Красная башня - Сергей Че

– Вы такая могущественная организация, – усмехнулся Иван. – И ничего не знаете о каких-то провинциальных остолопах?

Старик нахмурился, разглядывая проплывающий мимо Речной вокзал.

– Вы ведь слышали о «кремлевских башнях»? Так журналисты называют политические группировки вокруг президента. Мол, одни тянут на запад к либерализму, другие тащат назад к тоталитаризму. Это все, конечно, примитивно. На самом деле башен не две, а гораздо больше. Основные башни ветвятся, из них вырастают башенки, бастионы, крытые переходы к соседям, флюгеры. Внизу целая сеть катакомб, о которых вообще никто ничего не знает. Условный либерал может в любой момент стать условным тоталитаристом, и даже не за деньги, а просто потому что служанка утром минет не сделала. У нас в стране очень запутанная система власти, она только кажется простой. И в этой системе легко потеряться или чего-то не учесть. Но даже если все это нагромождение строений свести только к двум башням, скажем, красной и белой…

– Красной? – встрепенулся Иван.

– Ну да, – старик глянул на него недоуменно. – Как еще их назвать? Силовики, вездесущая госвласть, давление, гулаг-архипелаг и прочая кровища – это красная башня. А любители светлых западных эльфов, аристократических балов и олигархов – это, соответственно, белая. Так вот, даже с точки зрения такого дуализма, всегда можно найти место, чтобы спрятаться. Тем более на периферии.

– Хотите сказать, их прикрывает кто-то из Москвы?

– Скажем так, в Москве существуют некоторые силы, заинтересованные в их деятельности.

– Заинтересованные в убийствах?

Старик сокрушенно покачал головой.

– Ну что же вы, Иван Петрович… Чем вы все это время слушали? Убийства – это только метод. Способ заклинания. Как фаерболл, ледяной дождь или создание голема. А цель другая.

– И какова же цель?

– По некоторым данным – автономия.

– Автономия чего?

– Вашей области, конечно. Не секрет, что у вас здесь все под Москвой, начиная с правительства и заканчивая последним заводом. Поэтому цель простая – вынудить варягов потесниться да поделиться. А может и дальше пойти. Помните, в 90х был такой свердловский губернатор Россель? Он все мечтал об Уральской республике. Так вот, наши с вами друзья вполне возможно мечтают о республике Нижегородской.

– И для этого им понадобилось убивать местных бомжей и гастарбайтеров?

– Почему нет? Тут связь яснее прослеживается, чем между голым мужиком и акциями Роснефти. Нагнать страху, вызвать кризис власти. Под шумок протолкнуть своих людей. Более подробно поймем, когда найдем книгу.

– Книгу? А она здесь причем?

Старик изумленно округлил глаза.

– А вы не знаете? Вам что, ничего не объяснили?

– Боюсь, некому было, – осторожно сказал Иван.

– «Целебник, или Тайные Писания» – это легендарная рукопись. Именно она помогла старой вере выжить во времена никоновских репрессий, а позднее сделала из старообрядцев богатейших купцов империи. Там, – старик посмотрел вверх, – считают, что она напичкана магическими рецептами, как искать точки сборки, как ими пользоваться. Достоверно известно, что ею владел Троцкий, когда создавал Красную Армию.

Иван помотал головой, чтобы не рассмеяться.

– Скорее всего, – продолжил старик. – «Целебник» в руках «Наследия». Они действуют по его рецептам.

– До этого он был в руках сумасшедших, – сказал Иван. – И что-то ни те, ни другие особо не разбогатели и Красную Армию создать не смогли.

– Не все так просто, Иван Петрович, – усмехнулся старик. – В любом деле надо быть профессионалом. А в магии – тем более.

Он прошелся вдоль борта, изящно держа бокал с вином пальцами.

– Вам нужна книга, – сказал Иван. – А мне нужен брат Балтазар. Помогите его найти, и я помогу вам.

– Незачем искать брата Балтазара, – сказал старик.

– Почему?

– Потому что он здесь.

Старик театральным жестом показал вниз.

Иван перегнулся через перила.

На носу теплохода, между канатными бухтами и нагромождением угловатых агрегатов, возвышалась странная конструкция, сваренная из железных прутьев и крашенных чугунных шаров.

Рядом с конструкцией стоял сгорбленный человек в замызганном жилете. Из его карманов торчали кисти и разноцветные тряпки. Рядом лежала палитра с буйно размазанными красками.

Брат Балтазар остервенело почесал пегую бороду, задрал голову вверх и глянул на Ивана безумными глазами.

Глава 22. Якорь

Широкая кисть летала по чугунному шару взад-вперед, накладывая мазок за мазком.

Иван попытался разобрать, что нарисовано на шарах, но ничего не понял. Шары были разнокалиберные. Самый большой располагался в центре конструкции и был разрисован красно-черными линиями. От центрального шара в разные стороны расходились толстенные витые прутья, напоминающие арматуру. К ним крепились шары поменьше, где к красно-черным линиям прибавлялись кляксы и пятна, то белые, то золотые, а внизу зеленые.

Брат Балтазар закончил размахивать кистью и теперь сосредоточенно корпел над сложным узором, напоминающим чешую.

– Что это? – почему-то шепотом спросил Иван.

– Якорь, – тихо сказал старик. – Тоже своего рода точка сборки, ее элемент. Точнее, может им стать.

– Якорь?

– Да. Не тот, конечно, что корабли удерживает. У него другая задача. Отойдите чуть в сторону. Тогда картинка сложится.

Иван шагнул к парапету и пригляделся.

Теперь конструкция выглядела осмысленнее, а мазня на шарах начала сочетаться друг с другом и прутьями. На центральном шаре он разобрал конский круп, сапоги всадника, сверху нависала чешуйчатая кольчуга, а внизу бил перепончатым крылом зеленый змей, пробитый копьем.

– Святой Георгий? – повернулся Иван.

– Да. Герб Москвы.

– Своеобразное… э-э… художественное решение. Кондовые патриоты бы не одобрили.

– Кондовые патриоты ничего не понимают в современном искусстве. И отрицают его силу. Совершенно зря. Хороший перформанс может свернуть горы, если его правильно подать.

– И куда вы собираетесь ставить этого лошарика?

– Мы не собираемся его ставить. Мы собираемся его утопить. Это же якорь, а якорь должен быть на дне. – Старик указал рукой в сторону, туда где Ока сливалась с Волгой. – Там его место.

– Символ привязки к метрополии? – догадался Иван. – Чтобы территория не уплыла в другую сторону.

– Вы быстро схватываете, – сказал старик. – Не факт, что такая точка сборки сработает, но один из консультантов посоветовал сделать именно это. На всякий случай.

Иван мельком глянул на старика. На психа тот совершенно не смахивал, но ахинею нес с уверенностью, будто рассуждал о погоде. Иван хотел было спросить, не лежал ли старик в одной палате с Братом Балтазаром, но сдержался. Если в главном силовом ведомстве страны служило много таких стариков, за державу становилось страшновато.

– Мне надо с ним поговорить, – Иван кивнул на Брата Балтазара.

– Он не разговаривает, – пожал плечами старик. – У