Спасатель - Павел Алексеевич Астахов

Она умолкла, уныло глядя перед собой, но Павлов не торопил девушку. Он понимал, что внутренние проблемы, которыми, похоже, Полина не считала нужным делиться со своими родителями и переваривала их в себе, наконец-то назрели и даже перезрели, достигнув крайней точки.

– Я вчера специально посмотрела записи, сделанные после землетрясения, – вновь заговорила она. – Жуткие кадры. Кстати, я вас там видела, Артемий Андреевич. Вы, оказывается, не только в суде выступать умеете! Вот уж не ожидала.

– Разве есть разница, какой у тебя чин, если люди в беде? – спросил Артем.

– Нет, конечно… Но я также видела своего отца, причем в неприглядном виде. И, судя по слухам, именно вы его вытащили из завалов.

– Я спасал человека. На тот момент мне было неважно, кто он – мэр города или нищий пьяница.

– Я не хочу ничего от него, – тихо промолвила Полина. – Не подумайте, что я неблагодарная дрянь. Да, у меня всегда все было. Но при этом отец всегда напоминал мне, кого я должна благодарить за все эти блага. Я должна была молиться на него. Я понимаю, что тоже не подарок. «Избалованная сучка» – так меня некоторые называют за глаза. Но я не обижаюсь, потому что отчасти так оно и есть. Больше всего меня убивает то, что отец считает нас с матерью своей собственностью. Как, к примеру, телефон или машина. Он любит власть и ненавидит, когда кто-то не согласен с его мнением.

– Полина, конфликт, который ты сейчас описала между тобой и отцом, имеет тысячелетнюю историю. Как тут не вспомнить классику – Тургенев «Отцы и дети»! И не играет роли, богатая семья или бедная. Парадокс заключается еще и в том, что мы не выбираем своих родителей. А вот у них возможность вырастить порядочных и честных детей есть. Я внимательно выслушал тебя, но эту проблему не решить за пару минут. Чем лично я могу тебе помочь?

– Я хочу доказать, что я не пустышка, – твердо заявила Полина.

Артем бросил на нее внимательный взгляд.

– Я могу тебе со всей уверенностью сказать, что ты не пустышка, – сказал он. – Ты мне веришь?

– Спасибо, но… – Она на мгновенье смутилась. – Я хочу подтвердить это конкретными делами.

Артем не мог сдержать улыбки:

– И ты считаешь, что я смогу тебе помочь?

– Да, – ответила Чадова, и ее щеки слегка порозовели. – Я знаю, что вы все можете. Потому что справедливый и всем помогаете.

– Увы, Полина, всем помочь невозможно.

– Все равно. Я читала, вы занимаетесь спортом. Когда в тот день… Вы могли бы покалечить моих друзей, но пожалели их. Я прекрасно видела, что вы били их не по голове, хотя всего пару ударов, и они отправились бы в нокаут.

Помедлив, девушка прибавила глухим голосом:

– А теперь они все в тюрьме.

– Вот как? Поясни.

Полина вздохнула.

– Вы как в воду глядели, – сказала она. – Эти дураки решили ограбить частный дом в Хосте и попались. Теперь все четверо за решеткой.

– Печально, – резюмировал адвокат. – Но к этой развязке, собственно, все и шло.

– Дело в том, что меня тоже уговаривали принять участие в преступлении. И в этот момент я вспомнила наш с вами разговор в машине. Ну, после той драки… Все, что вы говорили, сбылось. Я благодарю Бога, что вовремя поняла, кто меня окружает.

– Лучше поздно, чем никогда. А твоим так называемым друзьям теперь придется отвечать по всей строгости закона, они уже не маленькие.

– Да уж…

– Мы, кстати, уже практически приехали. Полина?

Она повернула голову, глядя на Артема.

– Знаю, вопрос прозвучит глупо, особенно от дочери мэра… – запинаясь, проговорила она. – Но, может, вам нужна какая-то помощь? Так хочется оказаться по-настоящему полезной. Тут вопрос даже не в деньгах, я готова стать волонтером!

Припарковавшись на стоянке, Артем положил руки на руль:

– Почему бы и нет. Помощь всегда нужна, особенно когда она искренняя.

Он вытащил из нагрудного кармана визитку и протянул ее девушке:

– Ты приняла очень верное и правильное решение. Вот мои контакты, позвони мне вечером. Может, что-то придумаем.

Лицо Полины озарилось улыбкой.

– Я знаю, что все получится! Спасибо, что выслушали меня!

Она выскочила из машины, помахав Павлову рукой на прощание.

Следствие буксует

Высадив Полину, Артем оставил автомобиль на платной парковке и пешком направился к зданию Следственного управления. Перед входом у ступеней его уже поджидали Чернышовы – сосед Терентьевой и его десятилетний сын.

– Спасибо, что вовремя, – сказал адвокат, здороваясь с каждым из них. – Привет, Валентин.

Мальчик стиснул широкую ладонь Павлова, его глаза горели от любопытства.

– Ты помнишь, что нужно говорить? – спросил Артем. – Все только по делу – когда, где, с кем и при каких обстоятельствах вы увидели того мужчину в маске на велосипеде. И, самое главное, в какую он сел машину. Ты, надеюсь, сохранил запись в телефоне?

Парнишка с готовностью кивнул.

– Вы сказали, что при допросе будет присутствовать педагог. Или психолог, – сказал отец Чернышов-старший, в голосе мужчины скользило волнение.

– Я говорил со следователем, он обещал все устроить, – успокоил его Артем. – Идемте.

Пока отец с сыном ждали в коридоре, он направился к кабинету следователя и постучал в дверь.

– Дмитрий Иванович?

Лейтенант поднял голову и, увидев адвоката, вышел из-за стола. Артем не мог не обратить внимания на его задумчиво-хмурый вид.

– Доброе утро, Артемий Андреевич, – сдержанно поздоровался он.

– Мы на месте, Чернышовы ожидают в коридоре, – сообщил Павлов. – У вас все готово для допроса? Где ваш педагог?

Несколько секунд следователь молчал, словно решая, стоит ли сообщать адвокату новость, затем нехотя произнес:

– Педагога не будет, Артемий Андреевич. Во всяком случае, не сегодня.

– Что же изменилось?