышала иное.

– Что же?

– После облавы на наркопритон пропали вещдоки и наличность, а вскоре ты вдруг решил уйти в отставку раньше срока, чтобы не стать фигурантом внутреннего расследования.

Хейвуд махнул рукой:

– Не надо верить всему, что говорят.

– Но ведь ты как раз тогда решил стать вольной птицей?

– У меня много занятий. Частный охранный бизнес – ты же знаешь, что это такое. Признавайся, зачем тебе понадобилось встретиться со мной? Возникает подозрение, что это не личный интерес, на который я надеялся.

– Элай Гоуман.

– Какой Элай?

– Хотелось бы надеяться, что слух – единственное, что ты утратил после нашей прошлой встречи.

– Я просто не расслышал фамилию.

– Элай Гоуман. Не пытайся ловчить.

– Элай Гоуман? – Он покачал головой. – Фамилия мне незнакома.

– Тогда зачем ты разыскивал его бывших соседей? – спросила Уидмор.

Хейвуд откинулся на спинку стула. Кабинет был такой тесный, что Роне вдруг показалось, что он томится в ловушке. Официантка поставила перед ними две чашки кофе и удалилась.

– Чего тебе от меня надо? – спросил Хейвуд.

– Чтобы ты объяснил, почему разыскиваешь Элая Гоумана. Могу предположить, что тебя кто-то нанял. Кому понадобилось, чтобы ты нашел Элая, и зачем?

– Брось, Рона, ты же знаешь, как это происходит. Клиенты рассчитывают на конфиденциальность. Меня за чашку кофе не купить. – Он усмехнулся. – Вот если бы ты предложила чего-нибудь посущественнее…

– Хватит изображать двенадцатилетнего молокососа! Итак, ты не отрицаешь, что ищешь его.

– Ладно, ищу. Но в частном порядке.

– Убийство все меняет.

Он приподнял брови.

– Повтори.

– Гоуман мертв. Его труп нашли в «Сильвер-Сэндс».

Дугган состроил гримасу.

– Вот сукин сын!

– Я бы не отказалась от твоей помощи.

Он поднес руку ко рту, поскреб подбородок:

– Черт!

– Мне бы выяснить, кто его убил, Хейвуд. Ты наводил о нем справки. Сейчас никто лучше тебя не подскажет мне, что произошло.

– Давно его пришили?

– Теперь ты хочешь, чтобы я отвечала на твои вопросы?

– Значит, так. Сначала я потолкую со своим клиентом. Наш разговор возможен только после этого.

– При чем тут твой клиент?

– Вот что я тебе скажу: Гоуман позвонил моему клиенту и сказал, что располагает чем-то таким, что мой клиент желал бы получить обратно.

– Гоуман что-то украл у него и решил вернуть украденное за плату?

– Верно – наполовину. Он не похищал предмет – так он, во всяком случае, сказал моему клиенту, просто этот предмет находился у него. Но он, конечно, хотел получить за него денежки.

– Какой предмет?

– Сначала ты ответь мне, нашли ли при нем что-нибудь интересное. Если вы обнаружили то, что он собирался загнать, я скажу тебе.

– У него не нашли ровным счетом ничего. И мы пока не выяснили, где он жил.

– Тогда я могу сообщить тебе одно: это была не личная вещь. Но если эта вещь и обладала коммерческой ценностью, то лишь частично.

– Зато для твоего клиента она представляла ценность. Сколько Элай затребовал?

– Назвал безумную цену: сто кусков. Я сказал, что это немыслимо. Мой клиент небогат.

– Но ему хватило средств, чтобы нанять тебя.

Дугган пожал плечами.

– Я сто́ю менее сотни кусков.

– Итак, Гоуман обращается к твоему клиенту и требует сто тысяч в обмен на этот предмет. Что происходит потом?

– Ничего.

– То есть как?

– Больше мой клиент ничего о нем не слышал. Даже не знал, кто ему звонил. Он нанимает меня, я смотрю на номер звонившего у него в телефоне, выясняю, что номер принадлежит Гоуману, узнаю через транспортное управление адрес, по которому он в свое время жил с другими студентами. Оказывается, он уже год там не живет. Похоже, последний год он скитался, ночевал в поездах, подрабатывал то здесь, то там и не имел постоянного адреса. Поскольку он больше не перезванивал, логично было заподозрить, что на самом деле ему нечего было предложить.

– Ты все еще этим занимаешься?

– Мой клиент ограничен в средствах. «Это может быть блефом, – сказал я ему. – Вдруг это простое сотрясание воздуха?»

Уидмор отпила кофе.

– Вуди, – произнесла она, вызвав у него улыбку, – сейчас ты беседуешь со мной. Не под запись. Чем пытался торговать Гоуман? Что пытался вернуть твой клиент?

– В общем, он пытался вернуть то, чем являлась для меня ты.

– Что за чертовщина?

– Гоуман пытался вернуть главную любовь своей жизни.