Аптекарская роза - Кэндис Робб

— Да. Капитан лучников. Немногим удается подняться так высоко.

— Это тебе, Том, фортуна улыбнулась, когда наградила делом, способным обеспечить старость, и хорошей женой.

Мерчет оживился.

— Да. Господь ко мне благосклонен. — Кивнув, он отошел к посетителям, чтобы наполнить элем их кружки.

Оуэн сделал большой глоток, наслаждаясь превосходно сваренным напитком. Том Мерчет отлично знал свое дело. Его мастерство дарило радость людям, Совсем другое дело — утраченное мастерство Оуэна: убивать, калечить. Возможно, теперешний период ученичества послужит ему искуплением.

Он представил, как они с Люси будут работать бок о бок, в точности как Том и Бесс. Представил, что у них тоже таверна. Люси создала бы совершенно другую атмосферу. Бесс все-таки грубовата. Мужчины смело встречали ее взгляд, и в их глазах читался призыв. И это хозяйку нимало не смущало. Зато, разговаривая с Люси, даже самые что ни на есть бравые молодцы обычно опускали глаза, как мальчишки, обращаясь к лучшей подруге матери. Голоса их начинали звучать тише. А он сам…

Нет, Оуэн никак не мог представить, что она замужем за ним, таким мужланом. Одноглазый, неотесанный…

Он так громко стукнул кружкой о стол, что привлек любопытные взгляды соседей. Увидев, что он смущенно кивнул, они покачали головами и вернулись к своим разговорам.

Но вскоре снова отвлеклись — появился судебный пристав. Задержавшись у стойки, он пробрался через зал с кружкой в руке и уселся за стол к Оуэну.

Его появление не улучшило настроения Арчера. Надеясь, что невежливость отпугнет пристава, Оуэн даже не поднял на него взгляд, а продолжал смотреть в кружку.

— Только не говорите, что архидиакон опять хочет меня видеть.

— Ничего подобного.

Оуэн удовлетворенно кивнул, по-прежнему не глядя на собеседника.

Дигби заерзал. Он ведь надеялся заинтриговать Оуэна своим ответом, но тот молчал. Тогда пристав придвинулся к нему поближе.

— Он хочет, чтобы я следил за вами и выяснил, кто вас прислал и зачем.

Оуэн поднял взгляд.

— Архидиакон ко всем незнакомцам относится с такой подозрительностью?

— Нет.

— Почему же тогда он выбрал меня?

Дигби усмехнулся.

— Он не сказал. Но я-то знаю. Он считает, что архиепископ прислал вас расследовать смерть Фицуильяма.

— Откуда вам известно, что архидиакон так считает?

— Потому что я тоже так думаю.

Дигби принялся неторопливо осушать кружку. Со вчерашнего вечера в нем значительно прибавилось уверенности.

— Наверняка архидиакон не предусматривал, что вы раскроете мне свои планы?

Дигби расхохотался.

— Конечно.

— Так зачем вы мне все это говорите?

— Затем, что хочу знать причину вашего появления здесь.

— Вы имеете в виду, действительно ли я послан в Йорк архиепископом, чтобы расследовать смерть Фицуильяма?

— Точно.

— А позвольте мне узнать, что вообще здесь можно расследовать? Все говорят, что он умер от простуды.

Дигби фыркнул. Очень неприятный звук.

— Только не Фицуильям. Он был не настолько болен.

— Вы его знали?

— Ага. Причем хорошо знал. Он здорово пополнил фонды собора. Дерьмо так и липло к нему, как паутина к кошке.

— Кража руки из помойной ямы вашей матери не самое злостное его преступление?

— Это был пустяк.

— Так вы полагаете, что его убили?

— Ну да. С такими, как он, это всегда случается.

— В лазарете аббатства?

— Он ведь там умер.

— Один из братьев?

— Вряд ли. Но возможно. Не все же они святые.

— Как архидиакон.

Дигби снова фыркнул.

— Он в последнюю очередь. Все они рождены в грехе, как мы с вами.

«Он в последнюю очередь». Любопытное замечание.

— Так вы хотите сказать, что и архидиакон, и вы сами считаете, что Фицуильяма убили, а я прислан сюда, чтобы найти убийцу. Вы надеетесь, что я найду его, а вот архидиакон думает иначе. Все правильно?

Дигби ухмыльнулся.

— Странно, что ваши интересы не совпадают с интересами того, кто вам дал работу, — ехидно заметил Оуэн.

Теперь Дигби уставился в кружку.

— Мне самому это не нравится.

— Откуда же такой интерес?

Дигби хмуро посмотрел на Оуэна, словно ушам своим не поверил.

— Я судебный пристав. Мой долг выводить преступников на чистую воду. Кто-то совершил убийство на священной земле. Я хочу выяснить, кто именно.

— Но архидиакону ведь все равно?

— Он кого-то покрывает.

— Кого?

Дигби отвел глаза.

— Я не так много знаю, чтобы обвинять. Никак не могу нащупать связь. — Он решительно взглянул в глаз Оуэну. — Я хочу подкинуть вам одну мысль, а вы поразмышляйте. Молва идет о двух смертях. Нет, о двух убийствах. — Последнее слово он произнес отчетливо и медленно.

Оуэн призадумался.

— Вы имеете в виду смерть пилигрима, не назвавшегося по имени?

Дигби ему подмигнул.

— Пораскиньте мозгами. Честный человек не станет скрывать свое имя. Подозреваю, тот тип был замешан в грязных делишках Фицуильяма.

— Интересная мысль. Но почему я должен думать, что это убийство? Что вам известно?

Дигби допил эль до конца.

— Этот разговор только распалил жажду.

Оуэн перехватил взгляд Бесс. Она наполнила кружку пристава.

— Запиши на мой счет, Бесс.

Хозяйка улыбнулась.

— Пристава одной выпивкой не подкупить, мастер Арчер.

Дигби бросил на нее полный ярости взгляд.

— Просто я хочу с ним еще немного поболтать, — поспешил разрядить ситуацию Оуэн.

Бесс пожала плечами и пошла обходить столики.

— А я думал, у вас толстая шкура, — вскользь заметил Оуэн.

— Мне все равно, когда они презирают меня за то, что я сую нос в чужие дела. Это естественно. Но обвинить в продажности! Будь я таким, архидиакон не стал бы держать меня на этой должности.

— Вы хорошо о нем отзываетесь и в то же время считаете, что он покрывает убийцу. Решите же что-нибудь одно.

— У каждого есть какая-то слабость, ради которой он готов рискнуть чем угодно.

— И какова же его слабость?