Наследие драконов - Мари Ви

Мы дошли до фонтана, и я с замиранием сердца приблизилась к нему вновь. Конечно, вода не светилась, диск с драконом по-прежнему находился на том же месте, не двигался, только намок из-за дождя и чуть потемнел. Но в остальном – все точно так же, как было вчера.

Наклонилась ближе к воде, вглядываясь в глубину. Фонари на улице горели изредка, но здесь было не совсем темно. Тот странный, спрятанный грозой на небе свет, все еще пробивался и чуть освещал площадь. Что казалось странным и нереальным, но я видела это собственными глазами. Может, то была луна?

А вдруг я все еще сплю?

Стояла глубокая ночь, была сильная гроза и лил дождь – вряд ли кто-то из горожан будет гулять в такое время. Только ветер иногда проносился по улицам, трепал колокольчики, опрокидывал пустые корзины, бился в закрытые двери и окна спящих домов.

– Что тебе приснилось? – Спросил Кинэ.

Я рассказала. Как могла, передала ему все свои впечатления. Он слушал внимательно, не перебивал, делал собственные выводы. Когда я закончила, он произнеспроизнес:

– Думаешь, это был не просто сон? – В его словах был вполне конкретный подтекст, который меня расстроил.

– Считаешь, слишком много впечатлений? – Грустно улыбнулась.

– Мы встретили дракона, – напомнил Кинэ примирительно. – Ты увидела этот диск. Такое бывает.

Закивала, будто соглашаясь, и в этот момент поняла, почему я хотела идти одна. Может быть, это правда невероятно, только сны, мои впечатления, не больше, но если бы я пошла одна, сказка прожила бы дольше.

Кинэ заметил, как я помрачнела, собралась возвращаться, поэтому торопливо спросил:

– Как ты хочешь проверить?

– Никак, – пожала плечами. – Ты прав, глупости все это. Нужно возвращаться. Завтра очередной долгий день.

Кинэ помолчал недолго, я все еще не уходила, смотрела в воду фонтана. Сейчас он был выключен, каменные драконы спали. Кинэ внезапно подошел ближе, наклонился и рукой достал до дна. Я проследила за этим жестом спокойно. Он выпрямился и отряхнул руку.

– Либо сон, либо какая-то магия, – заключил он.

Я улыбнулась и отправилась обратно. Кинэ бесшумно двинулся за мной следом.

* * *

Думала, уже не усну, но усталость или разочарование навалились на меня, стоило только лечь, и я снова задремала. Наутро меня разбудили солнечные лучи, дверь на этот раз была закрыта. Кинэ ли ее закрыл или служанки, трудно сказать. Да и имеет ли это значение?

За завтраком к нам пришел посланник. Сообщил, что градоначальник нашел решение нашей проблемы. Ничего не уточнил, но передал, что градоначальник готов сам явиться к нам, либо почтет за честь принять у себя. Юншэн был не слишком рад тому, что его заставляют ждать так долго, но его могли беспокоить и другие заботы. Например, вчерашний разговор с Кинэ. Чем больше об этом думала, тем больше понимала, что хочу все разузнать. Но… у кого?

– Пойдем к нему, – решил Юншэн.

Хин не любил ранние подъемы, но, когда Юншэн собрался уходить без него, обещал устроить землетрясение, если его не дождемся. В итоге к градоначальнику в дом мы пришли только к обеду. Как оказалось позднее – оно и к лучшему.

– Добро пожаловать, дорогие гости! – Принял нас, словно на пиру, градоначальник. – Простите, что задержался, но только два дня назад из Отари уехал великий колдун. Он очень силен, и если кто и может помочь с вашей проблемой, то только он. Я спешно отправил за ним гонцов, они вернули его обратно.

– Он здесь? – Уточнил Юншэн.

Градоначальник кивнул, и старший брат велел его пригласить. Не знаю, как остальные, но я ожидала увидеть старца с длинной седой бородой, умудренного опытом. Но… пришел худой, как щепка, парень, на вид неопределенного возраста. Где-то между тридцатью, плюс минус десять лет. Хоть на его лице наблюдалась растительность в виде жидкой бородки и больше похожих на грязь усов, трудно себе представить, что он тот, кто сможет помочь нам с Колдуньей камелии.

– Дело сложное, мой юный Повелитель, – он говорил слегка надменно, но голос был слишком высоким, неприятно скрипучим, чтобы производить должное впечатление. Перед Юншэном он расстилался, но все равно выглядел собранием противоречий. – Колдунья камелии дело явно непростое. Требует более сильной защиты.

– Это мы поняли, – Юншэн и так был не в восторге от вынужденного ожидания. – Ты сможешь изготовить эту защиту?

– Дайте мне два дня, – попросил колдун, чье имя, к нашей неожиданности, мы узнали только после того, как он ушел.

– Чин?

В переводе с канского это означало «воробушек», но в контексте с другими иероглифами это слово как правило не читалось, словно его не существовало. Скрытое, но несущественное.

Все в Империи Кана, как и на островах Лойон почти всегда получали имена со значением. Юншэн, к примеру, означало «огненный шторм», Хин – «горный земляной поток». Мое имя означало «черный бархат», как мне рассказывали, из-за цвета моих глаз. А вот Чин в данном случае казался совсем уж не подходящим для имени.

– Не волнуйтесь, он сделает все, что нужно, – заверил градоначальник. – Он пробыл в городе не так долго, но уже успел сделать очень много! Например, на окраине у одного фермера повадились пропадать куры. Так Чин-сэй[2] долго проводил ритуал, но изловил лисицу, что крала этих кур. После этого куры пропадать перестали.

А еще у одного старика в городе внучка хворала без конца. Уже помирать стала, но пришел Чин-сэй, провел ритуалы, подарил амулеты, и девушка расцвела! К ней уже повадились свататься! Уверяю Вас, Ваше Высочество, Чин-сэй справится с Вашим делом лучше всех!

Юншэн спорить не стал, но и оставлять все как есть не спешил. Поскольку у нас теперь образовались два свободных дня, мы спросили градоначальника, чем можно было бы в это время заняться в городе. Юншэн пожелал тренироваться, но все равно рассмотрел предложенные варианты.

– Завтра вечером пройдет фестиваль саинских бабочек, – рассказывал градоначальник. – Только раз в год, в месяц огненных драконов, сразу за днем срединной луны, за городом рождаются тысячи бабочек. По поверью они посланники самих драконов. Мы собираем их вместе, а вечером, в праздник, выпускаем в небо.

– А в чем суть? – Заинтересовался Юншэн.

– Бабочки эти по окраске похожи на драконов, – рассказывал градоначальник с гордостью и увлеченностью. – В древности они возвещали о приходе