Девушка из письма - Эмили Гунис

5 февраля 2017 года, воскресенье

Сердце Китти отчаянно колотилось в груди из-за чудовищного переутомления. Ее глаза болели, но даже если она закрывала их, бесконечный поток мыслей в голове не прекращался. Она хотела лечь в постель пораньше после бессонной ночи и прощальной вечеринки, но после сеанса у Ричарда этим утром малейший звук заставлял ее мгновенно просыпаться. А когда она все-таки проваливалась в сон, громкий стук напольных часов постоянно напоминал ей, сколько длился ее сон. Она издала тяжелый вздох и смирилась с еще одной бессонной ночью, села, опершись на подушки и включив прикроватную лампу.

Она оглядела спальню. Ее взгляд блуждал между темным дубовым паркетом пола, антикварной мебелью и тщательно подобранной из галерей всего мира коллекцией гравюр, развешенной по стенам. Хотя она провела месяцы, работая с дизайнером интерьеров над проектом, она не могла выбрать вариант, который бы ей особенно понравился, и вскоре начинала ненавидеть отделку, жалея, что не предпочла что-нибудь другое. В результате она получила безликий безупречный дом, а потому часто предпочитала селиться в одном из номеров отелей, где ей приходилось останавливаться на протяжении жизни и активной работы.

Она меняла квартиры много раз в безуспешных попытках найти место, в котором чувствовала бы себя как дома. Теперь же, вновь оглядывая комнату, она подумала, что ее желание не сбудется, скорее всего, никогда.

Китти откинула одеяло, сунула ноги в тапочки, прошла по отполированному полу и раздвинула тяжелые шторы, за которыми открывался вид на Темзу. Некоторое время она наблюдала за отсветами в реке от фар проезжавших мимо машин. На нее навалилась новая волна усталости, и она села в обитое бархатом кресло, стоявшее у окна. Лампа у нее за спиной освещала ее отражение в оконном стекле, на фоне темного ночного неба. Вскоре у нее отяжелели веки. Когда она постепенно начала засыпать, то услышала странные звуки, шумное дыхание, топот кого-то бегущего.

Черный туннель. Она бежала к полоске света в его конце, шлепая ногами по скопившейся воде. Задыхаясь в темноте, ощущала горячее желание, жизненно важную необходимость спастись. На бегу она с трудом могла видеть свои покрытые грязью руки. В одном из кулаков было что-то зажато. Она распрямила пальцы, и ключ упал на камни впереди нее. «Немедленно вернись!» Голос за спиной прозвучал невероятно громко, до крайности усилив ее страх. Она подняла ключ и поспешила к свету. Позади стучали каблуки той, кто преследовала ее все быстрее и быстрее. «Остановись, дитя мое!» Она поняла, что женщина приближается. Добравшись до ступеней, ведущих к двери, она нащупала замерзшими руками замочную скважину, запихнула в нее ключ и с отчаянным усилием попыталась провернуть его, но только когда она взялась за дело обеими руками, ей это удалось. Дверь распахнулась. Сделав первые шаги в ночной мрак, она повернулась, закрыла за собой дверь и вновь заперла ее.

«Открой дверь сейчас же!» – кричала женщина.

Она стучала изнутри с такой силой, что дверь заметно сотрясалась.

Холодная зимняя ночь окружала беглянку, почти парализовав ее, вокруг был огромный внешний мир. Но ужас заставил ее двигаться дальше, и она побежала к каменной постройке, где-то вдалеке видневшейся в свете луны. Ноги налились свинцом, а тропа оказалась неровной и скользкой. Она натыкалась на надгробия, споткнулась о поваленный могильный крест, потеряв равновесие и во весь рост растянувшись на земле. Заставила себя подняться. Голос женщины теперь лишь смутно доносился издалека.

В полном одиночестве, тяжело дыша, она добралась наконец к укрытию, каменной пристройке, где впервые почувствовала себя в относительной безопасности. Дверь едва держалась на петлях, и она осторожно открыла ее. Согнулась, пытаясь успокоить сбитое дыхание, огляделась в поисках места, где могла бы спрятаться. В стенах зияли дыры, сквозь которые внутрь проникал лунный свет, и ее взгляд упал на старый плуг в углу, стоявший на подпорках из кирпичей. Она подбежала к нему, изо всех сил принялась толкать, раскачала, и он с грохотом упал на бок. И в тот же момент донеслись злобные голоса, и хотя преследовательницы находились по-прежнему достаточно далеко, они двигались к ней.

«Эльвира! Эльвира!»

Китти внезапно очнулась ото сна, жадно хватая ртом воздух. Она не сразу поняла, где находится. Снова тот же сон. Ей припомнились слова Ричарда:

«Сны зачастую означают так и не решенные вами проблемы, с которыми мозг все еще пытается справиться, пока вы спите.… Вы думаете, ключ по-прежнему спрятан там же? Наверное, считаете, что именно это внушает вам ваш сон?»

Еще день, подумала Китти, всего лишь один день, и Святая Маргарита без следа исчезнет с лица земли. После этого она уже никогда не узнает, могла ли докопаться до истины.

Она вскочила из кресла и бросилась к гардеробу, лихорадочно доставая из него вещи.

Путь до входной двери показался ей невероятно долгим, но с каждым шагом силы возвращались к ней. В ее душе загорелся маленький огонек надежды. Она нашла фонарик, надела сапоги и накинула на себя сверху водонепроницаемый плащ. Затем вышла из квартиры и на лифте спустилась вниз.