Девять жизней частного сыщика - Марина Серова

Мои слова немного приободрили Светлану. Она налила себе в бокал до половины красного вина и выпила большими глотками.

— Хе-хе, — посмотрел на нее муж лукавыми глазами. — Посмотрите на нашу непримиримую противницу пьянства.

— В медицинских целях, — криво улыбнувшись, пояснила Светлана.

За окном тем временем шла пальба из всех видов петард. Разноцветные огни то и дело взмывали вверх. Взрывы отдельных снарядов звучали выстрелами из гаубиц и грозили обрушить стекла в квартире. После взрывов следовали вспышки веселья, смех, визг, крики.

— О том, чтобы выйти на улицу, насколько я понимаю, не может быть и речи, — уточнил Геннадий Петрович, глядя на меня.

— Я вам не тюремщик, — пожала плечами я, наколов на вилку виноградину, — выходите, но не удивляйтесь, если голову оторвет взрывом петарды.

— Вы так всего боитесь, — сощурил глаза Геннадий Петрович, — там убьет, туда не ходите, петарда голову оторвет… — По мере того как его разбирал алкоголь, Геннадий Петрович становился все более словоохотливым.

— Это моя работа — предвидеть любую опасность, — ответила я упрямо. — Если я берусь защищать, то защищаю того, кто нуждается в моей защите. Если же вы считаете, что мои услуги вам не требуются, то нет проблем…

— Ваши услуги нам требуются сейчас, как никогда раньше, — проговорила устало Светлана, ковыряя в тарелке с салатом.

— Здорово бы было нанять каких-нибудь артистов, чтобы пели тут и развлекали нас, — размечтался с рюмкой водки в руках Геннадий Петрович. — Сейчас многие так делают.

— Ага, возьмем пригласим Рикки Мартина миллиончика за два долларов, да с Томом Крузом, — невесело улыбнулась Светлана.

— Нет, лучше кого-нибудь из американских артисток, — возразил Геннадий Петрович, — ну, там посимпатичнее. Эта вот есть, Анжелина Джоли или Памела Андерсен.

— Кого-кого? — переспросила Светлана с недобрым блеском в глазах. — Да они просто разряженные шлюхи!

Бурные дебаты за новогодним столом прервал звонок в дверь.

— Ого. Кто это, интересно, приперся? — удивленно проговорил захмелевший Геннадий Петрович и, опрокинув рюмку, закусил маринованными грибами.

Звонок в дверь повторился.

— Так, всем оставаться на своих местах, — негромко, но властно объявила я. — Сейчас сама посмотрю, кто к нам пожаловал.

На экране монитора, установленного в коридоре, шла картинка пространства лестничной площадки перед дверью в квартиру Лисовских. Там в маскарадных костюмах стояли пятеро неизвестных. Один Дед Мороз, Снегурочка, человек, изображавший, очевидно, Кощея Бессмертного, Емеля, парень в пальто и маске волка, а шестой в обычном сером костюме, поверх расстегнутая дубленка, на лице — клоунский нос.

— Ну, кто там? — облокотился о мое плечо подошедший Геннадий Петрович, дыша парами спиртного мне в ухо.

— Артисты, о которых вы мечтали, — пробормотала я, с растущим в душе подозрением рассматривая ряженых на мониторе. Мне это определенно не нравилось. Парень в сером костюме позвонил еще раз.

— Так это Андрей, начальник смены со склада, — приглядевшись к звонившему, воскликнул Геннадий Петрович. — Мы вместе работаем на «Эфире». Вот мудаки, вырядились. Поприкалываться решили, что ли, обормоты. — Охваченный буйным весельем, Лисовский снял трубку домофона и весело завопил, заставив гостей вздрогнуть: — Андрей! Вы чего здесь? С Новым годом тебя, чертяка!

Пришедшие испуганно стали оглядываться. Им показалось, что с ними говорит голос с небес.

Тот, кого Лисовский назвал Андреем, заметил замаскированный в двери динамик и извиняющимся голосом сказал:

— Геннадий Петрович, простите, если помешали вашему празднику, но работники технической службы скинулись и подготовили для вас скромный подарок. Меня и ребят отрядили его вам вручить.

— Что это? — радостно спросил Геннадий Петрович.

— Сюрприз. Откроете и узнаете, — задорно ответил Андрей.

— Стойте. — Я остановила порыв Геннадия Петровича открыть дверь. — Вы же были на работе. Почему подарок не вручили там? Не странно ли это?

— Ни хрена тут странного, — грубо оборвал меня Лисовский. — Я на работу забежал на пять минут, посидел на банкете у директоров и помчался покупать подарки. Моим сообщили, что я заболел. Банкет-то у службы был в обед. Вот они сюда и притащились. Да успокойтесь, знаю я их. — Отстранив меня, Геннадий Петрович начал открывать замки.

Беспокойство меня не покидало, а напротив, усиливалось. Незаметно из пряжки на поясе я извлекла два метательных лезвия, спрятала их в ладонях и приготовилась, встав рядом с мужем клиентки. Наконец дверь открылась. Гости молчаливой толпой вошли внутрь.

— Ну, где мой подарок? — поинтересовался Геннадий Петрович, светясь от счастья. — Ну, вырядились ребята! Ну даете!

— Вот тебе подарок, — зло оскалился Андрей и наставил на Лисовского дуло револьвера. — Посмотри ребенка, — коротко бросил он девушке. Снегурочка без звука рванулась в комнату, Дед Мороз двинулся на Светлану, а Кощей и Емеля пошли ко мне. В это же время Волк расстегнул кожаную папку, в которой были какие-то бумаги, и выудил несколько листов.

Я поняла, что надо действовать. Молниеносные тычки в горло одному и другому, прямой удар в солнечное сплетение обоим, потом проход с подсечкой. В ту секунду, когда оба обрушились на пол, я была уже у Андрея, державшего Геннадия Петровича. Удар — пистолет бандита отклонился в сторону. Выстрел из-за глушителя прозвучал хлопком. Пуля застряла в стене. Я вонзила лезвие в нервный узел плеча, парализовав руку, другим ударом сломала вторую, а ударом в челюсть отправила парня в глубокий нокаут. В следующую секунду развернулась и пригвоздила вторым лезвием правую руку Волка, дернувшегося за пистолетом. Парень в волчьей маске застонал и завалился на стол, не в силах вздохнуть из-за стали, вошедшей в легкое. Дед Мороз откинул полу красной шубы. Там у него на ремне висел компактный пистолет-пулемет «Каштан» с глушителем, используемый в спецподразделениях ФСБ. Секунда — и я уже стояла рядом, ухватив «Каштан» за ствольную коробку. Второй рукой я провела захват, вдавив большой палец в болевую точку под ключицей. Подсечка с переносом центра тяжести противника — и Дед Мороз уже на полу. В довершение я врезала ему прямым в челюсть. Противник отключился, а я, отстегнув от пояса проигравшего пистолет-пулемет, перевела его на стрельбу одиночными и вскочила с пола, готовая действовать. Я слышала из гостиной щелчок передергиваемого затвора и помнила, что Снегурочка может появиться в любую минуту. Ударив по голове рукояткой пистолета-пулемета из высокопрочной пластмассы бандита в волчьей маске, я избавила его от дальнейших мучений. Вся сцена заняла не более десяти секунд.

— А зачем же? Я не понял что-то, — ошарашено пробормотал Геннадий Петрович. Я схватила его за руку и без разговоров втолкнула в темный кабинет, туда же впихнула Светлану. В этот момент в дверном проеме возникла Снегурочка с «Каштаном». Мы выстрелили одновременно. Снегурочка отскочила за косяк, и мои пули расщепили дерево, изуродовав облицовку двери. Я упала на пол, и пули Снегурочки прошли выше, прошив насквозь двери ванной комнаты. Лампочка светильника, взорвавшегося от прямого попадания, погасла, погрузив коридор во тьму.