Выстрел в прошлое - Наталья Александрова

— Успокойтесь, Надежда Николаевна, давайте поговоримкак разумные люди.

— Причем убийца непрофессиональный, неумелый.

Эти слова, по-видимому, особенно разозлили хозяина кабинета.Он резко побледнел, ударил кулаком по столу, потом одумался, отдышался ипродолжал почти спокойно:

— Надежда Николаевна, прекратите эти беспочвенныеоскорбления, и поговорим о том, что вам известно…

— Мне известно, что за последнее время вы или ваши«орлы», что одно и то же, — убили несколько ни в чем не повинных женщин,причем одну из них — явно по ошибке, перепутав ее со мной… Ведь вы тогда меняхотели убить? А убили жалкую пьянчужку.., поэтому я и говорю, что убийца вынепрофессиональный.

— Надежда Николаевна, я совершенно не представляю, очем вы говорите. Я вовсе не собирался убивать вас ни лично, ни чужими руками, яхотел только поговорить о вашей знакомой, Софье Вениаминовне Сергеевой.

— Которую вы уж точно убили! — бросила ему в лицоНадежда и на этот раз по его реакции поняла, что попала в точку.

— Вы что-то путаете! — воскликнул ОлегНиколаевич. — Софья Вениаминовна долго работала под моим руководством, еесмерть — большая потеря для меня и для всего нашего коллектива…

— Если вы долго с ней работали, то вы знаете ее гораздолучше меня. Я не видела ее долгие годы и вряд ли могу рассказать вам про неетакое, чего вы не знаете.

— Она звонила вам перед смертью и отправила вам письмо.Значит, вы не были для нее посторонним человеком. Что она вам написала?

— А откуда вы знаете, что она звонила и писала мне?

— Специфика нашей работы такова, что все служебныетелефоны прослушиваются.

— Но она звонила мне из автомата! — ляпнулаНадежда наугад и опять поняла, что попала в точку.

— Так все же, что она вам написала?

— Вы не хотите отвечать, откуда вам известно, что онамне звонила? Я это и так знаю: вы или ваши люди нагнали ее в телефонной будке —она от вас убегала, поэтому говорила запыхавшимся голосом, ее догнали и убили,обставив ее смерть, как сердечный приступ. И после этого вы хотите, чтобы яразговаривала с вами как с разумным человеком?

— Уверяю вас, вы ошибаетесь, — проговорил ОлегНиколаевич усталым голосом, — я непричастен к смерти Сергеевой. Но мнекрайне необходимо ознакомиться с ее последним письмом.

Надежда лихорадочно соображала. Эля Новицкая уже умерла, ейНадежда не повредит, сообщив текст письма Олегу Николаевичу. Но вот ее дочь..,может быть, вся эта путаница чем-то ей угрожает? Связан ли ее сегодняшнийсобеседник со всеми остальными убийствами, а если не связан лично, то что о нихзнает? Может быть, с ним можно обменяться информацией — текст Софиного письма вобмен на сведения об убийствах женщин? Но это имеет смысл лишь в том случае, еслиГлебов намеревается отпустить Надежду живой. Если он убил Софу, а в этомНадежда теперь уже не сомневалась, то кто помешает убить и ее, Надежду,учитывая, что она знает содержание Софиного письма, такого важного для Глебоваи его организации, и что она догадывается об истинной смерти Софы. Эх, Софа,как же тебя угораздило устроиться работать в такую организацию! А она, Надежда,еще удивлялась, в каком это НИИ сейчас платят хорошие деньги. Какие бы ни былиденьги, а связь с этой организацией никогда добром не кончалась.

Думать о наихудшем развитии событий Надежде не хотелось, иона решила, что в любом случае стоит поторговаться и попытаться хоть что-товыведать.

Глебов в растерянности глядел на сидящую перед ним женщину.Он ожидал, что к нему в кабинет приведут растерянную бестолковую домохозяйку,до смерти напуганную его «орлами» похищением на улице, кляпом и прочимидешевыми атрибутами шпионского фильма, готовую рассказать важному начальникувсе, что она знает, и еще больше, а перед ним был достойный противник —собранный и решительный. Она умудрилась не только острить в его кабинете, но ипочти сумела вывести его, Глебова, из себя, тем самым лишив его главного оружия— ясного холодного рассудка; то есть эта женщина явно переиграла его на его жеполе. Но что такое она несет про убийства? Она явно не помешалась от страха,вполне отдает себе отчет в своих словах. Что за бред? Софа — понятно, хотя то,что эта Лебедева так легко определила истинную картину ее смерти, Глебову непонравилось. Ну да это ерунда — никаких доказательств нет и быть не может, асаму Лебедеву потом.., так будет проще и, по крайней мере, надежнее.

Глебов не мог позволить себе рисковать в преддверии операции«Перелет». Ему стоило такого труда и риска связаться с людьми в Штатах,заинтересованными в разработках его института, особенно в одной разработке,связанной с возможностью бесконтактного считывания стратегической информации.Он долго шел к этому решению. Он долго сомневался, но они его вынудили. Ктоони, он не определил толком. Они — это те, кто допустили до того, что сейчастворится в этой чертовой стране. Ведь все было так тщательно налажено, онпотратил столько сил на работу, а прежняя власть это понимала, ему и егосотрудникам платили хорошие деньги. Да дело даже не в деньгах, главное — этовласть и сознание своей могущественности. Ну и пусть все они теперь катятся кчертовой матери! Он просто не может допустить, чтобы вся его многолетняя работапошла псу под хвост. Теперь все все продают, так отчего бы, и ему быть как все?Ему стоило такого труда столковаться с прижимистым генералом Грэмом и его ещеболее прижимистыми хозяевами. Ему стоило такого труда собрать достаточнонадежную команду — и не допустить при этом утечки информации, не дать ничегоразнюхать своему здешнему руководству, которому, конечно, глубоко безразличныинтересы государства, но очень даже не безразличны чужие деньги, которое лишнийдоллар в чужом кармане за версту чует… А те не то, что наши лопухи, те всесобирают, как мышка в норку. Сейчас не нужно, потом пригодится, мало ли какжизнь повернется. Денег не то чтобы не жалеют, но разумно тратят, впередсмотрят, сразу сумели оценить всю перспективность глебовских разработок.

И в этой непростой ситуации Софья Сергеева, человекнеудобный, неуступчивый, упрямый — за что он и отодвинул ее, несмотря на талантученого и трудолюбие, — отодвинул от самого главного, самогомногообещающего проекта, — и в этой непростой ситуации Софья сумелапроникнуть в его секретные файлы. Он не знал, что Софья успела разнюхать, но навсякий случай распорядился ее ликвидировать. Но она, зараза, успела позвонитьсвоей знакомой, вот этой, что сидит сейчас перед ним, и отправить ей письмо, иэто письмо его засранцы не смогли перехватить. И вот теперь перед Глебовымсидела непонятная ему женщина, и ставила его в тупик своим независимымповедением и явным нежеланием делиться с ним информацией. Главный вопрос — чтоей написала Сергеева? Что самой Сергеевой удалось узнать — не суть важно, ееустранили. Но вот что узнала эта, которая пока еще жива, и успела ли она скем-то поделиться информацией, это крайне важно. От этого зависит ее жизнь, нодля Глебова это второстепенно.