Нить Ариадны - Наталья Андреева

На какую только хитрость не пойдешь, чтобы отделаться от навязчивого поклонника! Честно говоря, я боялась, что, когда Руслан с Белкой узнают о моем скором отъезде, они предпримут какие-то меры. А если разозлятся? Возьмут да и утопят меня. Или ограбят. Утащат мои деньги и кредитку. Поэтому я решила все сделать тайно. Во избежание…

Субботу я как-то проскрипела, спасибо аквааэробике и теннису! Много плавала, хотя вода в море была прохладной. Спасительная мысль о скором отъезде держала меня на плаву. Я прикинула: собрать чемодан – полчаса. Даже если автобус опоздает, они не скоро меня хватятся, Белка с Русланом, а когда хватятся, уже ничего не смогут предпринять. Я пройду паспортный контроль и буду вне досягаемости.

Мой план удался вполне. В четыре часа я отправила Белку в СПА, а Руслана запихнула в автобус, идущий в Наама Бей. Сама же кинулась собирать чемодан. Когда я расплачивалась за номер, лицо менеджера даже не дрогнуло. Но я все равно сказала:

– По семейным обстоятельствам я прерываю свой отдых. Деньги оставьте себе.

На этот раз меня прекрасно поняли. Носильщик подхватил чемодан и потащил его к выходу. Вскоре подъехал автобус. Звонок на мой мобильник раздался, когда я уже была в аэропорту. Меня зарегистрировали на рейс и теперь досматривали перед тем, как пустить в зону вылета. Я глянула на дисплей: Белка. Они меня потеряли и забеспокоились. Интересно, сколько времени им понадобится, чтобы допросить портье?

На всякий случай я отбила эсэмэску: «Срочно возвращаюсь домой, не скучай!» Адресовано это было обоим: и Белке, и Руслану. Ей первая часть послания, ему вторая. Разговаривать с ними мне не хотелось, а телефон звонил, не переставая. В конце концов я его отключила.

Как ни странно, все прошло гладко. Самолет улетел даже раньше минут на пятнадцать. В Египте такое случается. Вдруг объявили посадку. Небо было ясное, ветер хоть и сильный, выбрасывающий в воздух тучи песка, но преодолимый. Самолет взял короткий разбег и, поборовшись какое-то время с песчаной бурей, лег на курс. Меня трясло от волнения, так что стюардесса даже спросила:

– Дать вам одеяло?

Я молча кивнула, язык не слушался. Я не верила, что мне удалось проделать такую штуку. Тайно уехать из отеля, где мои враги повсюду расставили ловушки. Я закрыла глаза и мысленно представила, как меня окружает хрустальный купол. И даже не заметила, что лечу не бизнес-классом. Все равно, лишь бы домой. Там я буду в безопасности. Там Петь.

Он встретил меня в зоне прилета, взволнованный, бледный.

– Что случилось? – услышала я.

– Ничего. Соскучилась.

Он кинулся меня обнимать. Нет, не обнимать, ощупывать. Плечи, спину, голову, руки…

– Да все цело, Заяц! – рассмеялась я.

– Странно… Так что все-таки произошло?

– Ты был прав насчет Белки. Рядом с ней всегда есть мужчина.

– Она и тебя пыталась втянуть в загул? Понятно, – кивнул Петь. – Но ты честная девочка.

– Да, – кивнула в ответ я. – Сначала свадьба, а потом постель. Иначе я не могу.

– Все так серьезно? – внимательно посмотрел на меня муж.

– Слишком много людей, которые хотят хорошо устроиться за чужой счет.

– Да, это правда. Ну что, идем?

– В машину?

– Да.

– Идем!

И тут я заметила белую розу в его руке. А я-то гадала, что меня все время колет? Оказалось, шипы!

– Петь, цветок, – кивнула я на розу.

– Ах, да! Это тебе.

– Мне? – Роза перешла из его руки в мою.

Я чуть не расплакалась. Мне нечасто дарят цветы. Да что там! Никогда. Поэтому я всем говорю, что ненавижу цветы. Ненавижу, мол, когда мне дарят букеты. Я так говорю, потому что давно уже ничего не жду. Когда люди с презрением сообщают, что не любят традиционных знаков внимания, это от безысходности. Просто они, эти люди, ужасно одиноки и ничего не получают, ни поздравлений, ни подарков, и даже уже перестали надеяться. Или успели, как я, со всеми переругаться, и никто не хочет поздравлять их с днем рождения.

– Слава богу! – говорю я, кружа весь день вокруг молчащего телефона. – Никто не позвонил!

Вокруг меня строится хрустальный купол, и я внушаю себе, что ни в чем не нуждаюсь. И ни в ком. Но меня никто не поздравил с днем рождения, а это значит, что меня просто нет. Не существует. Человек есть, только когда его замечают.

Когда меня искололи шипы, я почувствовала: я есть. И в глазах у мужа есть. Я и роза в моей руке. Это был момент просветления.

– Все хорошо, малыш, – сказал Петь, целуя меня в губы. – Соленые. Ты что, плачешь?

Он отстранился и внимательно посмотрел мне в глаза.

– От счастья, – ответила я, тоже почувствовав во рту соль. Надо что-то сказать?

– Поехали домой.

Любимая игрушка мастера пустилась в свободное плавание. Он уже не мог ее контролировать, потому что подписал договор с дьяволом. Долгое время кукольник старался закрывать глаза на зло, исходившее от его обожаемого творения. Просто жил рядом и тешился своей работой. Он окружил себя теми игрушками, что вернул ему дьявол, и какое-то время занимался только ими. Перешивал им платья, подбирал новые парики, освежал старые краски. Мастер хотел, чтобы теперь у них были добрые лица. Он старался исправить свою ошибку. Но разве такое возможно?