Бубновый туз - Евгений Сухов

Захлопнув дверь, Роман Овчинский задвинул за собой тяжелый засов. Через два небольших окошка, прорезанных под потолком, узкими лучами в котельную падал свет. Рассеиваясь, он ложился на противоположную стену длинным продолговатым пятном и слегка освещал груду камней, аккуратно сложенных небольшой горкой на полу.

В котельной было сухо и заметно пыльно.

Кирьян огляделся и удивленно присвистнул:

— Я думал, что у тебя здесь земли до самой крыши, а тут все чисто.

— Я землю складываю в мешки, а потом уношу отсюда. — Махнув рукой в сторону двери, Овчина добавил: — Тут метрах в трехстах пустырь есть, вот туда и отношу. А еще лопатой на всякий случай все разравниваю.

— Видал, что делает, — подтолкнул Кирьян локтем Савву Тимошина.

Медвежатник оставался серьезен:

— Что я могу сказать? Молодец! А лопату ты с собой, что ли, носишь? — в его словах прозвучала откровенная ирония.

— Зачем же? — удивленно посмотрел Овчина. — Лопату я в кустах прячу. Парочка лопат здесь, а одна там.

— Как же тебя никто не заметил? — искренне удивился Курахин, снова и снова оглядывая помещение котельной.

Фартовый хотел определить место, откуда начинается подкоп, но не мог — пол был завален каким-то ржавым хламом, полусгнившим тряпьем. Такое впечатление, что это имущество пролежало в помещении нетронутым много лет.

— Стараюсь быть осторожным. Из соседнего дома на котельную выходит три окна. За одним живет столетняя старуха, но она уже ничего не видит и не слышит, а два других окна в квартире какого-то инженера. Но его дома практически не бывает. Он все время в разъездах.

— Понятно.

— Хотя однажды я крепко струхнул. Как-то прихожу вечером, а на двери во-от такой новый амбарный замок висит! — раздвинул Овчина руки. — Думал, все, докопался! Выследили. Неделю к котельной не подходил, все ареста дожидался. А потом думаю: почему же они меня тогда с поличным не взяли, когда я к котельной подошел? Порасспрашивал у жильцов осторожненько и выяснил, что просто какая-то комиссия округу обходила, описывала все. Вот на кательную и повесили новый замок. Мол, может, когда-нибудь восстановим, поработает еще. Не сезон. Ну я и дальше начал копать.

— А ты молоток, — сдержанно похвалил Курахин, — даже не видно, где ты роешь.

— Вон там.

Роман откатил в сторону огромный камень, прижимавший лист жести.

— Ход будет метров в двадцать пять. Осталось прорыть еще немного. Потом продолбить фундамент — и мы в магазине.

Он высветил спичкой подземный ход. Кирьян одобрительно крякнул. Самая настоящая нора, первое впечатление, что ее выкопал какой-то гигантский зверь.

— Понятно.

— А с улицы не слышно? — спросил Савва Назарович.

— Не должно.

— Давай вот что сделаем, — предложил Кирьян. — Вы тут постучите киркой как следует, а я выйду на улицу и послушаю.

— Договорились, — взял Роман инструмент.

Ладони у Романа были поцарапаны, поры забиты землей.

— Ты бы хоть рукавицы надевал, — посоветовал жиган. — Ведь догадаться могут.

— Я в них и работаю, — чуток смутился Роман. — Просто они все время рвутся, вот руки и загрубели. К тому же они иногда просто мешают, хочется сделать побыстрее, снимешь, разгребешь чего накидал, и снова надеваешь. Без рукавиц как-то удобнее бывает.

Кирьян открыл дверь котельной, в лицо ударил порыв холодного ветра.

— Закрывай!

Дверь захлопнулась. Его встретило безмолвие. Дом, примыкавший к заброшенной котельной, оставался равнодушным к тревогам жигана. Окна смотрели на улицу темными глазницами. Запахнув на груди пальто, Кирьян отвернулся от пронизывающего ветра и направился в сторону ювелирного магазина.

Время подходило к полуночи, но улица оставалась оживленной, по ней проворно разъезжали пролетки, экипажи, иногда проскакивали легковые автомобили, а по тротуарам разгуливали молодые люди.

Неподалеку сверкали огнями сразу три ресторана и еще два неплохих трактира, работавших едва ли не до рассвета. Так что наступало время разгула. Прохожие чувствовали себя в относительной безопасности — в двух кварталах находился милицейский участок, и наряд милиции по графику обходил все увеселительные заведения.

Проводив взглядом пролетку, в которой, развалясь, сидел моложавый щеголь в коротком пальто и барышня в меховой накидке, Кирьян процедил сквозь зубы:

— Жиганов на вас нет!

Остановившись у магазина, Кирьян прислушался. Тихо. Ничто не свидетельствовало о том, что где-то сразу под ним, на глубине трех метров, был прорыт подземный ход.

На углу ювелирного магазина, укутавшись в теплый полушубок, стоял сторож. Чтобы не замерзнуть, он обходил дом по периметру, иногда ненадолго останавливался у больших стеклянных витрин, где на манекенах красовалась бижутерия, выполненная под золото и серебро. Есть на что посмотреть. По озадаченному бородатому лицу сторожа было понятно, что в своих думах он вряд ли чем-нибудь отличается от обыкновенного скокаря.

Постояв еще минут десять, Курахин вернулся в котельную. Дверь открылась тотчас после короткого стука.

— Ну как? — встревоженно спросил Овчина, когда Кирьян прошел вовнутрь. — Было что-нибудь слышно?

— Ничего, — честно признал Кирьян.

Губы Романа расползлись в довольной улыбке.

— Я так и думал. Кажется, я на фундамент вышел… А ведь я так по камням колотил, что все вокруг ходуном ходило.