Дело толстых - Оксана Обухова

Или не обурел? А сплавили Сережу?..

Вопросы появились позже. Нервный с кичи малявы слал и клялся, что кокс ему подкинули. Но на легавых, что странно, не грешил, просил найти падлу среди своих и наказать примерно.

На Сивого явно не намекал, но в подтексте это прочитывалось.

Сивый же сам попросил созвать сходняк и там ответил — не от него идет подстава, не он нормального пацана сплавил. Честью поклялся и пообещал найти волчару гнусного, что так Сережу подставил.

Но поверили ли ему?

Кто-то поверил. Но только не Нервный. Сгинул Сережа в лагерях надолго и там еще себе срок за побег набавил. Уж больно хотелось Сереже на волю выйти и падлу найти, что на нары его пристроил!

Полгода Домино с опаской прислушивалась к разговорам о расследованиях Сивого. Полгода ждала, что вот сейчас войдет к ней Князь и спросит: «Ну что, дочка, как умирать будешь? Мне тебя за такое не покрыть, не отмазать. Да и не хочется вовсе…»

Но не заходил Князь. Угасал потихоньку и к погосту готовился, на церкви жаловал…

…Марта Гольдман слепо смотрела на перегруженную автотранспортом улицу, ловила в окнах чужих машин смутные, неузнаваемые пятна лиц и пыталась понять — чего ей бояться? Живого человека или призрака, явившегося из ее прошлого. Чья месть не может остыть? Кто отважился открыть охоту?

Домино не верила в неотвратимость наказания. Никогда не стояла на коленях. Она всегда била первой.

…Тарасов обогнул угол офиса, вышел на проезжую часть, и с противоположной стороны улицы ему улыбнулась вывеска «Юридическая консультация». Капитан прошмыгнул между машинами, едва не попал под троллейбус и, не особенно рассчитывая на удачу, вошел в присутствие. Время его визита могло не совпадать с графиком работы бывшей машинистки «Гелиоса» Анны.

Но оказалось, в консультации девушка исполняла почти те же обязанности, что и прежде. Капитан толкнул первую попавшуюся дверь, на которой висела табличка «Приемная», и увидел сидящую за компьютером симпатичную девчушку с прической «конский хвост».

— Добрый день, капитан Тарасов, уголовный розыск. — Валерыч предъявил удостоверение. — Где я могу увидеть Аню?

— Добрый день, коллега, — улыбнулась девушка. — Чем обязана?

— Аня, это вы прежде работали в «Гелиосе»? — сразу спросил капитан.

— Да. А что случилось?

— Я бы хотел с вами поговорить. — Тарасов не стал садиться на предложенный стул. Приемная юридической консультации не лучшее место для доверительной беседы.

Девушка взглянула на табло часов в уголке монитора компьютера и предложила:

— Десять минут подождете? Сейчас вернется с обеда второй секретарь, и я буду свободна.

— Хорошо, — согласился Тарасов и, договорившись о встрече, вышел на улицу накуриться впрок.

…Оказалось, никотин впрок капитану не понадобился. Для разговора Аня выбрала открытую террасу кафе недалеко от офиса. Заказала кофе и пирожное и с улыбкой проговорила:

— Слушаю вас, капитан.

Тарасов с одобрением посмотрел на чистую сухую пепельницу и продолжил знакомиться:

— Зовите меня Михаил Валерьевич. Я хотел поговорить с вами, Анна, по поводу прежнего места работы.

— Там что-то случилось? — спокойно поинтересовалась девушка.

Аня Тарасову нравилась. Она напоминала ему подружек дочери — студенток-медичек с умными веселыми глазами.

— Да. Происшествие скорее странное, чем пугающее. В пятницу вечером, на праздновании дня рождения Юлии Прискиной, кто-то положил в морозильник труп собаки.

Аня достала сигареты, прикурила от предложенной капитаном зажигалки и выпустила кольцо дыма в синее небо. Кольцо запуталось в низких ветвях липы и на небо не попало.

— Честно говоря, удивлена, — после долгой паузы призналась девушка. — Если бы вы сказали, что в морозильнике обнаружили отрубленную голову, я бы удивилась меньше.

— Чью голову? — с профессиональной заинтересованностью произнес Тарасов.

— Мою! — Девушка шутливо выпучила глаза и рассмеялась. — Или конкурента.

— Даже так, — буркнул капитан. — Что, случались прецеденты крутых разборок?

— Извините, Михаил Валерьевич, я пошутила, — серьезно сказала Анна. — На самом деле труп собаки в морозильнике — происшествие из ряда вон…

— Хорошо, что вы так думаете, — кивнул Тарасов. — Руководство фирмы считает это злой шуткой.

— Возможно, они правы.

Тарасов отпил принесенный официанткой кофе и грустно покачал головой. Пока он ждал Аню, ему позвонил Морозов и сообщил две неприятные новости.

— С какой начинать? — спросил полковник. — С очень плохой или совершенно скверной?

— Давай по порядку, — буркнул Тарасов.

— Первая звучит так: собака, попавшая в морозильник, принадлежит Гольдману. Это установлено абсолютно точно, так как некоторое время назад Тяпе вставили микрочип с полными сведениями о владельце. Совершенно скверная новость такая: тойтерьера отравили ацетатом фтора, подмешанным в мороженое. Мороженое, понимаешь? Не в куриный паштет или сухой корм, а в любимую еду самого господина Гольдмана. Как я уже говорил, эта дрянь в жидком виде не имеет ни запаха, ни вкуса. И количество яда, попавшее в желудок собаки, ничтожно мало. Складывается впечатление, что либо пес вылизал вазочку с мороженым после хозяина, либо слизнул капельку, упавшую на пол, либо… — Полковник сделал паузу.

— Облизал губы мертвого хозяина, — договорил за него Тарасов.

— Да. Из своей миски пес получил бы большую дозу.

…Вспоминая разговор по телефону, Тарасов смаковал кофе и жалел, что заказал его. Для общепита кофе был необыкновенно крепким, а у капитана случались приступы стенокардии.

— Собака, подложенная в морозильник, — Тяпа, — сказал Михаил Валерьевич.

— Господи, твоя воля, — выдохнула девушка. — Борис Аркадьевич сошел с ума и решил хранить собаку вечно?!

— Нет. Господин Гольдман пропал.

— Как это?

— Просто. Уехал в отпуск и пропал.

— Так в отпуск уехал или пропал? Это, капитан, как говорят в Одессе, две большие разницы. Впрочем, — Аня задумалась, — труп Тяпы Гольдман лично в морозильник положил?

— Нет, исключено.

— Тогда действительно пропал, — пробормотала девушка. — Не похоронив Тяпу, Борис Аркадьевич никуда бы не поехал…

— Теперь понимаете, о чем я говорю?

— Понимаю, Михаил Валерьевич. Все выглядит очень странно. А кто подбросил Тяпу?

— Неизвестно.

— Занятно-о-о-о, — протянула Анна. — Что думают остальные?

— Пока никто не знает, что собака действительно Тяпа.

Аня поудобнее устроилась в пластиковом кресле, подняла на лоб солнцезащитные очки и предложила: