Убить куклу - Надежда Черкасова

— А вы работать не пробовали?

— Здоровья у меня нет, чтобы работать. Все она забрала, колдунья! Так меня жахнула, что я еле жив остался. А ты говоришь «работать»! Да я теперь как есть инвалид! Шел бы ты отсюда со своими вопросами, мил человек. Без тебя тошно.

Добиться чего-то вразумительного от Николаича не удалось, и Василий, оставив ему немного денег, отправился восвояси. Мужичок посмотрел нежданному гостю вслед, затем на деньги, зажатые в кулаке, и снова пустил слезу:

— Где же ты раньше-то был, мил человек, со своими деньгами? Теперь-то они мне к чему? Свои вон без дела лежат…

Перекусив по дороге, Василий ехал к Петру со смешанными чувствами. С одной стороны, Валерия — дочь Петра, хоть это и следовало еще хорошенько проверить, а с другой, по мнению большинства опрошенных, — просто монстр какой-то. Так стоит ли ее тогда вообще разыскивать?

— Ну чего молчишь? Узнал что-нибудь? — глянул на Василия встревоженный Петр. — Она жива? Где она? Я немедленно должен ее увидеть, повиниться перед ней.

— Успеешь еще. Не такая уж она и беспомощная, как мы о ней думали, — сказал Василий, но на всякий случай решил упустить подробности расследования.

— Значит, ты не нашел ее! — Петр закрыл лицо ладонями и заплакал. — Это я во всем виноват. Это я!

— Да что с тобой происходит? Возьми себя в руки. Ты же совсем расклеился. Я немедленно вызову для тебя своего врача. Твои, похоже, не справляются со своими обязанностями.

— Нет-нет, мне сейчас не до врачей. Я должен понять, кому выгодна смерть Леры. И моя. Тогда станет ясно, с какой стороны ждать беды.

— Что ж, давай попытаемся. Будем исходить из того, что опасность угрожает в первую очередь ей, раз уж она пропала. Смотрим варианты. Первый: за нее требуют выкуп, ты платишь, и она возвращается с рассказом о том, кто ее похитил. Маловероятно. Второй: за нее требуют выкуп, ты платишь, но она погибает. Значит, выкуп платить не стоит. Да никто пока и не требует, успокойся! — выставил вперед ладони Василий, видя, как Петр открыл было рот, чтобы возразить или возмутить.

— Умоляю тебя, не говори мне больше о деньгах!

— Это я так, к слову. И давай без эмоций. Ты сам настаиваешь на этом разговоре. Третий вариант, в котором учитываем то, что похитители все-таки, прежде чем пуститься во все тяжкие, ознакомились с законодательством. Итак, ее похищают, чтобы убить.

Петр безнадежно махнул рукой, но ничего не сказал.

— Спокойно! Это только гипотеза. Если Валерия погибнет до открытия наследства, то есть до твоей смерти, завещание утрачивает силу, и похитителем может быть тот, кто указан в твоем прежнем завещании. А если таковой отсутствует, то наследник по закону. Значит, Елена. Что бы ты ни прописал в брачном договоре, порядок наследования не изменить, иначе это будет противоречить закону, ведь Елена — наследница первой очереди. И в этом случае, если ты не хочешь, чтобы она стала наследницей, тебе следует с ней немедленно развестись. Тогда все крамольные мысли, если таковые имели место быть, из ее головы повылетают. Потому что смерть твоя для нее будет невыгодна.

— Почему ты замолчал? Хочешь услышать от меня, что я согласен развестись?

— Это тебе решать. Так вот, если Валерия погибнет после открытия завещания, то есть после твоей смерти, в этом случае применяется правило о наследственной трансмиссии, и наследство получат наследники твоей дочери по закону. Значит, преступниками могут быть неизвестные нам родственники Валерии. Бабушка ее давно умерла. О матери и об отце Леры никто ничего не знает со дня ее рождения. Из отправленной тебе анонимной записки ты знаешь, что Лера замужем за неким Ставским. Я видел Павла Ставского: недееспособный парализованный инвалид-колясочник, который из-за разбившего его паралича даже не может говорить. Уж он-то со своей престарелой матерью никак не мог похитить Леру. Поэтому снова на первый план выступают наследники по закону первой очереди с твоей стороны. То есть опять-таки Елена. Если, конечно, в завещании не обговорено, что ты лишаешь ее наследства в любом случае. Но для этого нужна очень веская причина, которой у тебя пока нет, да и вряд ли появится, так как твои домыслы к делу, как говорится, не пришьешь. Итак, кого же мы ищем? Твоего наследника по прежнему завещанию или останавливаем свой взор на твоей нынешней жене, практически единственной наследнице после дочери. Я все верно излагаю?

— Более чем. Думаешь, полиция придет к такому же заключению?

— Нет, она включит в этот список еще одного подозреваемого — твою дочь. Если Валерия вдруг останется жива, а ты погибнешь.

— Я одного не пойму: как Елена собирается выкрутиться, если подозрение в первую очередь падет на нее?

— Понятия не имею. И вообще, я считаю, что писать завещание глупо. Словно приговор себе подписываешь.

— Не глупее, чем совсем его не оставить, — возразил Петр. — Тогда на мои деньги будут претендовать все кому не лень. А мне, поверь, после смерти тоже не все равно, кто их получит. Есть надежда, что наследник хоть изредка будет вспоминать меня добрым словом, а не злорадствовать над моей могилой.

— А ты не рано себя хоронишь?

— Никто не знает своего последнего часа, поэтому лучше заранее к нему подготовиться. Чтобы потом не смотреть сверху и не огорчаться из-за того, что своевременно не выразил свою волю.

— Так ты веришь в загробную жизнь?

— Почему бы и нет? Во-первых, умирать не так страшно, когда знаешь, что это не конец. А во-вторых, мне еще никто не доказал, что ее не существует.

— Итак, у нас два подозреваемых с мотивами для убийства, — подытожил Василий.

— Да, если не считать тебя.

— А я-то здесь с какого боку?!

— Именно ты являешься моим наследником по прежнему завещанию.

— Вот спасибо так спасибо! Друг называется! Меня-то ты зачем приплел? У тебя же есть какие-то дальние родственники, вот и пиши на них. Этого мне только не хватало! Нет, ты действительно собирался сделать меня своим преемником? — не поверил Василий, и тут же перед глазами встала Елена.

Значит, про первое завещание она также знала! Ах, Петр, плохо же ты хранишь свои секреты. Отсюда и все беды.

— Я не понимаю, а почему, собственно, нет? Ведь ты мне все равно что сын. А что до моих дальних родственников, то они все за границей проживают, и мое наследство для них что капля в море, потому как сами богаты как султаны и знать меня не хотят, так как я им не ровня.

— Да, старик, удивил ты меня! Не ожидал, право, не ожидал. Ну что ж, я рад, что этот вопрос благополучно разрешился и у тебя теперь появилась законная наследница. Хотя, с другой стороны, я теперь автоматически оказываюсь в лидерах подозреваемых, то есть перекочевываю в компанию к твоей жене.

— Не мели чушь, прошу тебя! И без того тошно. Если бы я знал, что Валерия попадет в беду из-за того, что я переписал на нее завещание, я бы так не торопился. А что, если я снова перепишу завещание и сделаю вас обоих наследниками? Тогда я буду спокоен, что моя дочь не пойдет по миру. Ты же приглядишь за ней? А расправиться с вами обоими Елена не решится. И как только она поймет, что в любом случае не получит ни копейки с наследства, снова начнет относиться ко мне по-прежнему. Как ты думаешь? Ведь если с беззащитной девушкой справиться легко, то себя-то ты в обиду не дашь? Я могу на тебя рассчитывать?