Индиго - Алекс Джиллиан

– И готов был отпустить, но не успел.

– Что значит «не успел»? – уточняет Анна, спрятавшись за бокалом с рубиновым содержимым. Подносит к губам, делая всего пару быстрых глотков, чтобы утолить внезапную жажду. Плохая идея, учитывая имеющийся горький опыт. Лучше бы попросить стакан воды.

– Мириам сделала все, чтобы выдать себя с головой, – начинает говорить Алан, уходя от прямого ответа. – Возможно, не на следующий день после того, как написала тебе письмо, но она решилась облечь в слова то, что я и так уже знал. Закончив с признаниями, Мириам стала умолять меня, чтобы я ее простил, клялась, что там у нее все давно кончено, и, заливаясь слезами, просила дать нам еще один шанс.

– Ты… – Анна растеряно моргает, осмысливая услышанное.

– Я не смог сказать «нет», – с досадой качает головой Флеминг. – Ты бы ее видела. Она была не в себе, как, впрочем, и долгое время до этого разговора. Я боялся, что Мири сотворит что-нибудь с собой. В итоге мы договорились, что, если через полгода ничего не изменится, мы тихо разведемся.

– Но… – Аннабель хмурится, оборвав себя на полуслове. В горле невыносимо першит, и она допивает остатки вина.

– А потом Мириам начала писать свой роман, и он поглотил ее целиком, – продолжает Алан. – Мы почти не виделись, хотя жили в одном доме, но иногда на нее накатывало, и Мири принималась усиленно играть роль любящей жены. Эти эпизоды можно было сосчитать по пальцам, но она полагала, что приложила достаточно усилий для спасения нашего брака. Я же изначально знал, что любые попытки склеить то, что давно разбилось, обречены на провал. Так совпало, что оговоренный срок выпал на презентацию ее рукописи. Мири выглядела такой счастливой из-за свалившегося на нее успеха, гордилась собой и радовалась каждому положительному отклику критиков. Мне не хотелось омрачать ее триумф. Документы на развод пролежали в ящике моего стола несколько недель, пока я ждал подходящего момента, но он так и не наступил. Вот что я имел в виду под словами «не успел». Я готов был дать нам обоим возможность начать жить с чистого листа, но уже не вместе. Я собирался отпустить ее, Эни! – Договорив последнюю фразу, Алан устремляет на гостью подкупающе искренний взгляд, и Анна снова ловит себя на слабовольном желании довериться, принять его сторону, откинуть прочь сомнения.

– Ты не сообщил следователям, что хотел развестись с женой? – спрашивает она, вырвавшись из оков наведенного Флемингом морока.

– Шутишь? Они бы с меня не слезли, – ухмыляется Флеминг.

– Значит, ты понимаешь, как мне сложно поверить в подлинность твоих слов? – воспользовавшись моментом, подлавливает его Анна.

– Предложи свою версию, Эни. – Откинувшись назад, Алан разводит руками.

– Уверен, что хочешь услышать? – Она снова тянет, сама не понимая, зачем дает Алану возможность выкрутиться. Радужки ее глаз заметно темнеют, когда он прикуривает сигарету. Медленно, лениво, с удовольствием. На мгновение засмотревшись, Аннабель вновь теряет нить разговора. Мысли как шальные разбегаются в разные стороны, словно это ее мозг подвержен прямому воздействию никотинового яда. Говорят, пассивное курение не менее опасно, но почему ей кажется, что причина кроется в другом?

– Слушаю, Эни. – Алан выразительно сморит на нее сквозь серые клубы дыма. – Сгораю от любопытства.

– Это она попросила развод, а ты настаивал на примирительном сроке, – приподняв подбородок, смело начинает Анна. – Мириам уступила, полностью погрузившись в рукопись. Триумф и успех «Индиго» сделали ее финансово независимой и более уверенной, в то время как популярность твоих книг стала падать. Она больше не нуждалась в тебе и в тот роковой день сообщила о том, что собирается начать бракоразводный процесс. Ты разозлился, и не без причины. Она изменяла тебе, хотела уйти к другому – такое непросто принять и простить. Вы поругались. Возможно, ваша ссора действительно произошла около бассейна, ты ее толкнул или она сама споткнулась и упала, после чего ударилась головой о бортик, соскользнула вниз и утонула. Это был несчастный случай во время бытовой семейной стычки, но ты запаниковал, побоявшись обвинения в непреднамеренном убийстве, и обставил все как исчезновение. Уничтожил следы ссоры, разложил купальные принадлежности. С твоим воображением ты мог придумать способ спрятать тело так, чтобы его никто не нашел, а вывести из строя камеры, удалить последние записи – это способен сделать даже школьник. Затем ты позвонил в службу спасения и рассказал свою версию событий, – триумфально завершает Анна.

– Складно, – неторопливо соглашается Флеминг, затушив недокуренную сигарету в пепельнице. – Ты обвиняешь меня в непреднамеренном убийстве и сокрытии главной улики – тела моей жены. Мотив – банальная ревность и зависть к успехам Мириам. Я правильно понял? – Он окидывает девушку изучающим взглядом, значение которого, как всегда, ускользает от ее понимания.

– Это всего лишь моя версия, – пожимает плечами Одли. – Возможно, в этой истории помог бы разобраться еще один человек… – уклончиво озвучивает назойливо крутящуюся в голове мысль.

– И кто же? – холодно уточняет Флеминг.

– Ты знал, кем был любовник Мириам? – в лоб спрашивает Анна. Прищурившись, Алан тянет с ответом, задумчиво изучая ее взволнованное лицо. – Полиция ничего не знала о ее тайной связи на стороне. Так? – продолжает напирать девушка.

Между ее лопаток проносится табун мурашек, ладони леденеют от подступающего страха. Алан по-прежнему молчит и смотрит так, словно жаждет придушить ее прямо сейчас. Адреналин, взрывающийся в венах Аннабель, заглушает инстинкт самосохранения, и она намерена идти до конца, даже если придется серьезно поплатиться за свою смелость.

– Я даже могу понять, почему ты ничего не сказал, но если ты не виновен, то разве не логично предположить, что брошенный любовник Мириам мог желать ей смерти?

И снова тишина вместо ответа. Гнетущая, тяжелая, угрожающая. Аннабель внезапно вздрагивает, ощутив, как ее затылок обдает холодом, а плечи сковывает свинцовая тяжесть. О боже… Мириам снова здесь. Прямо за спиной. Безумие или нет, но Анна физически ощущает ее присутствие. Слышит ее дыхание, чувствует холодное прикосновение рук. И как ни странно, призрачная поддержка кузины придает ей решимости.

– Раз ты решил скрыть такой немаловажный факт, значит, был уверен, что любовник твоей жены не имеет никакого отношения к ее исчезновению.

– Если ты все для себя решила и назначила виновных, почему до сих пор сидишь здесь, а не даешь показания в полиции? – спокойным тоном любопытствует Алан.

– Потому что дело закрыто, а у меня нет вещественных доказательств для его возобновления, – предельно честно аргументирует Анна.

– Или тебе нравится быть здесь, находиться в компании потенциального убийцы. Это будоражит, да, Эни? Опасность, адреналин, риск. Ты оделась так сегодня, чтобы соблазнить меня,