Смерть надевает маску - Эшли Уивер

Интуиция советовала мне уклониться от этих приглашений, но я прекрасно понимала: если хочу, чтобы он помог осуществить наш с миссис Баррингтон план, то не могу позволить себе отказаться.

— Так лучше всего, — сказала я наконец.

— Отлично! Заехать за вами?

Я сомневалась лишь долю секунды, а после кивнула:

— Это было бы замечательно.

— Значит, до завтра, — улыбнулся Данмор. — Жду с нетерпением.

Я покинула дом виконта и направилась к машине, в которой ждал Маркхем. Обдумывая произошедшее, я нахмурилась. Что-то продолжало серьезно меня беспокоить, и дело было не только в том, что я согласилась на свидание с известным волокитой.

По-настоящему меня тревожила встреча с мистером Дуглас-Хьюзом. Ведь он утверждал, что Мэйми потеряла сережку, а потому он лично явился ее искать…

Я мысленно вернулась к балу и могла сказать с полной уверенностью: никакой сережки Мэйми Дуглас-Хьюз не теряла.

Дома я хотела сосредоточиться и хорошенько все обдумать. Увы, этому не суждено было состояться.

— Мистер Эймс здесь, мадам, — выпалила Винельда в панике, с дикими глазами: бедная девочка, очевидно, решила, что присутствие моего мужа тотчас доведет меня до истерики.

— Действительно? — спокойно спросила я, снимая плащ, шляпку и перчатки. Я не ждала его и не знала, готова ли к этому. Однако теперь ничего поделать уже нельзя.

— Да, мадам. Уже полчаса ждет в гостиной.

— Тогда не стану его задерживать.

Я направилась в гостиную — решительно и в раздражении из-за того, что он явился без предупреждения. Радовало, что меня не оказалось дома и ему пришлось подождать. Майло ведь ненавидел ждать.

Он листал книжку, но как только я вошла, сразу же отложил ее в сторону. На нем был светло-серый костюм, и по какой-то абсурдной причине сам он выглядел еще красивее обычного. Может, это побочный эффект новой влюбленности. На мгновение мне стало дурно, когда перед внутренним взором промелькнул образ Элен Рено в его объятиях.

— Привет, дорогая, — сказал он совершенно непринужденно.

— Привет.

— Как ты?

— Хорошо. Не надо так торжественно стоять, Майло. Сядь, пожалуйста.

Он уселся, не сводя с меня взгляда. Я тоже села на стул в другом углу комнаты. Как обычно, я не могла понять, что он думает и чувствует.

И как обычно, он видел меня насквозь.

— Ты немного осунулась, Эймори.

— Спасибо, — усмехнулась я. — Ты всегда дарил изящные комплименты.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Отлично, спасибо. — Я не пыталась скрыть раздражение. — Ты явился справиться о моем здоровье или есть еще какая-то причина?

— Я пришел, чтобы пригласить тебя на ужин, — ответил он, ничуть не сконфузившись от моей резкости.

Я изучающе смотрела на него.

— С чего бы?

— Чтобы прекрасно провести с тобой время.

— Я-то думала, у тебя есть варианты поинтереснее.

— Если ты намекаешь на Элен, то она вернулась в Париж.

— Это не намек, — резко сказала я. Он произнес ее имя самым обычным тоном, и это расстроило меня гораздо больше, чем я готова была признать.

— Она вернулась в ту же ночь, когда сделали снимок. С того времени я ее не видел, и мне все равно, увижу ли снова.

Для этого было уже немного поздновато. Вред причинен; нельзя просто отменить совершенное разрывом с любовницей.

— Не хочу говорить о ней, Майло. Что с ней и как — это меня не касается.

— Как и меня, — отозвался Майло, и голос выдал его нетерпение. — Но ты ведь согласна, что нам нужно поговорить?

— Да, но я сказала, что сама тебе сообщу, когда буду готова. А ты сказал, что позвонишь.

Что-то в его лице заставило меня насторожиться, и, как я сразу же поняла, неспроста. Разговор шел не очень хорошо, и Майло решил сменить тактику:

— Я обнаружил кое-что весьма интересное… Это касается убийства Джеймса Харкера.

Он без труда завоевал мое внимание, и я разозлилась еще больше.

— Что же? — осведомилась я, стараясь скрыть любопытство.

Уголки его губ приподнялись, и я поняла, что уже на крючке.

— Дорогая, не делай вид, что тебе не интересно. Только не со мной.

— Так что ты выяснил? — приказным тоном выпалила я, и Майло явно заметил мое раздражение за маской безразличия.

— Я скажу тебе все, — произнес он, поднимаясь, — за ужином.

— Майло…

— Заеду за тобой в восемь? — Он с вызовом поднял одну бровь.

Я застыла в нерешительности. Хотелось послать Майло к черту вместе со всей его информацией. А с другой стороны, мне было чрезвычайно любопытно. Как знать, что именно он выяснил и насколько важным это может оказаться для расследования?

— Пусть так, раз уж ты настаиваешь, — нелюбезно согласилась я.

Майло улыбнулся, а мое раздражение усилилось еще больше.

— Твой энтузиазм мне льстит, — сказал он сдержанно. — Увидимся вечером.

На этом он и ушел.