Танец со смертью - Марина Серова

– Понятное дело.

Через полчаса получила наконец подтверждение от Мельникова, что на Шляпникову Маргариту Алексеевну в Тюменской области зарегистрирован «фольксваген» темно-зеленого цвета с такими-то номерами.

Глава восьмая

Через два дня позвонил Кирьянов и сообщил следующее. Людмила Анатольевна Таратутина, моя клиентка и единственная оставшаяся в живых родственница Веретенниковых, подписала согласие на эксгумацию. Тело Клементины изъяли. Судебная экспертиза произвела анализ останков, которые находились в могиле Клементины Веретенниковой. По ее данным, захоронена была другая девушка, у которой выявлена прижизненная травма голени, а именно – перелом. К моменту смерти перелом давно сросся. Помимо этого, сравнительный анализ ДНК захороненной девушки и Кристины Веретенниковой показал, что останки, выкопанные из могилы Клементины Веретенниковой, принадлежать ей не могут.

Теперь, когда у меня на руках были данные о том, что Клементина Веретенникова жива, я решила, что самое время поехать в коттеджный поселок и рассказать Алевтине Александровне всю правду. А заодно и предупредить о том, что Клементина может наведаться домой.

– Алевтина Александровна, выслушайте меня. То, что я вам сейчас расскажу, очень важно, – сказала я.

– Господи, Татьяна Александровна, вы меня пугаете, такое предисловие…

Рахматуллина действительно выглядела напуганной.

– Но вы должны это знать, Алевтина Александровна, – настаивала я.

– Ну хорошо, говорите, – кивнула женщина.

– В общем, речь пойдет о Клементине, – начала я.

– Да что же о ней говорить-то, Татьяна Александровна? – Рахматуллина с удивлением посмотрела на меня: – Бедная девочка уже давно упокоилась…

– А если я вам сейчас скажу, что Клементина жива, вы поверите мне? – спросила я.

– Что?! Вы это серьезно? – Алевтина Александровна с изумлением и некоторым страхом посмотрела на меня. – Татьяна Александровна, Клементину опознали Кристина Владимировна и Василий Юрьевич. Ее похоронили. А теперь вы говорите, что она жива? Но ведь так не бывает… – произнесла Рахматуллина растерянно.

– Алевтина Александровна, родители Клементины ошиблись. Потому что на убитой девушке была одежда Клементины, а рядом лежал ее пустой рюкзак и телефон. Эти вещи тоже были ее. Поэтому с опознанием произошла ошибка, – объяснила я.

– Рюкзак и телефон… да, все верно, – подтвердила Рахматуллина.

– Кроме того, рост и вес, а также группа крови найденной девушки тоже совпадали с этими показателями. То есть у Клементины и девушки, чье тело было найдено на Кумысной поляне, эти характеристики были идентичными, – продолжала я. – Вот поэтому Веретенниковы и «опознали» свою дочь.

– Да, все верно вы говорите, Татьяна Александровна, – снова подтвердила Рахматуллина.

– И тем не менее это была не Клементина. Убитую девушку звали Маргарита Калашникова, – сказала я.

– Маргарита Калашникова? – повторила Рахматуллина.

– Да. Вы ее знали? – спросила я.

– Боюсь, что нет. Правда, имя Маргарита мне знакомо. Так звали девушку, которая вместе с Клементиной занималась в одном и том же спортивном клубе, в «Олимпе». Возможно, фамилия этой Маргариты и была Калашникова, как вы сказали. Только вот Клементина не называла ее по фамилии, только по имени, – сказала Алевтина Алексеевна.

– Вы правы, именно с Маргаритой Калашниковой Клементина посещала клуб «Олимп», я это выяснила, поговорив с тренером Клементины по дзюдо. Мне необходимо было знать, какая девушка из клуба могла быть похожа на Клементину до такой степени, – сказала я.

– Но все-таки я не понимаю… – растерянно произнесла Рахматуллина.

– Сейчас я вам объясню. Вы помните тот снимок с камеры видеонаблюдения перед воротами в коттедж? – спросила я.

– Ну да, помню, – кивнула Алевтина Александровна.

– Так вот убийце Кристины Владимировны необходимо было, чтобы ее опознали как умершую Клементину Веретенникову. Ведь не случайно она задержалась перед камерой. Она намеренно так долго смотрела в камеру: хотела четко и во всех деталях показать свое лицо, – сказала я.

– Да?

– Конечно. Это было сделано для того, чтобы впоследствии, когда будет проводиться расследование убийства, следствие было сбито с толку. Только убийца не учла того момента, что некоторые детали скрыть просто невозможно и что свалить все на внезапно ожившего мертвеца не получится, – сказала я.

– То есть вы выяснили, что на самом деле убита не Клементина? А похожая на нее Маргарита? Но как? Как вы это сделали? – недоуменно посмотрела на меня Рахматуллина.

– Путем проведения генетической экспертизы. Она опровергла идентичность генетического материала Кристины Владимировны и девушки, которую похоронили под именем Клементины. Кроме того, у этой девушки оказался перелом голени. А тренер и мачеха Маргариты Калашниковой подтвердили, что у нее действительно была травма ноги. Так было доказано, что в могиле, которая до сих пор считалась могилой Клементины, находится тело Маргариты Калашниковой.

Алевтина Александровна покачала головой и пробормотала:

– Надо же…

Я выдержала паузу, а потом спросила:

– Алевтина Александровна, вот вы говорили, что нянчили и воспитывали Клементину с самых ранних лет. Вы ее любили, по вашему же признанию, как своего ребенка. Но если честно, безо всяких прикрас: она была самолюбивой, мстительной, жестокой и злобной?

Я внимательно посмотрела на Рахматуллину.

– Да, все то, что вы только что перечислили, можно отнести к характеру Клементины… Она действительно была честолюбивой, самовлюбленной и надолго запоминала то, что ей было не по нраву. А особенно Клементине не нравилось, если ее одергивали и ставили на место. Хотя если говорить обо мне, то я старалась особенно не надоедать ей нравоучениями. Я знала и видела, что это выводит ее из себя. В такие минуты я говорила ей, что она очень умная и что ей все по плечу, что она при желании обязательно добьется всего. Возможно, я была не права, наверное, не стоило так ее настраивать. Получается, что я только подпитывала и усугубляла ее эгоистичные замашки, взращивала в ней веру в свою исключительность. А получилось то, что получилось: Клементина, не дрогнув, избавилась от своей матери, – со слезами закончила Рахматуллина.

– Понятно. Но что сделано, то сделано. Скажите, Алевтина Александровна, а какое отношение к Клементине было у Кристины Владимировны и у Василия Юрьевича? – спросила я.

– Ну, отношение было разным. Василий Юрьевич очень любил Клементину, она была его принцессой. Поэтому, скорее всего, он почти все ей прощал. Все шалости, все проступки, никогда не наказывал. А Клементина пользовалась этой любовью отца и делала все, что хотела. Ведь она была уверена, что любящий папа все поймет и простит. И не станет читать проповедей и нравоучений, – сказала Рахматуллина.

Женщина немного помолчала, а потом добавила:

– Моя вина в этом тоже есть. Ведь и я тоже временами помогала Клементине избежать последствий ее не очень хороших поступков. Выгораживала ее, подчас даже брала ее вину на себя. Я думала, что тем самым облегчаю ей жизнь, а на самом деле получилось, что все