Медовый месяц под прицелом - Марина Серова

— Женя, ну давай, рассказывай, — заулыбалась тетя, увидев, что я откликнулась на ее просьбу и пришла на кухню.

— А что, собственно, рассказывать?

— Все сначала. Когда вы решили оформить свои отношения? Когда он тебе купил этот потрясающий костюм? Кстати, а ты почему переоделась? Негоже невесте быть на собственной свадьбе в джинсах.

— Тетечка, любимая моя и родная, я тебя умоляю, перестань, иначе я сойду с ума! Я, по-моему, тебе уже говорила, что наша свадьба — сплошная фикция. Я так поступила, потому что для моего клиента это единственный безопасный выход из сложившейся ситуации. Кроме того, я теперь смогу наконец уйти в отпуск — Никита обещал мне неплохо заплатить. Плюс ко всему я еще проведу несколько дней в Швеции или Дании. По большому счету мне все равно где. Главное, что несколько дней я смогу чувствовать себя человеком и отвечать только за свою жизнь и ни за чью больше.

— Но неужели ты не хочешь приложить немного усилий, чтобы ваш брак из фиктивного превратился в настоящий? — не сдавалась тетя.

— Конечно, нет. Мне это совершенно ни к чему.

— Только не говори, что Никита тебя не интересует как мужчина, — продолжала сыпать мне соль на рану горячо любимая тетя Мила.

— Не интересует, — категорично заявила я и сама испугалась своих слов, потому что это была сущая ложь.

— Не надо, деточка, меня обманывать. Я все-таки была преподавателем, а эта профессия заставляет быть еще и психологом.

— Ну и чего ты хочешь?! — взбунтовалась я.

— Признайся, что тебе нравится Никита. Я же вижу, как ты на него смотришь.

— И как же я на него смотрю?

— Как женщина на мужчину, — улыбаясь, проговорила тетя.

— И что тут удивительного? Я — женщина, если ты способна это заметить, а Никита — мужчина. И ты права, Никита — чертовски привлекательный мужчина. Любая другая на моем месте держалась бы за него и была бы только счастлива стать его женой, но меня все это напрягает. Я еще не готова стать замужней женщиной, меня, наоборот, радует то обстоятельство, что у нас с ним все понарошку и ненадолго.

— Ладно, если тебе так неприятен разговор, давай его прекратим, — предложила тетя-психолог, видя, что еще мгновение, и я взорвусь.

— Отличная идея, — огрызнулась я. — По-моему, этот разговор вообще не стоило затевать.

Я хотела снова скрыться в своей комнате, но тут на кухне появился Никита.

— Женя, можно тебя? Мне надо с тобой поговорить.

— Да, конечно.

Я встала из-за стола и направилась вслед за Никитой.

— А где Егор? — поинтересовалась я, заметив, что малыша нет нигде поблизости, а в квартире царит непривычная тишина.

— Он спит. Я положил его в комнате твоей тети, потому что не хотелось тревожить тебя. Мне показалось, что тебе надо побыть одной.

От такой понятливости со стороны мужа я чуть не прослезилась. Мне хотелось его убить, потому что он был таким положительным со всех сторон, что меня аж затрясло. Хотелось какой-нибудь подлости или чего-то подобного, но никак не рыцарского поступка.

— О чем ты собирался со мной поговорить? — резко повернулась я к Никите.

Я ничем не могла объяснить внезапно нахлынувшую на меня злость к Панкратову. Неужели печать в фальшивом паспорте так на меня повлияла?

— Я связался с компанией, и они сказали, что в ближайшие несколько дней вышлют мне визу и приглашение. Поэтому я надеюсь, что к концу недели мы будем уже за пределами России.

— Так это же просто здорово! Только почему у тебя такой печальный вид?

— Потому что у меня слишком мало времени, чтобы разобраться и узнать, кому я перешел дорогу и кто решил меня ограбить.

— Зачем тебе это? Ты же хотел просто уехать. Значит, теперь в тебе еще и месть кипит?

— А ты что, переживаешь за меня?

— Я? С чего ты взял? Если честно, то мне все равно, сколько дней будет продолжаться наше сотрудничество. У меня каждый день оплачивается, и довольно неплохо. Так что в убытке только ты, а не я.

— За меня можешь не переживать, я не обеднею, — огрызнулся Никита.

В этот момент мне показалось, что мое астральное тело отделилось и смотрит на все происходящее сверху и со стороны. Наши отношения с Никитой напомнили мне дешевые любовные романы, в которых главные герои сначала жутко друг друга ненавидят, а потом между ними вспыхивает любовь до гроба. От такой пошлости меня аж затошнило.

— Ты во что бы то ни стало хочешь найти человека, который обскакал тебя? — поинтересовалась я.

— Да, у меня есть такое желание, — признался мой дражайший супруг.

— И что ты собираешься предпринять, чтобы вычислить его?

— Пока не знаю. Но по ходу разберемся.

Так, теперь мой супруг начал выражаться моими словами. Это уже слишком. Но надо вздохнуть поглубже и проглотить все это. Иначе я испорчу отношения с клиентом. Тогда время работы сократится, и я заработаю с гулькин нос.

— А что с милицией? Насколько я помню, она горела желанием увидеться с тобой после взрыва.

— С ними я тоже только что поговорил. Им хватило моего устного объяснения ситуации. Я сказал, что меня в тот момент рядом не было.

— И они тебе поверили?

— Не знаю, но видеть меня они не захотели. Я решил, что по этому поводу мне беспокоиться больше не стоит.

— Ну, не стоит, значит, не стоит, — вздохнула я.

По правде сказать, я была рада не меньше Никиты, потому что милицию нашу родную я люблю, но на расстоянии, и чем оно больше — тем сильнее.

— Я обещал Егору, что, когда он проснется, мы все-таки пойдем в парк. — Никита уже в который раз за сегодня прервал мои размышления.

— Ну, раз обещал, значит, пойдем, — смирилась я со своей участью жены и матери. Хотя будь я просто их телохранителем, все равно пошла бы на их семейную прогулку.

— Ты не против, если я тоже пойду и немного подремлю вместе с Егором? — вдруг спросил Никита.

— Как? Разве ты не хочешь провести время со своей любимой и обожаемой женой? — возмутилась я.

Я сжалась и стала ждать скандала, бури и землетрясения. Всего сразу. Мне показалось, что на этот раз я переборщила основательно.

Но Никита думал иначе. Он подошел ко мне, схватил меня в тиски и поцеловал не по-детски. По спине у меня побежали мурашки, ноги стали ватными. Мне показалось, что если Никита меня сейчас отпустит, то я упаду. Но Никита не собирался меня отпускать.

Он целовал меня все настойчивей и все жарче. Я не сопротивлялась.

— Папа, ты где?

Я была готова убить этого маленького монстра только за то, что он так не вовремя проснулся и, как говорят, обломал весь кайф. Никита сразу же отпустил меня и направился к сыну.