Скрытая бухта - Мария Орунья

даты, имена и названия мест. – В четверг, четвертого июля, в доме под названием вилла “Марина” в Суансесе было обнаружено мумифицированное тело младенца. Согласно предварительным результатам экспертизы, тело подверглось разложению там, где было оставлено после смерти, поэтому можно исключить вероятность того, что его спрятали нынешние владельцы или строители. Тело, судя по всему, пролежало в этом месте от пятидесяти до семидесяти лет. Это требует уточнения. Найденный при теле ацтекский амулет называется Тлалок и, по-видимому, представляет собой бога удачи, но в остальном эта статуэтка – полная загадка. Возможно, когда мы установим его происхождение, то получим подсказку. Сабадель, – она взглянула на младшего лейтенанта, все еще красного от возмущения, – сможешь это выяснить?

– Этим я и занимаюсь, лейтенант, – ответил тот, хотя во взгляде его читалась злость. – Университет обещал связаться со мной сегодня утром, надеюсь, они сообщат что-то существенное. Я уже переговорил с другими экспертами по культурному наследию и южноамериканским божествам и выяснил, что в Университете Деусто в Бильбао есть профессор истории и философии религий, его докторская диссертация посвящена как раз тому, как изображения латиноамериканских божеств проникали в Испанию…

– Отлично, – перебила его Редондо и сделала небольшую паузу, словно взвешивая информацию. – Постарайся связаться с ним, как только мы закончим. Если нужно, поезжай в Бильбао, реши сам, но к полудню мне нужна конкретная информация. – Это прозвучало как жесткий приказ. – Продолжим. После обнаружения останков на вилле “Марина”, обыска в доме и в хижине сеньора Гордона, а также георадарного обследования участка возможность того, что в доме или вокруг него есть другие тела, была исключена, поэтому будем рассматривать этот случай сокрытия тела как единичный. Более того, пока неизвестно, имело ли место преступление или нет. – Она оглядела подчиненных, и те закивали. – В воскресенье, седьмого июля, между семью и девятью часами утра, был убит Педро Салас, житель Суансеса. Его тело нашли в устье реки, недалеко от пристани. Сначала в него выстрелили с близкого расстояния из револьвера тридцать восьмого калибра – мы все еще ждем баллистическую экспертизу. Салас упал в воду и утонул. Тело застряло между большими камнями у пристани. Стреляли в него либо там же, либо где-то неподалеку, а затем перенесли тело и сбросили в воду. Но второй вариант практически невозможен, разве что жертву выбросили из лодки, потому что на машине к концу причала не подъедешь, а человек, который тащит бесчувственное тело, несомненно привлек бы к себе внимание, пусть даже ранним утром людей у причала немного. Кроме того, на цементе тогда должны были бы остаться следы крови, но ничего подобного там не обнаружили.

– Я подумывал снова связаться с близлежащими отелями и порасспрашивать, не видел ли кто из гостей что-нибудь странное, – сказал Ривейро, не перестававший делать записи в своем блокноте.

– Хорошо, – согласилась лейтенант, – мы позже обсудим план действий для всей команды. Меня беспокоит, что никто за целый день не заметил тело, болтавшееся у пристани все это время. И это учитывая, сколько народу летом в Суансесе.

– Думаю, у меня есть объяснение, – вновь прервал ее Ривейро.

Глядя на Редондо, он пересказал слова старого рыбака Антонио Руа о том, что в последние дни море было на редкость спокойным, а у причала скопилось так много водорослей, что труп среди этой растительности просто терялся.

– Это довольно необычное стечение обстоятельств, – заметила лейтенант, – особенно для Кантабрийского моря, но тогда действительно все вполне логично. Мы не должны принимать это просто на веру, но выглядит довольно правдоподобно. Я продолжу. Педро Салас не имел судимостей и всю жизнь прожил в Суансесе. Вдовец, есть двое детей, которые утверждают, что получали от отца в общей сложности от пятисот до шестисот евро в месяц. Учитывая, что его заработок рыбака составлял в среднем тысячу двести в месяц, что-то тут не сходится. У него должен был иметься дополнительный постоянный доход, но пока что не похоже, чтобы он был как-то связан с контрабандистами. Нам придется подробно изучить его жизнь и биографию, узнать все о его семье и уточнить у детей, когда отец начал проявлять такую щедрость. Возможно, был какой-то переломный момент, – задумчиво сказала лейтенант и посмотрела на Ривейро: – Нашлось что-нибудь интересное в компьютере Педро Саласа?

– Я пока не успел просмотреть все содержимое жесткого диска, начал только сегодня, но есть деталь, которая мне кажется важной. В истории браузера помимо новостей о находке на вилле “Марина” есть страницы с информацией о компании “Анчоусы Онгайо”.

– Еще одна зацепка. Дело все усложняется. – Лейтенант сделала запись на доске. – А какие именно страницы?

– Экономические разделы из самых разных газет, от “Эль Диарио Монтаньес” до “Эль Фаро де Кантабрия” и “Эль Кантабрико”.

– А нет в истории поисков указаний на интерес к самой сеньоре Онгайо? Он интересовался только компанией?

– Кажется, да. Но я этим и занялся-то буквально только что, вчера допоздна проторчал в Институте судебной медицины.

– Конечно, – проявила снисходительность Редондо. Непунктуальность и проволочки она ненавидела, но понимала, что людям иногда нужно спать. Несколько секунд она молчала, обдумывая услышанное. С чего бы старому моряку интересоваться делами анчоусной компании? Сомнительно, что он собирался устроиться туда на работу. Шантаж? Она снова взглянула на Ривейро: – Нужно проверить, не шантажировал ли Педро Салас компанию “Анчоусы Онгайо”. Не будем исключать такую возможность.

Все снова закивали – все, кроме Сабаделя, который почти прищелкнул языком, но все же удержался в последний момент.

– Хорошо, двигаемся дальше. – Валентина Редондо покосилась на настенные часы. – Я закончу с общей картиной, а затем вы поделитесь догадками, сомнениями или вопросами. Договорились?

Подчиненные опять согласно закивали, даже Сабадель, который нервно елозил на своем стуле.

– В четверг мы находим тело младенца. В воскресенье на рассвете в Суансесе убивают Педро Саласа. Его тело находят рано утром в понедельник, у пристани в устье реки. Вечером девятого июля, во вторник, владелец дома Оливер Гордон встречается со своим адвокатом в Сантандере и просит предоставить ему информацию о своих предках и о вилле “Марина”. Последнее может подтвердить капрал Камарго, который вчера побывал у адвоката Сан-Романа в Сантандере. – Она посмотрела на капрала, и тот кивнул в ответ. – Сразу после этого сеньор Гордон встретился с Ривейро, Сабаделем и со мной здесь, в комендатуре. В среду, десятого июля, то есть на следующий день, сеньор Гордон с девяти утра и до позднего вечера был с нами – сначала ездил с нами в Сантильяну-дель-Мар, а затем в Комильяс. Другими словами, у Оливера Гордона есть алиби на весь вторник и почти на всю среду, так как