Тайная мишень - Сергей Бакшеев

Елена Петелина вошла к полковнику Харченко. По размеру его кабинет был таким же, как и ее собственный. Но вот стол внушал уважение. Елена давно заметила, что чем выше начальник, тем больше у него стол. Этот закон соблюдался независимо от учреждения. Такое впечатление, что завхозы всех ведомств на тайном съезде приняли единые нормативы. Размеры и количество столов росли в соответствии со ступенями служебной лестницы, которые преодолел чиновник.

— Зачем вызывали, Юрий Григорьевич?

— Она еще спрашивает! Ты же меня, не глядя на погоны, поручением нагрузила.

— Ну что вы…

— Присаживайся, Петелина. Я в выходные пересекся со своим другом из ФСБ. Про Кольцова твоего кое-что узнал.

— Он не мой. Он отец подозреваемой Инны Мальцевой.

— Умер Кольцов. Скончался полтора месяца назад где-то в Англии.

— Вот как? — удивилась следователь. — А близкие, по-моему, не в курсе.

— Неудивительно. Кольцов скрывался. А после смерти нотариус занялся завещанием беглого чиновника. Благодаря этому о судьбе Кольцова и стало известно.

— Завещание… О какой сумме идет речь?

— Неизвестно. Но, по предположению эксперта, Кольцов переправил в офшоры не менее пятнадцати миллионов долларов.

— Странно.

— Что так мало?

— Странно, что ни дочь, ни ее муж не упомянули о смерти Кольцова и о его завещании.

— Возможно, нотариус еще не разыскал их. Ему незачем спешить: наследники далеко, а он рядом со счетами покойного.

— Или Кольцов отписал свои деньги совсем не дочери. Как бы это выяснить?

— Я знал, что ты об этом спросишь. — Улыбающийся Харченко протянул Петелиной лист с данными. — Мне сообщили имя лондонского нотариуса и номер его телефона.

— Послать запрос в Великобританию? — задала вопрос Елена.

Полковник юстиции со скептическим видом покачал головой:

— Учитывая уровень взаимодействия между нашими правоохранительными органами, ждать придется долго.

— Что же тогда?

— Вот ты и думай, нужно тебе это для расследования уголовного дела или нет.

Петелина обдумывала неожиданную информацию о смерти Кольцова. Бывший чиновник существенным образом влиял на благосостояние дочери Инны Мальцевой как до, так и после своего бегства в Лондон. Сначала он обеспечивал зятя выгодными заказами, а затем стал причиной неминуемого краха его фирмы. У новых чиновников имелись свои, «карманные» подрядчики.

Под яростным нажимом хрустнула дверная ручка. В кабинет ворвался тот, кого Петелина меньше всего ожидала увидеть: в ореоле отряхиваемых с куртки брызг перед Еленой предстал ее бывший муж Сергей.

— Ленок, так дело не пойдет! Какой пример ты подаешь дочери?

— А какой пример я ей подаю?

— Эта вульгарная надпись, — скривился Сергей и прогнусавил: — «Лена, я тебя люблю!»

— Думаешь, это я написала?

— Вот только не надо корчить из себя дурочку. Мы оба знаем, кто на такое способен.

Намек на человека, о котором она сама думала все утро, смутил Елену. Она опустила взгляд, переложила документы на столе.

— Мало ли кто кому пишет.

— Ленок, мне позвонила Ольга Ивановна. Ты знаешь свою общительную маму, а она знает всех в вашем доме. Единственная Лена кроме тебя — шестилетняя девочка, которая только учится читать. Есть еще восьмидесятилетняя бабушка, почти слепая. Так что же мне думать? Кому адресовано послание?

— А почему тебя это так заботит? — перешла в наступление Елена. — Мы с тобой разведены, я свободная женщина.

— Мы едем в Таиланд! Я уже купил билеты в бизнес-класс и забронировал пятизвездочный отель!

— Слушай, Петелин, я что-то не пойму. К чему такие расходы? Последняя оттепель в наших отношениях была связана с наездом ОБЭПа на твою компанию. У тебя снова возникли трудности с правоохранительными органами?

Сергей Петелин сел и проворчал:

— У меня всегда трудности.

— А вот с этого момента поподробнее. На тебя завели дело? Хочешь повлиять на следователя?

— Не завели пока. Но была проверка.

— По результатам которой…

— Не хочешь помогать — не надо! У меня достаточно связей.

Сергей закинул ногу на ногу. С минуту Елена могла лицезреть его гордый профиль. Затем подбородок ее бывшего мужа опустился, Сергей пошарил в заднем кармане брюк и вытер платком мокрое от дождя лицо.

— Я ради Насти стараюсь. В Москве скоро зима, а там лето.

— Петелин, ты хоть знаешь, что Настю назначили скипом?