Крылья страха - Анна Данилова

– Так. Неужели она всю ночь просидела под столом?

– Она могла убить Садовниковых, затем вложить пистолет.

– Теперь о пистолете. Они оба убиты из пистолета, найденного в руке Сергея. Это точно, – затараторила Надя, опомнившись. – И принадлежит он именно Садовникову. Действительно, все выглядит так, как будто это двойное самоубийство.

– А что с Соболевым?

– Это только завтра.

– Но ты звонила, спрашивала?

– Больше того, я даже ездила туда. Просила Нору узнать поскорее причину его смерти и время. В общем, это еще не точно, но вроде бы Герман Соболев умер от яда, причем настолько редкого, что эксперты никак не могут прийти к единому мнению. И как будто бы этот яд проник в организм из микроскопической стеклянной капсулы, которой Герман был ранен в руку.

– Это та самая царапина, мы с Крымовым разглядели ее на руке несчастного парня. Неужели яд?

– А где же сам Крымов? – Шубин встал, расправил плечи и потянулся. Его крепкое, ладное тело напряглось. – Совсем испортился мужик. Ну да ладно, я поехал. Сейчас на заправку, а потом к Сотниковым, потолкую с парнишкой.

– Поели-попили, даже спасибо не сказали, а ведь я за пиццей ПЕШКОМ ходила, целых два квартала.

– Надюха, ты просто молодец. Ублажила так ублажила. – Шубин похлопал себя по животу. – Но обнимать тебя не буду, женщина ты сексуальная, рыжая. Кстати, это не ты там случайно наследила, у Садовниковых-то? Что-то слишком много рыжих волос всюду.

– Подождите, – Юля вдруг схватила Шубина за руку, словно боясь, что он уйдет, не дождавшись, пока она сообщит ему что-то важное, – мы за едой забыли о главном. Полина Пескова! Надя, звони Корнилову, мне срочно нужен адрес и телефон этой актрисы.

Надя смотрела на нее не мигая. Шубин тоже примолк.

– Что вы так на меня смотрите? Думаете, что я на крымовскую любовницу собираюсь собак вешать?

– Вообще-то, – проронил Игорь, – так оно и выглядит. Рыжие волосы есть и у нашей Надюшки, но это еще ни о чем не говорит.

– Вы как будто посходили с ума! – воскликнула, чуть не плача, Юля, которую их непонимание просто выбивало из колеи. – Полина Пескова была частым гостем в квартире Садовниковых. У нее с Сергеем был роман.

– Она, конечно, права, – повернулся Шубин к Наде, затем посмотрел на Юлю и тяжко, надсадно вздохнул, как будто ему предстояло решить невероятно трудную задачу. – Короче, так, Земцова. Садись и слушай. Мы же тут с Щукиной тоже не блины пекли, кумекали что-то, решали загадки. Так вот. Когда было совершено убийство Садовниковых?

– В ночь с 27 на 28 сентября, между двенадцатью и двумя часами ночи, а что?

– А то, – произнесла с сочувствием в голосе Надя, – что прежде, чем ты отправишься к Полине Песковой, ты должна знать, что на эту ночь у нее есть твердое алиби.

– Алиби? И какое же? – щеки Юли предательски запылали.

– Она была у нашего Крымова, понимаешь?

– Но ведь я же звонила ему… примерно в час ночи, и Крымов сказал, что он ОДИН. Я ему еще рассказывала все про Риту Басс. Мы проговорили с ним полчаса.

– А ты бы хотела, чтобы он, взяв трубку и услышав твой голос, сказал, что он НЕ ОДИН, что лежит в постели с другой женщиной?

– Я не знаю.

– Вот именно, а я знаю. Вспомни, наутро он заявился и сказал, что проспал. Тебе показалось, что он ворвался в приемную неожиданно. Но если и неожиданно, так это только для тебя, потому что я тогда стояла у окна и прекрасно видела, как Крымов, оставив свою машину на другой стороне улицы, долго прощался со своей девицей, обнимая и целуя ее, а потом запер машину и быстрым шагом направился сюда, а девица – в противоположную сторону.

– А почему ты так уверена, что это была Пескова?

– Да потому что он сам мне все рассказал.

– Но зачем ему было об этом рассказывать?

– Не знаю, просто он по-свойски признался мне, что действительно проспал, потому что провел бурную ночь с Полиной. Я еще спросила его тогда, кто она такая, и он ответил, что актриса. И вот теперь ты придешь к ней, начнешь расспрашивать.

– Но это моя работа!

– Пусть с ней поговорит Игорек, все-таки он мужчина, она ему больше расскажет.

– Какие же вы жестокие! – Юля выбежала из приемной, хлопнув дверью.

В машине она с трудом успокоилась, взяла себя в руки. Открыла блокнот. «Кутина Галина Николаевна».

Но в это время проснулся сотовый телефон. Юля вздрогнула, как если бы поблизости прогремел взрыв.

– Юль, это я, Надя. Ты извини нас… записывай адрес Песковой.

* * *

Кутина не отвечала на телефонные звонки, не оказалось ее и дома.

Покружив по серому и унылому от дождя городу и дождавшись, пока асфальт не вспыхнет глянцевыми желтовато-бледными пятнами отражений уличных фонарей, Юля поехала на набережную, где жила ее теперешняя соперница, женщина-вамп с рыжими волосами, которые она время от времени оставляла на постелях богатых мужчин, терроризируемых ее угрозами очередных измен. «Полина Пескова». Теперь, в вечерних красках, это сочетание таило в себе бездну золотых искр. «Золотой блеск, золотой песок, золотая долина песка, поляна с золотым песком, горячий рыжий песок, долина песков…»

Шепча про себя эти нервные ассоциативные словосочетания, Юля въехала в широкий, засаженный старыми тополями двор и остановилась возле подъезда аккуратного четырехэтажного дома. «Окна на набережную… – вспомнила Юля слова Мазановой. – Квартира два».

Старинная литая лестница с ажурными решетками, крепкий запах мастики…

Она поднялась на второй этаж и остановилась перед дверью с табличкой «П. Пескова».

Поскольку на каждом этаже было всего по одной квартире, то крышка гроба, обитая красным, украшенная черными кружевными воланами и приставленная к стене рядом с этой дверью, могла иметь отношение только к «П.Песковой».

Юля Земцова, словно во сне, толкнула дверь и оказалась в душном полумраке прихожей. Несколько шагов, и перед ней открылась большая комната. Тонкая высокая свеча, мерцая, освещала стоявший посередине комнаты на табуретах гроб.

– Проходите, – услышала она за спиной знакомый голос и резко обернулась.