Четыре чики и собачка - Дарья Калинина

– Если плохо играла, с чего же восторг?

– Так гостям всем заранее заплачено было, чтобы хлопали и восхищались. Платные гости, каково?

– Отец для своей дочери никаких денег не жалеет.

– Эх, мне бы такого папашу, уж я бы в этой жизни устроилась получше! А у Глеба Игнатьевича, скажу тебе честно, обе дочки ни рыба, ни мясо. Стеша эта перемороженная, вечно ходит глаза вниз, в своих мыслях где-то витает. Знаешь, какие у нее развлечения? Уравнения решает! Это же умереть и не встать! А Ульяна – та просто дура. Вообразила, что Антоха в нее втюрился. Ха-ха! Он деньги ее папочки полюбил, а Ульяна к этим деньгам так шла, прицепчиком.

– Ты хорошо знаешь эту семью?

– Да уж насмотрелась, пока горничной у них пахала.

– А ушла почему?

Кристина кинула на нее быстрый взгляд и ничего не ответила.

Тогда Вероника решила ей подсказать:

– Платили мало?

– Платили нормально.

– Работа была тяжелая?

– Уж не тяжелей, чем банкеты с подносом обслуживать. Да еще Колька наш администратор в прошлом месяце фишку придумал: на ролики нас всех поставить! Представляешь? С подносом и на роликовых коньках! Я-то ладно, у меня фигура что надо и спортом я в свое время занималась. Но у нас такие клуши есть, которые нипочем на ролики не встанут. Пришлось мне с Николаем поговорить, чтобы оставил он эту затею.

– И как? Помогло?

– А то! У меня к нему подход есть, мигом замолчал. Но он еще тот креативщик! Теперь ждем, когда он еще чего-нибудь придумает.

У Вероники сложилось впечатление, что Кристина нарочно стала болтать про ресторан и Николая, чтобы отвлечь внимание от предыдущей темы.

А Вероника упрямо вернулась к ней:

– Так а почему от Глеба Игнатьевича ушла?

– Надоело, – буркнула Кристина. – Скучно мне там стало.

– Но одновременно с тобой уволились также и Антон с Полиной. Это как? Совпадение?

Кристина поскучнела еще сильнее. У нее прямо лицо перекосилось.

– Не знаю я, кто и когда уволился. Что мне, следить за ними нужно было? С Антохой у нас тогда еще ничего даже не наклевывалось, он возле Ульяны крутился. Я ему до лампочки была.

– А как же у вас потом все закрутилось?

Вероника примерно догадывалась, как именно закрутилось, но ей было важно вызвать Кристину на откровенность.

Но той это совсем не понравилось:

– Слушай, ты чего такая любопытная? Как да чего? Ты приперлась ко мне ни свет ни заря, вытащила меня из теплой кроватки, обещала сказать, кто на меня покушается и почему, а вместо этого сама вопросами меня засыпала.

– Так в твоих ответах и может крыться ответ на вопрос, почему Глеб Игнатьевич убил Антона с Полиной. И почему он может повторить тот же трюк и с тобой тоже.

Кристина замерла. Вероника ожидала, что Кристина сейчас и вовсе станет мрачной, как туча. Но все получилось с точностью до наоборот.

Как бы это ни было странно, но лицо у Кристины просветлело.

– Глеб Игнатьевич убил Антона? И Полинку? Это тебе в полиции сказали?

– Да.

– А за что он их порешил?

– Вот это мы и пытаемся выяснить. У тебя есть какие-нибудь соображения по этому поводу?

Кристина помотала головой.

– Никаких.

– Постарайся вспомнить! – настаивала Вероника. – Это в твоих же интересах.

– Вот ты упрямая! Я же тебе сказала, понятия не имею, почему этот тип придумал нас убивать, если это он вообще!

– Ладно, помогу тебе вспомнить. Непосредственно перед увольнением Глеб Игнатьевич пригласил вас троих к себе в кабинет, осведомился, есть ли у вас при себе паспорта и затем повез вас в банк «Золото Аляски». Помнишь такое?

– Нет.

– Кристина!

– Честно, не помню! – вытаращила глаза девица. – Не было такого!

– Как же не было, если Ульяна это помнит.

– Врет!

– Она врет, или ты врешь?

– Мне-то на кой тебе врать? – пожала плечами Кристина. – Если хочешь знать, то Глеб Игнатьевич за спиной дочери какую-то свою игру вел. Вот ты спрашивала, как получилось, что мы с Антоном стали любовниками? Так все из-за Глеба Игнатьевича. Он же ко мне приезжал, просил, чтобы я с Антоном поближе сошлась. Денег мне заплатил, и немало.

– А еще больше обещал, когда ты ему видео ваших с Антоном развлечений предоставишь. Было дело?

– Было, – ни моргнув глазом, призналась Кристина. – Только разве в этом что-то плохое? И Ульяна не должна на меня обижаться. Напротив, благодарить меня должна, что я ей глаза раскрыла на то, какое чмо этот ее разлюбезный Антошка. И потом, я же ничего не придумывала, что было, то было. Трахались мы с ним, это на видео видно. А видео я отцу Ульянки продала, оно ему было очень нужно. Слушай!.. А может, это все-таки Ульянка их покрошила? Ну, Антона с Полинкой? Первого за измену. Вторую, что помогала Антону изменять.

– Тогда, по логике вещей, твоей жизни снова грозит опасность. Только уже со стороны Ульяны. Если Ульяна не пощадила Полину, то уж тебя она и подавно прикончит.

– Меня-то за что? У Полинки к Антону чувства были. А я просто заказ ее папеньки отрабатывала. Все претензии пусть своему родителю предъявляет. Это целиком и полностью его затея была. Если бы не я, другая бы согласилась. А Антошка вообще на все, что движется, кидался, ненасытная его морда!

Еще несколько раз Вероника пыталась повернуть разговор на случившееся год назад событие, которое привело всех троих в банк «Золото Аляски», но всякий раз терпела неудачу.

Кристина отказывалась говорить на эту тему, объясняя, что такого просто не помнит, а потом, в свою очередь, принималась болтать о чем-нибудь другом. «Золото Аляски» не интересовало ее совершенно.

– Но ведь вы даже за паспортом к Полине домой заезжали! – в тоске произнесла Вероника. – У Полины при себе паспорта не было, ей за ним пришлось домой идти.

Кристина замерла с открытым ртом.

– Слушай! Вот сейчас ты сказала и что-то у меня в голове промелькнуло. А ведь и правда! Было такое дело! Заезжали!

– Наконец-то! – обрадовалась Вероника. – Вспоминай теперь!

– Ездили мы в тот раз с Глебом Игнатьевичем, с Антоном и Полинкой в какое-то учреждение. Только я даже не поняла, что это банк. Нас со служебного хода завели и сразу же к хозяину провели в кабинет, сунули под нос какие-то бумаги, попросили расписаться. Мы все по очереди расписались и уехали.

– А что? Что это были за документы?

– А я знаю?

– Ты что, поставила свою подпись под документом, даже не прочитав его?