Рассвет для тебя - Ольга Баскова

Беда пришла оттуда, откуда ее, разумеется, не ждали. На следующий день к замдиректора ввалились двое мужчин кавказской национальности. Самый высокий и толстый ткнул в него пальцем:

— Ты Ярослав?

— Да. А что вам, собственно…

— Заткнись и послушай.

Посетитель вытащил из кармана фотографию:

— Узнаешь девочку?

Ярослав вздрогнул. Со снимка на него смотрела Жанна.

— Я не понимаю…

— Узнаешь, узнаешь, — перебил его собеседник. — Не далее как вчера ты барахтался с ней в постели. Она сказала, что тебе понравилось. Теперь пришла расплата.

Костиков облегченно вздохнул. Если эти немытые рожи пришли требовать деньги и шантажировать его фотографиями в пикантных позах, они просчитались: его жена не обратит на шашни мужа никакого внимания, она до смерти боится, как бы он не покинул ее. Еще бы, отказаться от такого достатка из-за каких-то шлюх! Ярослав выпрямился и нагло посмотрел на непрошеных гостей:

— Если вы хотите продать компромат, то пришли не по адресу. Моя семья не интересуется порнографией.

— Неужели? Надо же, мы тоже.

Второй, маленький, с синими от пробивающейся щетины щеками, подошел вплотную и дыхнул в лицо чесночным запахом:

— Ты имеешь в виду Жанну? Она не проститутка, она наша сестра. Думаешь, мы наснимали вашу с ней любовь, чтобы теперь пугать тебя твоей женой? Так ты просчитался, — он смачно плюнул на паркетный пол. — У нас на Кавказе строгие обычаи. Ты должен жениться на ней.

Кровь ударила Ярославу в лицо. Он дернул пуговицу на вороте рубашки и захрипел:

— Вы сошли с ума! Это невозможно!

— Почему же?

Черные глаза под нависшими бровями смотрели сурово.

— Я женат.

— Мы в курсе.

Толстый поднес к его носу огромный кулак.

— Ты учился в школе? Островского проходил?

Замдиректора пролепетал что-то невнятное.

— Что самое дорогое у человека, помнишь, сволочь?

Ярослав кивнул, сознавая, как жалко он сейчас выглядит.

— Ты женишься на нашей сестре, или…

— Повторяю вам, это невозможно! — На него было жалко смотреть. Жирный кавказец словно не замечал этого:

— Не надо было ее трогать!

— Она сама хотела! — выкрикнул Костиков.

— Врешь!

Огромный кулак врезался в переносицу. Хлынула кровь. Шатаясь, замдиректора подошел к окну.

— Если я разведусь, останусь нищим. Все имущество записано на жену.

Мужчина смягчился:

— Я готов рассмотреть варианты. Сто тысяч — и гуляй на все четыре стороны. Девочке понадобится большое приданое.

— У меня нет таких денег! — совершенно искренне произнес Ярослав. — Я могу выложить только тысяч пятнадцать, и то залезу в долги. Клянусь вам.

Кавказец внимательно посмотрел на свою жертву:

— Правду говоришь?

— Да.

— Что же будем делать?

У замдиректора зародилась надежда:

— Простите меня.

— Простить? — Мучители усмехнулись. — Это не по нашим законам. Пожалуй, лучше все-таки тебя убить.

— Пощадите!

Ползая перед ними на коленях, Ярослав сознавал, как жалко выглядит. Толстый почесал затылок:

— Ты отработаешь.

— Как?

— Накрывай на стол.

Костиков поставил початую бутылку виски, порезал колбасу, разлил напиток по рюмкам. Братья Жанны выпили, не закусывая.

— Ты замдиректора агентства недвижимости, — начал худой. — Значит, искомая сумма валяется у тебя под ногами. Стоит только протянуть руку.

— К тебе будут приходить люди, — наливая себе виски, пояснил толстый. — Насчет обмена или продажи квартир. Ты должен все оформить без сучка без задоринки, не смотря в паспорта. Какие люди именно от нас, узнаешь из письма, брошенного накануне в почтовый ящик. В конверте также будут лежать фотографии владельцев квартир. Это для милиции, на всякий пожарный, хотя, я уверен, до нее не дойдет.

— Но это же преступление!

— У тебя нет выхода, — кавказец почесал затылок. — Впрочем, подумай. Может, тебе лучше умереть.

Костиков вздохнул. Беда в том, что умирать он тоже не хотел.

Белый длинный конверт не замедлил по-явиться в ящике. С фотографии на Ярослава смотрел незнакомый мужчина, судя по внешности, часто употребляющий спиртное. На обратной стороне печатными буквами были выведены его имя, отчество и фамилия. Пришедший в агентство клиент, просивший помочь ему быстрее продать квартиру, внешне совсем не напоминал типа на фотографии. Памятуя об указании братьев, Костиков не стал вдаваться в подробности, увидев выгоду для себя: слишком смешной казалась цена за такую жилплощадь. Он провернул сделку, выручив несколько тысяч долларов, а потом позвонил кавказцу по оставленному контактному телефону и сказал: