Хитрый ход - Екатерина Вильмонт

– Да чего там… ладно! – смилостивился Леха. –Хотя обидно было.

– Ну все, разобрались, теперь за стол! – веселопроговорила Лидия Павловна.

– Одну минуточку, – подал голос Гошка.

Все с интересом на него уставились.

– Я вот хочу все-таки кое-что понять… Все ведь началосьс бумажника. Как он туда попал?

Анатолий Васильевич с нежностью взглянул на Наташу. Таулыбнулась в ответ.

– Я сейчас расскажу… это поистине примечательнаяистория. Уж не знаю каким образом, но только этот злосчастный кандидат вдепутаты дознался, что у меня есть порочащие его снимки. Я, разумеется, понаивности все отрицал. Мол, нет у меня никаких снимков. Тогда мне начали угрожать.

Я человек в общем-то мирный, не героический, и я испугался,рассказал Наташе, а она вдруг: «Давай, Толя, выведем его на чистую воду. Мыдолжны и все такое прочее». Одним словом, не женщина – Жанна д'Арк.

Она требовала, чтобы я отнес эти снимки в одну газету, где унее был знакомый журналист. Я и отнес. Но мы договорились, что он ихопубликует, когда это будет удобно, уже поближе к выборам. И вдруг мне звонят иговорят: «Если ты не отдашь нам негативы и все снимки, и твоей бабе, и твоейдочке будет очень плохо». Я, честно сказать, страшно испугался и позвонил этомужурналисту, а его, как назло, не было в Москве. Они опять мне позвонили ипредложили выкуп. Хорошие деньги, надо признать.

И тогда Наташа говорит: «Нам главное – потянуть время довозвращения Ильи, так зовут журналиста. Он вернется и сразу опубликует снимки.А сейчас надо их обмануть».

Короче говоря, мне назначили встречу в сквере. И занесколько минут до их прихода на меня напали хулиганы. Разумеется, их наняли мысами. Но когда те подошли, то увидели отчаянную потасовку. Я, преследуемыйхулиганами, бросился наутек и просто-напросто потерял бумажник, обнаружил я этотолько потом.

Убегал я по-настоящему, схватил машину и исчез. Так былозадумано. Затем я подготовил липу – настоящие снимки и похожий негатив…

– Как это – похожий негатив? – спросил Леха.

– Ну, у нас, фотографов, есть свои примочки, –засмеялся Горенич. – Делается снимок со снимка, понятно? Но на первыйвзгляд никто ничего не разберет.

– А откуда же Денисюк узнал, что вы потерялибумажник? – спросил Гошка.

– А вот это загадка. Я понятия не имею.

Короче, они опять звонят мне, а Наташа отвечает, что я вчеравечером как ушел, так и пропал. Тогда они берутся за нее, а она делает вид, чтоне понимает, о чем речь. Они ей растолковывают, мол, нам нужно то-то и то-то.Она кобенится, и тогда они уже ей предлагают хорошие деньги за снимки инегатив. Она тянет время, но потом соглашается поискать. И, как вы понимаете,находит. Вот, собственно, и все. А деньги их бандитские Наташа отдала в детскийдом, где она сама выросла.

– А что это за бумажка у вас там была с цифрами ибуквами? – полюбопытствовал Леха.

– Это я с дочкой когда виделся, мы с ней в какую-тоигру играли, и она потребовала, чтобы я сохранил эту запись до следующегораза, – улыбнулся Горенич.

– Ну, теперь вы уже можете сесть за столнаконец? – потребовала Лидия Павловна.

Когда все отдали должное яствам Лидии Павловны, Леха сказал,обращаясь к Гошке:

– Мы все говорили «тухлое дело», «тухлое дело»… Какое жоно тухлое, когда так вкусно кормят?