Белая сирень - Маша Ловыгина

— Этот придурок ей ключи дал! — Макаров отхлебнул из горла. — Пришлось электронку менять, новые ключи паролить.

— Я же всё исправил, Макар! — Герман злился. — Если бы тебе не сказал, ты бы не чухнулся и через месяц.

— Ха! — полковник с грохотом поставил бутылку на стол. — Ты что, меня за идиота держишь? Что б я свой товар не отслеживал? Ты за неё отвечал! Что же тогда и телефоном её не снабдил? Эта шлюха жила в доме, как королева!

Герман издал непонятный булькающий звук и прикусил палец.

— Ладно, — Гуциев примиряюще поднял руки, — я даже где-то Геру понимаю. Они нашли с Вероникой общий язык. Деваться ей всё равно было некуда, насколько я знаю. После того, как она исчезла, в доме что-то поменялось? Пропало что-нибудь?

Макаров пожевал губами, а Герман отрицательно закрутил головой и с надеждой посмотрел на Григория.

— Я всё внимательно проверил! — Тищенко говорил абсолютно уверенно. — Её вещи тоже лежали на месте. Одежда, косметика.

— Где они сейчас?

— Сжёг… — Герман покраснел, отчего его лицо стало выглядеть совсем юным.

— С глаз долой, из сердца вон? — Гуциев не сдержал презрительной усмешки.

— Я не верю ему, — фыркнул полковник, — жопой чувствую — придушил. В порыве страсти, мля.

В кабинете воцарилась гнетущая тишина.

— Кто вторая? — Гуциев пристально посмотрел на друзей. Герман с Макаровым синхронно развели руками. — Не из твоих? — задал вопрос Степану.

— Нет, я своих всех знаю. Эту в первый раз видел.

Гуциев вздохнул.

— Тогда тебе придётся носом землю рыть, чтобы найти того, кто это сделал. Сам будешь отслеживать. И попробуй только опять нажраться! Ты понял меня?!

Макаров кивнул и с сожалением посмотрел на початую бутылку. Гуциев подошёл к столу, закрутил пробку, опустил бутылку в урну.

— Дальше. По поводу этой…Валеевой, — Григорий хрустнул пальцами, сцепив их между собой.

— Я ускорил процесс, — подал голос Герман, — завтра документы будут готовы, и она сможет убраться из города. Там вообще никаких проблем с квартирой.

— То есть, вот как ты решил? — свистящим голосом ответил Гуциев и резво подскочил к Герману.

— Ну, я подумал, что, — Тищенко побледнел и нервно закрутил головой, — она же молчит. И, кажется, не собирается предпринимать никаких действий.

— Кажется?! Молчит?! — изо рта Гуциева полетели капли слюны. — Тебе мало того, что она нашла трупы? Что она, вообще, оказалась опять в городе? Забыл уже, как два года назад вернулась Марина, и что из этого вышло?

— Да, некрасиво получилось, — крякнул Макаров.

— А что оставалось делать? Это она ко мне подошла со своими разговорами. Вот если бы к тебе, Герка? А? Обосрался бы на месте? Прямо в свой отутюженный костюмчик? Макар, ты так и не нашёл ничего! А она говорила совершенно определённо, как будто знала и понимала, о чём речь! И вот, что я вам скажу. Знала и имела доказательства!

— Мы её квартиру сверху донизу облазили! Все обои прощупали, полы простучали! — возразил Макаров.

— Плохо искали. А ты уверен, что они с этой пигалицей не общались всё это время?

— Так сколько лет прошло! Эта Оля, как тогда уехала, как сквозь землю провалилась. Носа в Чудов не показывала. И к Валентине ни ногой, — убеждал Макаров. — Маринка сначала к родственникам в Саратов укатила, в ресторане работала. Я знаю, пробивал по своим каналам. Потом что-то там у неё не заладилось, она в область уехала, жила там с каким-то хмырём. Видно, тоже не задалось, вот и вернулась в Чудов.

— Во-от, — протянул Гуциев, — с этого места вспоминай подробнее. Вернулась и захотела денег. А почему она решила, что эти деньги можно взять у нас? — не встретив возражений, Гуциев продолжил. — Потому что вы, дебилы, совсем страх потеряли и вели себя как хозяева жизни!

— Ты сам сказал, что можно всё по-тихому прибрать к рукам, — Герман громко сглотнул, — мы достаточно ждали…

— Чтобы начать новую жизнь, надо со старой покончить! А у вас в каждом углу насрано! Кроме денег и власти ни хрена не видите!

— Да кто же знал, Гриша?! — Макаров вступился за Германа. — Девки повязаны были между собой. Ну, вы же понимаете, о чём я? Не знаю, что там произошло, но они точно это сделали… — полковник, округлив глаза, захлопнул рот.

— Ты им ещё спасибо скажи, что сам жив остался!

Макаров скосил глаза на выглядывающее из урны горлышко бутылки.

— Я вообще плохо помню тот вечер.

— Да ты угашенный был! — рявкнул Герман. — И я нажрался, как свинья, а вот ты, Гриша, — в голосе Тищенко вдруг появилась подозрительная мягкость, — ты лучше нас соображал. И машину потом вёл.

Гуциев вновь подошёл к окну и закурил. Лицо его в этот момент было совершенно спокойным.

— Эти сучки нас обдурили, — продолжил Герман, ударяя себя кулаком по колену. — Кто же думал, что так получится? Это всё Мороз…

По кабинету словно пролетела невидимая тень, колыхнула жалюзи и, облетев помещение, снова скрылась в окне.

— Идея всё спалить там к чёртовой матери твоя! — Макаров ткнул пальцем в Германа. — Надо было дом его хорошенько обшмонать сначала.

— Я и не спорю, — вяло отбивался Тищенко, — только вы все со мной согласились.

— Не будем к этому возвращаться. Что сделано — то сделано, — Гуциев повозил пальцем по подоконнику, растирая упавший пепел. — Представим, что девчонке ничего не известно.

Макаров с Тищенко заёрзали на местах, явно не соглашаясь.

— Она не дура. Подросла, уже, — заметил Герман.

— Хорошо. Согласен. Рассуждаем по-другому. Она что-то подозревает. Вернее, так — она знает, что Морозова нет. Она единственный человек, который точно знает, где он. Общественность считает, что Роман здравствует и живёт за границей. Это устраивает всех. Мы тоже знаем, что Морозов, как бы это помягче сказать, фигура номинальная. Кто из нас находится в выигрыше от всей этой ситуации?

Ответом прозвучала тишина.

— То-то же. Да, в конкретной ситуации нам бы всем хотелось полной ясности и безопасности. Отсюда следует, — Гуциев глубоко затянулся. — Что мы должны избавиться от любых раздражающих факторов. Так?

— Значит, девчонку надо устранить? — Голос Германа дрогнул. — Я не могу… Ты же понимаешь, что, если всё откроется… Скоро выборы.

— Я тоже не могу рисковать! — Гуциев перевёл взгляд на Макарова.

— Кто бы сомневался, что решать опять придётся мне. Она была сегодня здесь. Я видел, — полковник поморщился. — Её допрашивали. Я протокол ещё не читал, но там и так всё ясно.

— И?

— Следователь из областной прокуратуры, вроде нормальный мужик. Мы с ним ещё толком не разговаривали. Но я сталкивался с ним, когда он приехал.