Кодекс «Альтмана» - Роберт Ладлэм

Пятница, 15 сентября

Майор Пэн сидел в своем тесном кабинете в полицейском участке в доме 210 по улице Ханькоу неподалеку от Бунда. Он сердитым взглядом рассматривал сквозь очки в роговой оправе папку, которая лежала у него на столе. В папке не было ничего особенного или непонятного — всего лишь дело заурядного уличного преступника, против которого ему предстояло выступить в суде; когда майор оставался в одиночестве, его лицо всегда принимало сердитое выражение. Мягкий голос и робкая улыбка предназначались исключительно для появлений в обществе, равно как и костюмы консервативного покроя с галстуками в тон, призванные загипнотизировать оказавшуюся перед ним жертву и усыпить ее бдительность. Показное добродушие и округлость фигуры также были уловкой. Под слоем жира прятались мускулы — стальные, тренированные.

Одетый в черную кожаную мотоциклетную куртку, военную бурую рубаху и черные джинсы, майор казался злобным гномом, явившимся из подземных глубин. Он сидел, склонившись над папками; от работы майора оторвал стук в дверь, предвещавший приход его начальника, генерала Чу Куайжуна.

— Вы нашли американского ученого?

— Нашли и потеряли, — с досадой ответил майор. — По всей видимости, мы плохо спланировали операцию. Нам нужны более умелые агенты, генерал. Люди, которых я отрядил для слежки, перекрыли только главные входы в отель. Они решили, что этот человек — чужак в нашей стране, не знает Шанхай и, следовательно, беспомощный болван.

— Он уже бывал в Шанхае? — недовольным тоном осведомился генерал. — В его личном деле и нашем досье на него об этом ничего не говорится.

Майор покачал головой:

— Ему помогли.

— Помогли? «Наши» люди? Этого не может быть.

— Других объяснений не существует, — ровным голосом произнес Пэн. — Они наверняка кого-то завербовали. У Смита был помощник, и все же, после того как нам приказали задержать его, моим ослам хватило сообразительности установить наблюдение за всеми входами и выходами. Они не заметили Смита, когда тот возвращался в отель, но, к счастью, оставили внутри замаскированного агента. Он-то и обнаружил американца.

Генерал раздраженно вздохнул, в который уже раз подумав, что государство слишком скупо отпускает средства на вербовку и обучение по-настоящему умелых сотрудников. Он подался вперед и навис над майором, словно гигантская птица над жертвой. Его гладко выбритый череп блестел в лучах ярких люминесцентных ламп, а маленькие, спрятанные в складках глаза буравили собеседника.

— Потом они вновь потеряли Смита? — проворчал генерал.

Майор Пэн рассказал обо всем, что происходило с той минуты, когда его люди вошли в номер Смита, обнаружили, что он оставил там все свои вещи и одежду, и гнались за ним в метро и по улицам вплоть до «лунтаней» во Французской концессии.

Генерал Чу внимательно слушал. Когда майор умолк, он на мгновение задумался.

— Вы до сих не выяснили, зачем этот человек, которого считают ученым, приехал в Шанхай? Что он собирается отыскать здесь, чем заниматься?

— В его научных заслугах нет никаких сомнений. Он именно тот, кем себя называет. Дело в том, что он может оказаться не только ученым. Мы еще не знаем, с какой целью он здесь появился, но я уже усматриваю некоторые варианты.

— Какие именно?

— Вот цепь событий, которые — во всяком случае, на мой взгляд — складываются в целостную картину и указывают общее направление. — Майор принялся загибать короткие толстые пальцы: — Во-первых, исчезновение некоего Эвери Мондрагона, известного американского китаиста, который несколько лет работал в Шанхае в качестве представителя многих американских компаний. Сотрудники Мондрагона сообщают, что он пропал утром в среду.