Человек без лица - Наталья Александрова

«Иконка» раскрылась, и перед Надеждой Николаевной возникло что-то вроде платежной ведомости. Даты, суммы, а в той графе, где обычно стоит имя получателя, – непонятные буквы: МИКХ. Даты платежей отстояли одна от другой на семь дней, то есть фирма каждую неделю выплачивала кому-то значительные суммы. Эти выплаты начались примерно три месяца назад и две недели как закончились… Такой временной интервал что-то напомнил Надежде, но она не могла сообразить, что именно.

«Интересно… – подумала Надежда. – Очень интересно, но совершенно непонятно…»

В это время в коридоре снова раздались шаги. На этот раз они остановились возле двери.

Надежда нажала кнопку выключения и сложила руки на столе, как примерная ученица. Компьютер приступил к процедуре прекращения работы. По собственному опыту Надежда знала, что этот процесс занимает довольно много времени – иногда до нескольких минут… Если тот, кто войдет в кабинет, увидит светящийся экран, он поймет, что Надежда занималась здесь чем-то недозволенным…

Дверь начала открываться. Надежда опасливо взглянула на экран. Там светилась предательская надпись: «Завершение работы системы».

Дверь открылась, и в кабинет вошла прежняя заполошная девушка. Она была еще более взвинчена и растрепана, чем прежде.

Надежда вскочила из-за стола и шагнула ей навстречу, чтобы девушка не увидела светящийся экран.

– Татьяна Викторовна так и не пришла! – проговорила Надежда, изображая нетерпение.

– Да-да, ее вызвали к Сергею Федоровичу… Пойдемте, я отведу вас в приемную, она скоро освободится…

Надежда двинулась к двери таким манером, чтобы не подпустить девушку к столу.

Они вышли в коридор и быстро зашагали по нему. Надежда едва поспевала за своей провожатой. Та то и дело оглядывалась и нервно повторяла:

– Что будет? Что будет? Михаил Илларионович вот-вот приедет, а у нас ничего не готово!

Наконец она остановилась перед массивной дверью, распахнула ее и вошла. Надежда последовала за ней.

Они оказались в приемной, откуда еще одна дверь вела в следующую комнату. Здесь стоял стол секретаря с какой-то оргтехникой.

– Где же Раиса? – недоуменно проговорила девушка и сама себе ответила: – Вышла, наверное… Ну ладно, подождите пока здесь, – девушка махнула рукой на стол, – Татьяна Викторовна скоро освободится и поговорит с вами…

С этими словами девица выпорхнула в коридор.

Надежда опустилась на стул и огляделась. Обычная приемная, рабочее место секретаря. Несколько телефонов, факс, копир, непременный компьютер, еще какая-то оргтехника. У Надежды мелькнула было мысль заглянуть и в этот компьютер, как она уже сделала в бухгалтерии, но вовремя одумалась: в любую секунду может вернуться хозяйка этого компьютера или, что еще хуже, кто-нибудь выйдет из кабинета…

«Нет, это слишком опасно! Если я права и эта фирма связана с серьезным криминалом, меня могут ждать большие неприятности…»

Посреди стола, рядом с компьютером, лежало зеркало. Надежда машинально подняла его, взглянула на свое отражение и привычно огорчилась. Волосы лежат плохо, давно пора их красить, брови заросли, и лицо какое-то бледное…

Она положила на стол свою сумку, чтобы достать из нее косметичку и поработать над внешним видом, и при этом, должно быть, нечаянно нажала на какую-то клавишу. Прямо над головой у Надежды неожиданно прозвучал хриплый начальственный голос:

– Этот ваш человек запорол все дело!

Надежда вздрогнула от неожиданности и оглянулась. В первый момент ей показалось, что тот, кто говорит, находится прямо у нее за спиной. Правда, она тут же успокоилась и поняла, что нечаянно включила переговорное устройство и слышит то, о чем говорят в кабинете.

Внутренний голос Надежды Николаевны, очень осторожный и благонамеренный, немедленно заявил, что это устройство от греха подальше нужно выключить, однако Надежда редко к нему прислушивалась. Она не только не выключила переговорное устройство, а наоборот, устроилась поудобнее и навострила уши, чтобы не пропустить ни слова.

– Он запорол все дело! – повторил хриплый голос. – Этот ваш хваленый профессионал!..

– Наш человек ни в чем не виноват, – ответил второй голос, более высокий и как бы оправдывающийся. – Он ее отыскал, он следил за ней, как было приказано, чтобы выяснить все ее контакты…

– Следил! – язвительно перебил собеседника хриплый голос. – И где же результаты этой слежки? Вы так и не выяснили, с кем она встречается… с кем она встречалась, и теперь мы этого уже никогда не узнаем! Все, последняя ниточка оборвана!

– Говорю вам – наш человек сделал все, что мог! – поспешно возразил «номер второй», как мысленно назвала его Надежда. – Он не виноват в ее смерти! Он только сообщил нам, что она пошла в театр…

«Ага! – сообразила Надежда. – Они точно говорят об Алине… то есть о Людмиле. Ну, я совсем запуталась в ее именах. В общем, о женщине в красном пальто. А тот мужичок с крысиным носом – это и есть их человек… Значит, я их правильно вычислила!»

«Номер второй» тем временем продолжал:

– Наверняка она пошла в театр, чтобы встретиться там с Кренделем… Театр – очень подходящее место…

Услышав кличку Крендель, Надежда насторожилась еще больше. Что же это выходит? Криминальный приятель Людмилы Барсуковой не погиб в той давней кровавой перестрелке, он каким-то удивительным образом выжил, и эти люди следили за Людмилой, чтобы найти Кренделя!

– Театр, – продолжал «номер второй», – очень удобное место, там много народу, легко затеряться… Кроме того, никому бы и в голову не пришло искать Кренделя в театре, он там никогда в жизни не бывал, вы же его знаете лучше других…

– Легко затеряться! – передразнил собеседника «номер первый». – Вот она там и затерялась! Точнее, твои люди потеряли ее! А потом, пока искали, ее кто-то убил, и теперь мы никогда не узнаем, с кем она там встречалась…

– Я не сомневаюсь, что с Кренделем! – повторил «номер второй».

– Теперь ты можешь говорить все, что угодно, все равно мы не можем это проверить! А я уверен, что ее убили, потому что твой человек прокололся, Крендель заметил слежку и убрал бабу, чтобы оборвать последнюю ниточку, ведущую к нему…

– Это вряд ли, – возразил «номер второй». – Если бы ее убил Крендель, он сделал бы это прямо в театре и обставил все как несчастный случай или как естественную смерть. Вы ведь его знаете – он по таким делам большой мастер!

– Да уж знаю!

– В любом случае, он не появился бы в ее квартире. Даже близко к ней не подошел. Ведь он знает, что мы его ищем, да и не только мы. Потому и назначил встречу в театре, чтобы трудно было его отследить. А ее квартира – самое опасное для него место. Кроме всего прочего, там полно свидетелей…

– Так кто же, по-твоему, ее убил?

– Не имею представления! – уныло ответил «номер второй». – Уверен только, что не наши люди и не Крендель. Может быть, ее убили совсем по другому делу…