Знак ворона - Дмитрий Вересов

Остров Занаду

1997

С нескрываемой радостью Татьяна играла роль хозяйки.

Какое счастье, молча подавать мужчинам кофе, тихо сидеть в углу и слушать. Слушать, о чем они говорят, милые ее сердцу мужчины.

Нил, Питер и такой славный старина-профессор Георг Делох…

Маленький Нил-Ро уже давно спал наверху в своей комнате, и час назад Татьяна со слезами неподдельного женского счастья пожелала ему покойной ночи.

А теперь вот они сидели здесь в гостиной вчетвером — хозяин этого бунгало и всего острова — ее любимый мужчина Нил-старший, второй ее любимый мужчина — Питер Дубойс, их друг, славный-преславный чудак Георг Делох, и она — Таня Захаржевская, совсем уже не чопорная леди, — варила им кофе и слушала… И слушала, о чем говорят эти бесконечно милые и любимые мужчины.

Говорили громко, порой даже резко.

На пользу или не на пользу пошло Питеру полугодовое затворничество в психлечебнице ФБР, но теперь он весь кипел и выплескивал на своих оппонентов весь избыток внутренне распиравшего его информационного пара.

— Глобализм, дорогие мои, родился не сегодня, — громко говорил Питер, обращаясь к Нилу и Делоху, — глобализм родился в результате мирового передела после Второй мировой… Ваши иллюминаты серьезно взялись за перекраивание всей карты современной цивилизации именно после сорок пятого года, причем взялись с не меньшей прытью, чем их усатый оппонент в Кремле!

— Вы обобщаете и в вашем обобщении теряете адекватность, — попытался возразить Нил-старший.

— Ничуть, — отпарировал Питер, — вопрос передела иллюминатами всего нынешнего мира очень хорошо просматривается на Германии: почему страна, где девяносто восемь процентов населения было коренным, теперь оказалась вдруг с пятнадцатью миллионами иностранцев. И фактически такая ситуация грозит теперь перерасти в новое качественное состояние Германии.

Питер отхлебнул из заботливо поданной Татьяной чашечки и продолжал:

— Надо рассматривать вопрос, как случилось, что за сорок лет страна оказалась с пятнадцатью миллионами иностранцев… И на этом примере станет ясно, что ваш орден иллюминатов творит с нынешним миропорядком.

Попробуем тезисно. Во-первых, эта страна имеет ограниченный суверенитет. В сорок пятом году немецкое государство прекратило свое существование, но на его месте ничего не возникло. Возникли некие временные оккупационные зоны, а в итоге получились два государства с ограниченным суверенитетом — ГДР и ФРГ. Причем это не были новые государства, но некие новые формы зон оккупационного режима. В ГДР была советская форма, а ФРГ рабски копировало американскую систему. То есть систему, навязанную именно иллюминатами, но я поясню эту мысль немного погодя…

Питер чиркнул длинной спичкой, специально предназначенной для раскуривания сигары, и, попыхивая, задымил ароматнейшей “Ромео и Джульеттой” ручной гаванской крутки.

— И причем, все пороки этих систем в силу присущих немцам черт характера, — продолжил он, попыхивая, — точность, основательность и даже в некоторой степени — раболепство при оккупации еще и усилились. Теперь известно, что Штази в плане политического сыска даже превзошла свою прародительницу МГБ-КГБ. И тоже самое было в Западной Германии, куда сбежались бывшие наци, которым американцы, а мы подразумеваем иллюминаты, сказали: вы будете нам служить верой и правдой, а мы сохраним вам власть и привилегии. Так образовалось что-то вроде буфера между Востоком и Западом, где, по идее наших друзей — иллюминатов должна была начаться Третья мировая война. Две громадные армии стояли друг против друга, и как другая сторона медали, здесь было постоянное соперничество идеологий — где и у кого лучше жизнь?

— Забавно у вас получается, — ухмыльнулся Нил-старший, отхлебывая из своей чашечки.

Питер не обратил внимания на реплику и увлеченно продолжал:

— Поскольку ГДР копировало советскую модель, она была замкнутой системой сама на себя. Но так как в Западной Германии жизнь всем казалась лучше, из ГДР бежали на Запад пачками. А ФРГ выдавала себя за представителя своих — немецких национальных интересов, чем давала советской пропаганде право называть их националистами и реваншистами, кем они никогда не были. На самом деле — власти ФРГ всегда были верными слугами “американского дядюшки”.

— Читай, иллюминатов, — хором иронично пропели Нил с Делохом.

— Да, да, именно так, — подтвердил Питер, не обращая внимания на иронию, — и поступали они всегда так, как “американский дядюшка” им рекомендовал, хотя все очень условно, “американский дядюшка” — тоже собирательный образ. А бизнес иллюминатов и, соответственно, вся система американского бизнеса — всегда основывались на импорте дешевой рабочей силы, отсюда и корни иллюминатского глобализма, господа!

Татьяна тоже раскурила длинную душистую “Ромео и Джульетту”. Ей нравилось слушать, как говорит Питер.

А он и говорил, и говорил…

— И в Германии в начале 50-х возникла потребность в такой дешевой рабочей силе. Экономика так называемого “германского чуда” развивалась… Чудо, конечно, тоже было американским.

— То есть от ордена иллюминатов? — переспросил Нил-старший.

— Чудо было показным, — не обращая внимания на вопрос, продолжал развивать тему Питер Дубойс. — Надо было показать, как неэффективна экономика в советской зоне, в ГДР. Иллюминатам в лице американцев надо было укрепиться на этой территории и они так называемое чудо инспирировали. За счет предоставления торговых преференций, возвращения части конфискованного капитала и так далее. Но так или иначе — возникла потребность в рабочей силе. И вот до сих пор у них в Германии никто не может найти концы — кто же решил ввозить рабочую силу именно из Турции? Но такое решение было принято. Хотя сначала люди приезжали и из Италии, Югославии…

— Ну и как связать все это с происками мировых заговорщиков? — не унимался Нил Старший…

И в этой возбужденной противоречивости Нила Татьяна вдруг явственно разглядела элементарную ревность… Ревность Нила. Он ревновал Татьяну к Питеру. И спорил. И иронизировал.

А Питер тем временем развивал свою мысль:

— Вопрос сперва стоял так, что они не останутся здесь на веки вечные, но поработают, и через пару лет вернутся домой. То же самое сперва подразумевалось и с турками. Первые турки стали появляться в конце пятидесятых. И в этом была форма экономической помощи, оказываемой Германией. Люди получали возможность зарабатывать валюту, и эта валюта потом переводилась в их слаборазвитые страны, где, предполагалось, экономика тоже поднимется. Люди, получившие в Германии квалификацию, вернутся и станут поднимать национальные экономики.