Хищный зверь - Вито Франкини

— По-моему, я начинаю понимать…

— А какого цвета футбольное поле, если смотреть сверху?

Теперь понятна эта мантра, которую столько раз повторял Нардо, вслушиваясь в перехваченные разговоры. «Сколько же раз, — подумала Сабина, — этот человек должен был объяснять свои концепции измученным и напуганным девчонкам, таким как она? Однако он проделывал это с такой непринужденностью, на какую способен только тот, кем движет большая страсть». Теперь она восхищалась им еще больше и позволила довести до конца повествование, подробности которого уже знала, благодаря контролю, с ее точки зрения, не очень честному. И прежде всего потому, что ей достаточно было поговорить с ним, чтобы каждый раз обретать математическую уверенность, что он не мог совершить убийство. Следовательно, прослушки были незаконными. И она с уверенностью произнесла:

— Несомненно, поле зеленое.

— Помни об этом всегда, Сабина. Мы играем на поле, практически полностью зеленом. Но большинство из нас живет и действует, пребывая в абсурдном убеждении, что стоит на белой линии, где две полоски травы совпадают с жизнью человека, у которого есть смартфон. Кто выиграет, если станет играть таким способом?

— Противник.

— Вот именно. Иначе тот, кто понимает, что без оставшейся территории поля ни в какую сторону двигаться невозможно, вообще не сможет играть.

— Тогда победа за тобой.

— Молодец. Но я не хочу, чтобы ты воспринимала это как догму. Здесь внизу полно книг, объясняющих это научно, но я уберегу тебя от них с помощью нескольких примеров. Посмотрим, умеешь ли ты обрисовать поведение человека, явно похожее на поведение обезьяны.

Сабина улыбнулась и кивнула, пораженная способностью Нардо постоянно поддерживать тонус беседы. Потом задумалась и сказала:

— Впадая в ярость, мы скалимся и скрипим зубами, как дикие звери.

— Верно. Но ты можешь найти пример и получше.

— А может, для меня он обидный… Когда мужчину привлекает высокая женская грудь, он бессознательно понимает, что его дети будут хорошо вскормлены. Я читала в «Фокусе»…

— И это тоже верно. Территория сексуальности — один из тех подводных камней, которых мы все боимся, поскольку ждем, что оттуда выскочит сидящий в нас зверь. По той же причине женщина чувствует себя элегантной на высоких каблуках, поскольку в таком положении щиколотка удлиняется и демонстрирует мужчине сильные мышцы. Это его привлекает, ибо вселяет уверенность, что в минуту опасности женщина сумеет защитить детей. Ни мужчина, ни женщина этого не сознают, но знание тут ни при чем, потому что так устроено — и баста, потому, что поле зеленое. И большой живот нас притягивает по той же причине: с таким животом легче рожать. А женщины с крепкими ягодицами обладают способностью сильного толчка, а значит, с ними будет больше соитий и больше детей. Я могу говорить так часами, но есть и другие примеры, менее непосредственные и требующие пояснений.

— Расскажи, мне очень интересно.

— Почему мы здороваемся, помахав рукой?

— Не знаю…

— Потому что человекообразная обезьяна первая обзавелась и орудиями труда, и боевым оружием. И охотиться, и выяснять отношения в группе было гораздо легче. Но коллективные вылазки становились опустошительными по мере нарастания эффективности оружия. Отсюда приветствовать открытой ладонью означает: «Смотри, я безоружен, я не замышляю ничего плохого». Мы и теперь так приветствуем друг друга, чтобы продемонстрировать дружелюбие.

— Поразительно…

— Но это еще не всё. При встрече мы вежливо пожимаем друг другу руки, но это не что иное, как отзвук прародительского жеста подчинения, типичного для обезьян. Руки с отдельно сидящим большим пальцем тысячелетиями были нашим самым мощным и универсальным оружием, что позволило нам главенствовать над другими племенами и завоевать земной шар. Протянуть руку другой обезьяне означает дать ей возможность эту руку укусить и погубить тебя. Значит, этот жест означает максимальное и безоговорочное доверие. Еще пример? Когда мы о чем-то задумались, мы почесываем голову. То же самое делают большинство обезьян… Я мог бы говорить часами, но боюсь тебе надоесть.

— И я готова слушать тебя часами.

— Для чего служит выражение «Ну как?», которое ничего не значит, но которое мы сплошь и рядом произносим, встретив кого-нибудь?

— Чтобы начать беседу? Растопить лед?

— Верно, это как искра, чтобы разжечь костер… На самом деле это современный эквивалент обнюхивания под хвостом, которое и теперь еще многие животные используют как средство взаимного сближения. Мы, слава богу, больше друг друга не обнюхиваем, но нам надо сразу определить, в каком настроении пребывает тот, кого мы встретили. Это желание очень сильно, потому что коренится в древнем инстинкте. Все это, разумеется, не думая, не включая голову, то есть в точности как у обезьян, которые, обнюхивая друг друга, получают нужные данные.

— Подумать только…

— А теперь объедини все это и перенеси на компанию друзей, где мы фотографируемся, особенно женщины, когда надувают губки и поворачиваются более выгодным профилем, что уже само по себе есть сексуальное послание… Или туда, где мы чувствуем потребность поделиться с кем-нибудь состоянием своей души, даже если нас об этом никто не просит. И, в конце концов, мы вызываем либо симпатию, либо гнев, но добиваемся желанной реакции. Если же вообще никакой реакции не возникает, нам плохо, а если возникает, мы радуемся.

— Должна заметить, что все это в достаточной степени невероятно.

— Очень даже вероятно! Потому что поле зеленое. Даже здесь примеры бесчисленны, но если хочешь, в заключение я нанесу пару последних ударов…

— Пожалуй, хочу.

— Примат, ставший впоследствии человеком, отделился от классических обезьян в африканской саванне, где деревьев не так много, зато очень много густой травы. Ты замечала, что мы, люди, уже прошедшие путь эволюции, постоянно ищем такие же или похожие территории? И ты не пойдешь гулять в дремучий лес или по голым холмам, а отыщешь лес с полянками, как в горах, и будешь там чувствовать себя как дома, спокойно и комфортно. Скажу тебе больше: мы делаем всё, чтобы искусственно воссоздать такую среду обитания в городских парках, куда выходим на прогулку сами и выводим побегать детей. И город, где много таких просторных, ухоженных парков, мы, как правило, считаем красивым, современным и развитым.

— А ведь верно!

— Теперь попробуй вспомнить, скольких людей ты знаешь действительно хорошо, то есть их положение в обществе, возраст, сколько у них детей, какое образование, ну и так далее. Скажем так, людей, включая твоих близких, за которыми ты