Черный свет - Майк Германов

– Куда вы собрались? – спросила Марго.

– А? – взгляд у профессора стал абсолютно бессмысленным. – Кто вы такие?

Девушка вздохнула:

– Все бесполезно!

– Похоже на то, – согласился Самсонов. – Оставим его в покое.

Они вышли в коридор. Охранник поджидал их за ближайшим столом.

– Ну, как успехи? – спросил он, подходя.

– Никак. Вы были правы, – ответила девушка.

– Естественно. Ладно, идемте, я вас провожу.

Через несколько минут Самсонов и Марго покинули больницу. Когда они вышли, старшему лейтенанту показалось, что он выбрался из склепа на свежий воздух.

– Какие планы? – спросил он Марго.

– Съезжу в «Фармасьон», – ответила та. – Поговорю с учеными.

– Думаешь, они скажут тебе, где резервная копия результатов исследований?

– Вряд ли, но надо попробовать. Кстати, дай мне фоторобот убийцы, я покажу его ученым. Если даже никто не признается, что узнает его, хоть понаблюдаю за реакцией.

Самсонов вытащил из кармана листок с портретом.

– Держи.

– Спасибо. Потом засяду в кабинете, попытаюсь вычислить, куда Горштейн мог деть копию. Раз уж нам не повезло с ним самим. А ты чем займешься?

Самсонов хотел сказать, что присоединился бы к девушке, но передумал.

– Мне надо изучить отчеты Полтавина, – сказал он. – Поеду в управление.

Некоторое время они шли молча, потом Марго спросила:

– Что понадобилось Анне Шварц от Горштейна? Настолько, что она пыталась подкупить этого принципиального стража с дубинкой?

– Понятия не имею, – честно ответил Самсонов. – Если встретишься с ней сегодня, спроси.

– Обязательно.

Добравшись до управления, Самсонов сразу засел у себя в кабинете изучать криминалистический отчет. Он прочитал все, что касалось обследования сгоревших трупов, затем вернулся к одному пункту, который его заинтересовал: на теле Саурова, который лечился у Горштейна от пигментной ксеродермы, обнаружены следы люминесцентной краски – всего три квадратных сантиметра.

Самсонов набрал номер Полтавина.

– Алло, Федь, привет.

– Здорово, Валер. Как дела?

– Потихоньку. У меня к тебе вопрос.

– По отчету?

– Ага.

– Ну, давай.

– Что за краска была на трупе Саурова?

Полтавин усмехнулся:

– Я ждал этого вопроса. Знал, что ты обязательно позвонишь. Это светящаяся краска вроде тех, которые используются на дискотеках.

– Как вы ее обнаружили?

– Легко. Мы всегда просвечиваем трупы ультрафиолетом на предмет невидимых субстанций.

– Это я понимаю. Но откуда краска взялась на трупе?

– Без понятия.

– А предположения есть?

– Ну-у, – протянул Полтавин, – нафантазировать-то можно все что угодно.

– Не важно, давай фантазии. Любой бред, который приходит в голову.

– Краску мог пролить на себя Сауров. Или убийца.

– Зачем убийце люминесцентная краска?

– Да откуда же мне знать? Делать выводы – твоя работа, Валер.

– Знаю, знаю. Ладно, – Самсонов помолчал, размышляя. – Слушай, Федь, а эта краска при горении оставляет какие-нибудь следы?

– Хм. Думаю, что да. А что?

– Проверь, пожалуйста, не осталось ли следов от нее на других телах.

– Ладно, сделаю.

– Когда будут результаты?

– Не сию секунду, конечно. Часа через три, наверное. Может, и больше. Все зависит от того, какие анализы потребуются.

– Хорошо, спасибо.

– Не за что. Как насчет небольшой ставочки? Скажем, рублей пятьсот за труп? Если следы есть, я продул.

– Нет, спасибо, – отказался Самсонов. – Искушение, конечно, велико, но мне нужны деньги на лечение.

Полтавин хохотнул.

– Ладно, но смотри: если передумаешь, время еще есть.

Отключившись, Самсонов задумался. Его зацепил один момент во всем этом деле, к которому он мысленно возвращался уже не в первый раз.

Сняв трубку стационарного телефона, он набрал номер Башметова.

– В чем дело, Валера? – раздался через полминуты голос шефа.

– Меня смущает кое-что.

– Неужели? – Башметов едва слышно усмехнулся. – Ну, и?

– Ксеродерма и фотодерматоз – настолько редкие болезни, что мне трудно поверить, что какая-то корпорация стала бы вкладывать деньги в исследования, необходимые для создания лекарства от них.

Башметов хмыкнул.

– Я уж боялся, что ты об этом так и не задумаешься.

– Значит, вы тоже об этом…

– Естественно.

– А почему не сказали?

– Зачем? До всего надо доходить своим умом.

Самсонов подумал, что, наверное, это был один из тех моментов, которым Валентин не велел делиться с подчиненными, просто шеф не хотел об этом говорить.

– Ладно, а что вы думаете по поводу всего этого? – спросил он. – Или мне сначала поделиться своей версией?

– Ну, валяй.

– Думаю, «ключи» были не только пациентами, но и подопытными кроликами.

– Так-так.

– Надо проверить, не получали ли они фиксированные суммы денег в последнее время.

– Зарплату? – уточнил Башметов.

– Да. Правда, это можно узнать, только если их переводили на счет.

– Это маловероятно, как ты сам понимаешь. Но я попрошу наших… коллег проверить банковские счета убитых. Ты об этом хотел попросить?

– Да, спасибо.

– Не за что.

Самсонов отключился и заварил себе черный чай. Дома у него была целая коллекция упаковок из разных стран мира, но на работе он себя не баловал и пил самый обычный, из ближайшего супермаркета.

Устроившись на диване, Самсонов еще раз просмотрел отчеты, но больше ничего интересного не обнаружил. В голову лезли мысли о Марго, но он старался гнать их прочь. Зачем вспоминать прошлое, если они встретились только на некоторое время, необходимое для того, чтобы расследовать порученное Башметовым дело?

У них уже была одна попытка, и успехом она не увенчалась, так есть ли смысл начинать все заново? Да и нужно ли это Марго? Наверное, да, раз она согласилась на просьбу Башметова. С другой стороны, само дело вполне могло заинтересовать ее, ведь серийные убийства – ее специализация, а где еще она может принять участие в подобном расследовании?

Самсонов подумал, а хочет ли он сам вернуть Марго. Ответа на этот вопрос у него не было.

Он встал с дивана и подошел к окну. За кустами сирени виднелись новостройки, закрывшие небо, рекламные щиты и паутина проводов, протянутых над улицей. Иногда полицейский чувствовал себя потерянным в этих каменных джунглях. К чему идет его жизнь? Что его ждет?

* * *

Марго отправилась в «Фармасьон Прайвит Энтерпразис», предварительно договорившись о встрече со всеми пострадавшими от атаки вируса. За исключением покойного Жаркова, естественно.

Она чувствовала, что не зря согласилась принять участие в расследовании: депрессии как не бывало, и даже отношения с Самсоновым, пусть и сохраняли определенную напряженность, вызывали у нее интерес: как пойдет, чем закончится? Не то чтобы Марго всерьез рассчитывала на возобновление романа, но она ощущала, что Самсонов к ней не остыл. И это будоражило.

Кроме того, само расследование затягивало девушку все сильнее.

Перед ней оказалась загадка с кучей составляющих, и расположить их в правильном порядке стало для Марго увлекательной головоломкой. Возможно, когда они с Самсоновым отыщут убийцу, она напишет статью в один из