Аманда исчезает - Мелисса Фостер

На плечо опустилась ладонь Коула, и Молли вздрогнула.

– Господи, Коул! Давно ты тут стоишь?

– Достаточно.

В кафе «Милетто» было немноголюдно. Заняты были четыре столика: две молодые пары, одна пожилая, да еще за столиком в нише тоже сидела парочка средних лет. Молли и Коул сели неподалеку. Молли потянулась через стол и хотела взять мужа за руку, но тот отстранился.

Молли уставилась в окно и невольно прислушалась к разговору за столиком в нише. Парочка о чем-то шепталась.

– Не знаю, что делать, – сетовала женщина. – Мне показалось, там кто-то был.

– Нет, вряд ли, – возразил мужчина. – По-моему, ты зря волнуешься.

– А по-моему, все затянулось. Сил нет терпеть.

– Придется, – твердо сказал мужчина. – Если сейчас раскроешь карты, представь, сколько страха появится у горожан, сколько недоверия.

Голоса Молли узнала и отругала себя, что подслушивает. Увы, любопытство ее уже разыгралось.

– Ты поступила, как сочла правильным, а люди разозлятся, под суд тебя отдадут или даже в тюрьму упекут, – шептал Ньютон.

– Смотри, на что я обрекла мальчишку, – убитым голосом проговорила пастор Летт.

Молли невольно покосилась в их сторону.

– Я узником его сделала. Спрашивается, за что? Сначала для него старалась, а теперь, если честно, стараюсь ради себя самой. Я махровая эгоистка.

Молли уже ловила каждое слово, а ничего не подозревающий Коул изучал меню. Вот он накрыл ее ладонь своей. Молли улыбнулась, но любопытство не угасло.

– А тебя я на что обрекла! – горестно проговорила пастор Летт.

Молли вдруг почувствовала себя мошенницей, отдернула руку и перехватила изумленный взгляд Коула.

– Что такое? – спросил он.

Молли заслонилась меню, потом сдвинула его и посмотрела на Коула.

– Тсс! – Она кивнула на столик в нише: – Не показывайся им!

Коул повернул голову. Парочку он узнал мгновенно, снова сел прямо.

– Пастор Летт и Ньютон Карр – и что с того?

– Господи, неужели не понимаешь? – взволнованно зашептала Молли. – Они говорят о каком-то ужасном поступке пастора Летт, о мальчишке, которого сделали узником!

– Молли, да забудь ты об этом!

К соседнему столику подошла официантка со счетом, пастор Летт, взглянув на счет, вручила ей кредитку.

За столиком Молли и Коула царила тишина. Пастор Летт с Ньютоном собрались уходить. Молли заслонилась меню, у Коула так проворно не получилось, и Ньютон перехватил его взгляд.

– Привет, Коул, привет, Молли! Как поживаете? – спросил он неуверенно, а взгляд метался между пастором Летт и Молли.

Молли сунула руку под подушку – прикосновение к цепочке и фантику успокаивало. Интересно, почему трофеи больше ничего не рассказывают, почему видений больше не вызывают? Молли прильнула к посапывающему Коулу, но ее мозг уже окончательно проснулся. Она выскользнула из постели и в сопровождении собак спустилась на первый этаж.

– Ладно, ребята, бегите, но предупреждаю: на улице холодно. – Молли выпустила псов, но буквально через минуту Стелс заскребся обратно. – Ну, я была права? – ухмыльнулась она, впуская его.

Прихватив с собой стакан воды, Молли прошла в гостиную, свернулась клубком под пледом и включила телевизор. Она застала конец выпуска местных новостей, в котором говорили о Трейси Портер. Диктор сказала, что полиция очень надеется на помощь горожан. Молли захотелось немедленно позвонить в участок – пусть допросят пастора Летт и Ньютона Карра.

Но тут телефон сам зазвонил, да так оглушительно, что Молли испуганно вздрогнула.

– Алло! – боязливо произнесла она в трубку.

– Мам, это я! – Голос Эрика вибрировал от волнения. Не дав Молли раскрыть рот, он успокоил: – Не бойся, у меня все о’кей. Просто хочу с тобой поговорить.

– Ладно, только не тараторь так. В чем дело?

– Сейчас по телику рассказывали про ту девочку, ну, про Трейси.

– Ага, я тоже смотрела новости.

– Мам, она жива. Я знаю это, точнее, чувствую. А ты чувствуешь? – с надеждой спросил он.

– Мне тоже кажется, что жива, но где искать ее, ума не приложу.

– Как подумаю о Трейси, вижу того типа. Он крупный, как наш папа. – Эрик затих, и Молли догадалась, что он меряет комнату шагами – так же, как Коул, когда разговаривает по телефону. – Вижу здоровяка, а кто он, не знаю. Кто это может быть?

– Я тоже не знаю, милый, но постоянно об этом думаю. – Молли хотела рассказать сыну о пасторе Летт и Ньютоне Карре, но передумала: зачем настраивать Эрика против них, особенно если ее подозрения беспочвенны. – Я нашла украшение Трейси, золотую цепочку…

– С подвеской-сердечком, – подсказал Эрик.

– Откуда ты знаешь? От папы?

– Нет, мам, я просто знаю, – неуверенно ответил Эрик. – Ненавижу эти долбаные видения! Не могу ни отключить их, ни сам отключиться. Вижу, и точка. Вижу Ханну в лесу… Мам, что все это значит?

Молли слышала в голосе сына страх и больше всего на свете хотела обнять его, окружить любовью и заботой, защитить от боли, которую вызывают Картины.

– Ничего не могу сказать, милый. Я тоже ненавижу видения, но верю: нам их посылают, чтобы мы спасли Трейси. – Молли запнулась. – Ты что-нибудь еще видишь? Что-нибудь чувствуешь?

– Ага, иногда Трейси страшно. Порой сижу на лекциях – и ее страх накрывает с головой. А потом одна тьма.

– Ох, Эрик!

– Иногда вижу свечи, а однажды… однажды я увидел того здорового типа, он стоял с поднятыми руками, словно… не знаю, словно к чему-то тянулся. Я подумал, он к небу тянется, но это же полный сюр.

– Эрик, я тоже это видела. А про Трейси что-нибудь видишь? Например, где она?

– Нет… Только старый жуткий дом, порой одну тьму, словно девчонка в яме сидит.

Эрик запнулся. Молли чувствовала, он хочет сказать что-то еще.

– Милый, что такое?

– Однажды… однажды я увидел Трейси на улице. – Эрик заговорил тише. – Где именно, не знаю, и это убивает, но я типа ее глазами смотрел. Мы с парнем из нашей группы пошли в лес за образцами для лабораторки, и я вдруг стал той девчонкой. Черт знает что… Сюр, полнейший сюр. – Эрик выругался сквозь зубы. – Я видел лес, чащу, ну, как там, где мы с папой охотились… – Эрик замолчал.

– Я не понимаю, что это значит, дорогой, но очень хочу помочь. Помню, малышом ты верил, что я волшебница и, если подую на царапину, боль пройдет. Но сам видишь, волшебница я еще та и помочь ничем не могу.

– Не переживай, мам! Если вдуматься, это даже круто. Вдруг мне голая красотка привидится? За такое дорого дашь! – захохотал Эрик.