Кот в мешке - Иоанна Хмелевская

Все это следовало разбирать постепенно, систематически, начиная с края и складывая… Я оглянулась – складывать было некуда. А рука уже сама потянулась немедленно действовать, и начать с малых дел, вот хотя бы прихватить эту рейсшину и молоток – и то лиха беда начало. Но куда я их дену? Коридорчик микроскопический и тоже весь заставлен. Пришлось бы выносить все это аж во двор, а потом? Разумеется, Алиция заставила бы восстановить status quo.

И я вернулась в кухню.

– Глазами не получилось, – доложила я. – Отпала охота. Двойная работа. Пардон, стихи.

Беата не поняла:

– Почему же двойная?

Потому что, вынеся эти Гималаи из комнаты, мы потом вынуждены будем их восстанавливать, уж я свою подругу знаю. Очень хотелось мне сразу же начать выносить, да хорошо, воображение сработало: сижу я вот на этой табуретке и держу в руках молоток и рейсшину, положить некуда…

Алиция обрадовалась:

– Если я правильно поняла, тебе уже расхотелось распатронивать мешки?

– Если бы знать, стоит ли.

Павел потребовал:

– Поскорее решайте, стоит или нет, пока мы здесь. Вам с Алицией вдвоем не управиться.

Мажена напомнила, подлив масла в огонь, что мешков предстояло бы вскрыть не две штуки, а значительно больше. Сколько – никто, в том числе и хозяйка, не знает. Правда, возможно, некоторые из них вполне доступны. А, Алиция?

– Надоели вы мне, – зевнув, протянула Алиция и заглянула в пустую чашечку из-под кофе. – Ты, кажется, какое-то мясо купила?

– Купила. Отбивные. И к ним майоран, не была уверена, что он у тебя найдется, а отбивные майоран любят.

– Раз купила – надо приготовить. Сейчас и займусь. А все остальное подождет до прихода Аниты.

* * *

Анита появилась, когда мы уже кончали обедать. Есть ей не хотелось, она не была голодной, но против отбивных с майораном все же не устояла. С удовольствием поела и получила вино и кофе.

За десертом Анита первая завела разговор:

– Ну и как? Нашли журнал Яся?

– Нашли, – отвечала хозяйка, похлопывая ладонью по журналу, лежащему перед ней. – Но они считают, что тебе придется ответить на некоторые вопросы. Мне лично все равно, я не вмешиваюсь.

– Обожаю отвечать на вопросы. Всегда ведь можно наврать с три короба, правда? А из вопросов зачастую узнаешь больше, чем из ответов.

– Из вранья тоже, – заметила я. – Анита, мы о Падальском. У нас получается, что он поставил на широкую ногу розыскную работу, орудует в большой компании, нуждается в твоем журналишке, а там много понаписано как раз о пропавших драгоценностях. Ты думаешь, что он думает…

– Слишком много думанья, дорогуша, впрочем, ты всегда была у нас оптимисткой. Вот я не уверена даже в том, что я думаю, не только он…

– …о деньгах? – сурово закончила я.

– А, о деньгах – это совсем другое дело. Что ж, такую гипотезу можно выдвинуть. И что?

– И этот кретин надеется, что в кошачьих мешках Алиции пребывают алмазы королевы Виктории? Или подробности тайного заговора Папы с императором против Испании, лично им написанные…

– Какого Папы?

– Понятия не имею.

– В принципе, Испания довольно долго входила в состав Германской империи…

– Римской. Римской империи немецкого народа. Габсбурги. И как-то так получилось, что в самом начале восемнадцатого века их в Испании поменяли на Бурбонов. Это имеет какое-то значение?

– Кто их там разберет. Но получается, что император заключил с Папой тайный союз против себя самого…

– О, там творилась такая неразбериха, что все возможно. Если хочешь, сама почитай, а заодно узнай, какой именно Папа, и проверь, может, из таких, мало известных. Испания была яростной католичкой, может, император хотел ее поприжать, а Папе не хотелось открыто его поддерживать? Все Папы и императоры у меня дома, у Алиции наверняка ни одного не отыщется.

Мажене не понравился наш разговор, слишком мы с Анитой удалились от насущной проблемы.

– Уж не собираетесь ли вы писать исторический роман? – недовольно бросила она. – Алиция, скажи им…

Алицию, как всегда, исторические перипетии не интересовали. Она покинула нас с нашими папами и императорами и занялась рыбой для кошек Пришло время их кормить. Достала рыбу, а так как она оказалась совершенно размороженной, я подумала о нашествии в этот дом новых специфических запахов.

Похоже, у Алиции появились те же опасения.

– Как думаешь, Иоанна, если я им сегодня ничего, кроме рыбы, не дам, зато рыбу всю скормлю? Одну рыбу дам, без ничего больше.

– Одна рыба, без ничего больше, тоже их очень обрадует.

– Меня бы не обрадовала, – скривилась Алиция и принялась раскладывать рыбу для кошек на их большой одноразовой тарелке. Разложив, вернулась к столу:

– Ну, и что вы тут решили?

Анита тем временем успела полистать журнал, видимо, о чем-то подумать, а на вопрос хозяйки ответила в своем специфическом стиле:

– Ну и из-за чего поднимать весь этот шум? Ведь ничего особенного не происходит. Ладно, бачок рычит – такое с ними бывает; какая-то растяпа отключила морозильник – на то она и растяпа, воняет уже не так сильно и то лишь у калитки. А что некоторые предметы падают, так, значит, их плохо положили, в этом нет ничего необычного. Ничего сенсационного не происходит, и лично я не вижу основания для волнений.

И в этот момент я своими ушами слышала – ну клянусь! – как над нами со свистом пролетел недобрый час.

* * *

Алиция, похоже, не воспринимала метафизические явления, мнение Аниты ее очень обрадовало, и она горячо поддержала его. Наконец-то слышит разумные слова, а то мы наговорили ей глупостей, идиотизмов и кретинизмов, действительно ничего особенного не происходит и она не собирается из-за этих – еще раз со смаком повторила эти надоевшие измы – из-за них не собирается переворачивать вверх дном свой дом. И требует впредь не приставать к ней с Папами, императорами и прочими Клементинами. И пошли вы все… в гостиную, здесь пора кормить кошек.

Мажена никак не могла понять столь пренебрежительного отношения к серьезному вопросу. Она явно не соглашалась с Анитой и, когда мы переместились в гостиную, спросила, известно ли той о близком знакомстве Падальского с Памелой и что бы это значило.

– Близкие отношения Падальского с Памелой? – заинтересовалась Анита. – А вы откуда о них узнали?

– Иоанна прихватила их на интимном тет-а-тет.

– Ничего не скажешь, шустрый мальчик. Что-то слышала я об этом еще в Польше, а потом, в тот раз, когда был у нас и украл у Яся журнал, он спрашивал меня о ней. Значит, успел ее охмурить?

– Не похоже это на охмурение, скорее тайный сговор.