Семь убийц и одна девушка - Марина Серова

Позади домика на небольшом огороде копалась женщина лет пятидесяти в оранжевом жилете. Она подняла голову, увидев приближающегося Иванченко, и выпрямилась. В ее глазах мелькнуло недоверие к форме омоновца. Павел тут же полез во внутренний карман, вытащил удостоверение, помахал им издали, желая успокоить женщину.

— Здравствуйте! Мне нужно узнать, не проходил ли поезд Прибрежноморск — Екатеринбург? — Павел протянул работнице железной дороги удостоверение, но та взглянула на него мельком.

— Полчаса назад прошел. А что случилось?

Иванченко пожал плечами.

— Так, ничего. Спецоперация. А после него никакого состава не было?

— Не было.

— Спасибо большое, — пробасил Павел. — Дай вам бог здоровья. Как огородик, выручает?

— Выручает, слава богу.

— Угу, — кивнул Иванченко. — Еще раз спасибо, до свидания.

И он бросился бежать обратно к вертолету.

— Ну что? — спросил его Соколов.

— Летим. Скоро мы его нагоним, — проговорил Паша, залезая в вертолет.

— Где он?

— Впереди, в получасе.

— Получасе чего? — спросил Юрий Иванович.

— Полчаса как прошел, — пояснил Павел.

— Так бы и сказал.

Вертолет снова поднялся в воздух. Эта разница в полчаса для поезда означала, что вертолету хватит десяти минут, чтобы нагнать его.

Внизу показался поезд.

— Он? — спросил Дмитрий Иванович.

— Должно быть, — осторожно протянул пилот.

— А как это узнать точнее?

Вместо ответа Юрий Иванович протянул Соколову бинокль.

— Что мне с ним делать? — спросил депутат.

— Смотреть!

Вертолет принял влево и стал обгонять состав, одновременно снижаясь. С левой стороны состава виднелись белесые таблички с надписью, обозначавшей маршрут. Дмитрий Иванович поднес к глазам бинокль.

— Точно он! Прибрежноморск — Екатеринбург, — обрадованно воскликнул Соколов.

«Стрекоза» взмыла вверх и вновь отстала.

— Что будем делать? — спросил пилот.

— Следовать за ним пока.

— А потом?

— Потом посмотрим!

Почти час «стрекоза» следовала за составом, затем показался какой-то населенный пункт.

— Я думаю, нам нет смысла лететь в город? — спросил Юрий Иванович.

— Абсолютно никакого. Встретим состав у выезда.

Пилот повел вертолет мимо населенного пункта и посадил машину в степи, недалеко от того места, где железнодорожная ветка выходила из города. Все трое выскочили из вертолета, чтобы немного размяться.

Соколов приблизился к Павлу.

— На всякий случай запоминай. Тринадцатый вагон. Прочеши его весь, но найди девчонку. Опасайся вторую, ее подружку. Еще та стерва! Если сможешь, кончай обеих. И запомни, работа будет хорошо оплачена!

— Я все понял, Дмитрий Иванович.

— Мне кажется, что настал мой час — все конкуренты позади.

— Вполне согласен с вами. Да и мне денежки пригодятся. Найти бы такого человека, которому они были бы не нужны. Это же экспонат для всеобщего обозрения.

Поезд показался через пять минут. Соколов поднес к глазам бинокль, довольно ухмыльнулся, словно кот, попавший на мартовскую вечеринку с участием кошечек.

— В машину!

Пилот уже сидел на своем месте, попеременно включая приборы. Когда-то новенькие тумблеры потеряли свой цвет, превратившись из черных в серые с проплешинами, отшлифованные пальцами людей, которые в разное время управляли этой «стрекозой». Сколько их было — один… два… десять… сто?

— Дмитрий Иванович, — снова заговорил пилот. — Я так и не понял, зачем нам этот поезд.

— И не пытайся понять, — махнул рукой депутат. — Лучше ничего не знать, чем плохо спать.

— Есть какая-то опасность? — забеспокоился Юрий Иванович.

— Ничего не могу сказать, — уклончиво ответил Соколов.

— Надеюсь, с криминалом это не связано! — то ли спросил, то ли успокоил себя пилот.

— Не беспокойтесь понапрасну, Юрий Иванович, — неопределенно произнес депутат. — Конечно, я мог бы с вами не лететь, работу должен выполнить Паша. Но ведь вертолет доверен мне, не могу же я вас бросить.

— Смотрите, Дмитрий Иванович, — покачал головой пилот. — У меня двое детей, мне пропадать за просто так никак нельзя.

— Никто пропадать не собирается, — ответил депутат. — Тем более вам на роду написано до ста лет жить.

— Не скажите, — с сомнением в голосе произнес Юрий Иванович. — У вертолетчиков опасная профессия. Мало ли что может случиться. Сколько наших разбивается! Генерала Лебедя вспомните.

— У вас все будет в порядке, — заверил Соколов. — Поднимайтесь в воздух, нам пора следовать за поездом.

— В два счета нагоним, — успокоил пилот.

«Стрекоза» взмыла в небо и, плавно покачиваясь, полетела вслед за поездом, словно пыталась сесть на его извивающийся хвост.

Через несколько минут поезд остановился посреди поля. В трехстах метрах слева от железнодорожного полотна начинался лесной массив, тянувшийся на пару километров. Вдоль поезда выстроилось несколько автомобилей с мигалками: «уазики», «ГАЗ-66», одна «Газель».

— Что это? — недоумевал Паша. — Менты наехали?

— Сам не понимаю, что происходит, — произнес Соколов. — Давайте-ка садиться.

— Как? Опять? — заморгал глазами пилот. — Только что взлетели же…

— Ничего не поделаешь, — вздохнул Дмитрий Иванович. — Надо выяснить, что там творится.

— Да в чем дело? Кто-нибудь может мне сказать? — начал возмущаться пилот.

— Говорю же, ничего страшного не происходит, — успокаивающим тоном произнес Соколов.

Вертолет покружил над леском в поисках места для посадки.

— Неплохое местечко! — указал пальцем вниз депутат. — Нас не видно будет, и до поезда два шага.

Небольшая лужайка была как бы прикрыта полосой леса. Чуть ли не сдувая деревья с поверхности земли, вертолет опустился на землю и оказался метрах в трехстах от железнодорожного полотна.

— Готово, приехали, — произнес пилот. — Конечная остановка, можно выходить.

— Иди, Паша, — проговорил депутат, доверительно нагнувшись к своему посланцу. — Это твой шанс, не упусти его. У тебя все получится. Сразу ссылайся на меня, показывай документы, если спросят.

— Может, не стоит? Не хочется светиться.

— Хорошо было бы, если бы тебя никто ни о чем не спросил. Но если понадобится — не стесняйся. Твоя цель — попасть в поезд. Не забыл — вагон номер тринадцать?