Никогда не лги - Холли Эфрон

— Да, это я выбросил холщовую сумку и нож в мусорный контейнер. Я обнаружил их в кузове своего грузовичка, когда приехал вчера на работу. Клянусь, это не я положил их туда.

— В свой грузовичок, — сказал Бланчард.

— В кузов, под брезент.

Бланчард поднялся на ноги и обменялся несколькими словами с Фурнье. Тот немедленно вышел из комнаты.

— Я понимаю, это выглядит чистым безумием, — продолжал Дэвид, — но именно так все и было, я ничего не придумываю. Я узнал эту сумку и понял, что если ее у меня найдут, то получится, будто я имею какое-то отношение к исчезновению Мелинды. О том, что в ней лежит нож, я не знал, потому что не открывал ее, чтобы заглянуть внутрь. Мне всего лишь хотелось избавиться от нее.

— Дэвид, — настойчиво сказал Тео, горестно качая головой. Плечи его поникли, — похоже, он признал свое поражение.

— Знаю, знаю, мне следовало бы сразу же вызвать полицию. Но я запаниковал. Мне хотелось как можно быстрее избавиться от этих вещей. Кроме того, по правде говоря, я понятия не имею, когда Мелинда покинула наш дом, — невыразительным голосом добавил Дэвид. На лице его появилось отсутствующее выражение. — Потому что я не видел, как она уходила.

Женщина-прокурор метнула на Бланчарда удивленный взгляд.

— Я провел ее внутрь, — пояснил Дэвид, — показал ей дом, — словом, все было в точности так, как я и говорил. Но когда мы поднялись в мансарду, Мелинда вдруг ударилась в воспоминания о том, как несчастлива была в детстве. Сложилось такое впечатление, что, после того как она оказалась в нашем доме, в голове у нее сработал какой-то выключатель и она съехала с катушек. Мелинда разбила лебедя, швырнув его в стену… Я просто стоял и смотрел на нее, потому что сделать ничего не мог. Она попросила меня оставить ее одну, дать ей время и возможность успокоиться и прийти в себя. А когда я позже вернулся на чердак, ее там уже не было.

— Что значит «позже»? Насколько позже? — быстро вмешался Бланчард.

— Ну, может быть, минут через десять. Тогда я просто подумал, что Мелинда, должно быть, самостоятельно нашла дорогу обратно. И именно поэтому я и позвонил ей вечером. Мне хотелось убедиться в том, что с ней все в порядке.

— Значит, вы утверждаете, что Мелинда Уайт самостоятельно покинула ваш дом? — поинтересовался Бланчард, и голос его буквально сочился скептицизмом и сарказмом. — И что в последний раз вы видели ее у себя на чердаке живую и здоровую? Я правильно вас понимаю?

— Да, но при этом она пребывала в отчаянии. Живая и здоровая, но в расстроенных чувствах. Клянусь, это правда. Иначе зачем бы мне звонить ей и оставлять сообщение, если я знал, что она исчезла?

— Хороший вопрос, — согласился Бланчард. — Но вот что я думаю по этому поводу. Я полагаю, что вы позвонили Мелинде и оставили сообщение как раз для того, чтобы создать видимость, будто действительно верите в то, что она жива и здорова, тогда как на самом деле вам прекрасно известно, что это не так.

— Дэвид Роуз, вы арестованы за попытку утаить вещественные доказательства и воспрепятствовать следствию… — Слова эти все еще звучали у Айви в ушах, когда Тео вез ее домой. Они вышли из полицейского участка через заднюю дверь, благополучно проскользнув сквозь шеренгу фургонов радио- и телекомпаний, прибывших на спешно созванную пресс-конференцию.

Перед тем как увести Дэвида, полицейские позволили ему попрощаться с Айви. Он крепко поцеловал ее в губы.

— Не знаю, что бы я делал, если бы потерял тебя. — Он зарылся лицом ей в волосы. — Я не причинил ей никакого вреда. Я вообще не прикасался к ней. Я даже не знал ее толком. Айви, ты должна мне верить.

Верить тебе? С появлением все новых и новых версий случившегося вера Айви рушилась как карточный домик.

Тео вел машину очень быстро, обгоняя и подрезая медлительных водителей, проскакивая перекрестки на желтый свет и практически не притормаживая на знаках остановки. Шины душераздирающе визжали на поворотах, и перед глазами Айви хаотично раскачивался маленький серебряный крестик, свисавший на цепочке с зеркала заднего вида. На нем виднелась какая-то надпись греческими буквами — она узнала перечеркнутый круг, обозначавший литеру «фи».

— Завтра утром состоится слушание дела. Мы будем настаивать на освобождении под залог. Не волнуйся, завтра к обеду Дэвид будет дома. — Самоуверенный. Ободряющий. Но именно это Айви и хотела сейчас услышать.

Ее швырнуло вперед, и она едва успела выставить перед собой руки, упираясь ими в приборную доску, когда автомобиль резко затормозил на красный сигнал светофора.

— Я позвоню тебе, как только у меня появятся какие-нибудь новости, — пообещал Тео, а потом принялся убеждать ее в том, чтобы она ни в коем случае не вздумала общаться с репортерами, соседями или друзьями и не дай бог не разгласила бы подробности происходящего.

Айви кивнула в знак согласия, делая вид, что внимательно слушает его, но слова его падали в пустоту, ускользая от ее сознания.

На светофоре вспыхнул зеленый, и Тео рванул с места.

— В качестве твоего адвоката… — начал он и вновь принялся ее увещевать.

Айви наблюдала за ним. Обращаясь к ней, Тео для большей убедительности постукивал ладонью по рулевому колесу, лихо проскакивая повороты.

Быть может, она поторопилась, сходу отвергнув предложение детектива Бланчарда обзавестись личным адвокатом. Тео с Дэвидом связывала давняя дружба, скрепленная десятилетиями совместных приключений и авантюр. Впрочем, так ли уж хорошо, когда твой адвокат — твой же близкий друг? Пожалуй, именно Дэвиду требовался кто-нибудь еще. Кто-нибудь кто мог бы соблюдать некоторую эмоциональную отстраненность в общении с ним и кто обладал бы большим опытом в ведении уголовных дел.

Уже почти совсем стемнело, когда Тео повернул наконец на Лорел-стрит.

— Ух ты! — обреченно выдохнул он.

Айви почувствовала, что желудок подступает у нее к горлу, когда увидела, что вдоль обочины вытянулась длинная вереница автомобилей, исчезавшая за углом. На тротуаре рядом с их лужайкой суетились телевизионщики, настраивавшие осветительную аппаратуру и телекамеры.

— Не подъезжай прямо к дому, — попросила она Тео. — Они разорвут меня на части. Лучше я выйду здесь.

Тео остановил машину. Крестик на цепочке, подвешенный к зеркалу заднего вида, раскачивался, подобно метроному. Айви словно со стороны наблюдала, как ее рука потянулась к дверце.

— Погоди минутку. — Тео коснулся ее плеча. — Помни: у них нет жертвы предполагаемого убийства, нет трупа, нет свидетелей. И у тебя, и у Дэвида безупречная биография. Вы никогда не имели дела с Мелиндой Уайт. С ней могло случиться что угодно. Вариантов сотни.

Интересно, кого он пытается убедить — ее или себя?

А Тео тем временем продолжал:

— На самом деле жертвы — это вы. Все, что обнаружила полиция, можно объяснить. Мы безо всякого труда зароним разумные сомнения в умы присяжных.