Четыре угла коварства - Лариса Павловна Соболева

Зоя Артемовна вошла в собственную…

…квартиру и сразу столкнулась с оккупантом: в прихожую заглянула Лора. Приходишь домой, как в стан врага.

– Добрый вечер, Зоя Артемовна, – поздоровалась Лора.

– Добрый, – отозвалась она, раздеваясь.

– Вы дома практически не живете, только ночевать приходите…

– Слушай, Лора, дай хоть раздеться.

– И раздражаетесь… – констатировала бывшая невестка.

Зоя Артемовна повесила пальто, ноги вставила в тапочки с меховой опушкой, взяла сумки, ведь если она не позаботится о продуктах, никто этого не сделает. Она пересекла прихожую, а дверной проем загородила Лора, тупо глядя на нее.

– Ты разрешишь мне войти в мой дом?

А интонация – пошла вон с дороги, а то удавлю. Разумеется, Лора отступила, Зоя Артемовна прошла на кухню, стала разбирать покупки, про себя сетуя, что не умеет притворяться, а ведь обещала сыну потерпеть. Вбежал Тима:

– Бабуля!

Ребенок ни в чем не виноват, тем более Лора не его мать, его жалко до слез, он же круглый сирота. Всю жизнь Зоя Артемовна работала с детьми, научилась понимать их, одни дети – повторение своих родителей, не всегда хороших, другие сотканы из протеста против родителей, между этими двумя категориями норма – дети позитива. А Тима сам по себе, он как луч солнца в ненастную погоду, всегда сияет, всегда позитивный, умненький и покладистый. Она присела на стул, взяла его за руки и поинтересовалась:

– Как живешь? Чем занимался?

– Питоном занимался…

– Питоном?! – ужаснулась она. – Где ты его взял?

– Это такой язык, – внесла уточнение Лора. – Компьютерный. На основе английского. Тимочка уроки по интернету нашел, учится самостоятельно.

– Тима, ты и английский знаешь? – еще больше ужаснулась она.

– Нет, что ты, бабушка Зоя, не знаю, – успокоил ее мальчик. – Просто приходится слова запоминать, а в переводчике есть значения.

– Боже, что ты будешь в школе делать? – И «бабушка» с жалостью на лице погладила его по щеке.

– Научится бегать на переменках вместе с остальными детьми, – заявила «мама». – И станет нормальным, как все.

– Как все? – подняла на нее глаза Зоя Артемовна. – Хорошо бы, но это вряд ли. А игрушками ты играешься, Тимочка?

– Мне, бабуля, некогда, – серьезно заявил ребенок. – Я же еще и читаю интересные книжки. У тебя в библиотеке взял «Черную курицу» без спроса. Извини.

– О, это хороший выбор. Знаешь, тебе я разрешаю брать книжки без спроса. А хочешь, книжки для тебя поставлю на нижнюю полку? Тебе будет удобно выбирать, ведь книг у нас очень много.

Мальчик радостно закивал и обнял Зою Артемовну, в тот же миг щелкнул замок входной двери, пришел Павел и позвал:

– Тимофей! Тимофей, ко мне! Смотри, что я принес.

Мальчик побежал в прихожую, Зоя Артемовна и Лора тоже поспешили за ним из любопытства – что же принес «папа». Тима вертел в руках ноутбук, Павел стоял, заложив руки в карманы брюк, с удовлетворением глядя на ребенка сверху вниз. Лору подарок привел в некоторое недоумение:

– Я ничего не понимаю… Что это? Зачем?

– Ноут, – сказал Павел. – Можно подумать, Лора, ты слепая. Тимофей просил старый компьютер, хочет посмотреть, что у него внутри. Разбирай, Тимофей, смотри, изучай.

– Это все твое воспитание?

Лора его упрекнула, намекнув, что он мало занимается ребенком. Каково? Она не оставила мысли протащить свои порядки, у нее удивительная способность не видеть и не слышать, когда ей указывают на дверь.

– А что еще? – прикинулся дураком Павел. – А да, чуть не забыл. Тимофей просил еще стационарный компьютер, чтобы посмотреть, что там внутри, и сравнить с ноутбуком. Тима, скоро ты и такой получишь, мне обещали дать чуть позже. Я закончил с воспитанием.

– Ты балуешь Тимочку, – сказала Лора.

А в следующий миг Тима подошел к «папе» и обнял его, выражая свою благодарность, он растроганно смотрел снизу вверх на него, Павел присел на корточки, взял мальчика за плечики:

– Дружище, я же обещал, а мужчины держат слово.

В ответ Тима обнял его за шею, шепнув на ухо:

– Ты самый лучший папа.

И убежал вместе с подарком, за ним ушла Лора. Зоя Артемовна плотно прикрыла дверь, ведущую в комнаты, и зашипела на сына:

– Павлик, ну ты и додумался: «Тимофей, ко мне!» Ребенок не собака.

– Мама, ты не так поняла, – не смутился Павел. – Я хочу с ним… м… вроде как на одной ноге… по-дружески…

– Зачем? Зачем ему твоя нога? Паша, ты совсем… Мне казалось, я вырастила чуткого, ответственного человека…

– Мама, прихожая не место для нравоучений.

– Молчи! – шикнула она. – Ты хоть осознал, что уже являешься настоящим отцом? Что у тебя есть дети, родные дети, ты это понял или нет? И ты обязан, Павлик… Короче, так. Если не женишься на Тамаре, которая родила тебе двоих детей… я тебя скормлю Лоре.

– Ого, – отшатнулся от матери Павел. – Сурово. Но ты забываешь: чтобы осуществить твое заветное желание, нужно согласие Тамары.

– Она согласится, если ты постараешься, или я не знаю женщин.

Войдя в раж, Зоя Артемовна от души погрозила ему пальцем, хотела еще что-то бросить ему в лицо в качестве обвинений, но, махнув безнадежно рукой, отправилась на кухню, крикнув по пути:

– Через полчаса всем на ужин!

Вениамин стоял, наклонившись к монитору и…

…держась одной рукой за кресло, в котором сидела Алина. Она щелкала мышью и поясняла ему:

– Я не одна пахала, мне помогли вскрыть почту, которой он пользовался только с компа. Но повезло, нашли файл с паролями.

– Зачем ему столько аккаунтов?

– У каждого свои тараканы, может, ему удобно было так. Вот, смотри. Это его рабочее мыло… то есть почта, ты же у нас не любишь жаргон… – И Алина, посмотрев на него, улыбнулась.

– Давай дальше.

– Есть почта для друзей, ну, переписка в основном, неинтересно.

– Это будем мы решать. Дальше.

– Есть мыло мусорное – для комментов в инете, бытовое – туда приходили квитанции. В течение двух последних месяцев на рабочую почту, – указала она пальцем в монитор, – приходили письма. Минутку… Смотри, открываем…Читай.

– «Твоя жена шлюха, – прочел Вениамин вслух и совсем не удивился. – Она наставляет тебе рога». Все письма одинаковые?

– Да. То есть не совсем. Смысл одинаковый, а слова немножко разные, если это имеет значение для тебя.

– Для меня все имеет значение. Открывай.

Алина открывала письма с короткими фразами, Вениамин делал снимки, чтобы показать Терехову, новый доступ к аккаунтам она не сделала, пришлось фотографировать. Над письмами работа продолжится, будут устанавливать, откуда они поступали. В кабинет заглянул сонный Левченко, долговязый и взлохмаченный начальник Алины, поздоровавшись, поинтересовался:

– А почему вы так рано?

– Веня