Большой куш - Данил Корецкий

– Небось москвичи с инспекторской нагрянули!

– Нет, видать шефа хотят менять, вот и подготовили местную проверку…

– Интересно, сейфы потрошить будут? У меня три заявы без регистрации и бутылка коньяка…

– Так вынь, заныкай куда-нибудь на это время…

Зеленая «Аварийная» и черный «БМВ» заехали во двор, железные ворота плотно закрылись за ними. Через заднюю дверь собры завели в отдел задержанных. Они были мрачными и не смотрели ни по сторонам, ни друг на друга. Всех развели по кабинетам, приковав, как водится, наручниками к батарее и приставив охрану. Так всегда делают из тактических соображений, чтобы подельники не сговорились между собой и не согласовали защитную позицию. Хотя сейчас для речпортовских и узбеков выработать единую позицию было практически невозможно.

Тем временем Васильев подогнал «бэху» к похожей на крепость ИВС^[12] в глубине двора – прямо к высокой кирпичной стене с возвышающейся над ней будкой часового и колючей проволокой по периметру. Там уже стояла его «Киа», и Терминатор запарковался рядом. Отпустив охранявших их бойцов, Терминатор с Бэтмэном перегрузили в «Киа» содержимое «БМВ».

Слева в багажнике «корейца» уже находились заранее приготовленный объемистый кейс с шестьюдесятью пачками нарезанной розоватой бумаги и рюкзак с десятью полукилограммовыми полиэтиленовыми пакетами белого порошка. Теперь справа поставили точно такой же кейс с шестьюдесятью пачками пятисотевровых банкнот, и сумку «Луи Витон» с пятью килограммами кокаина, расфасованными так же, как стиральный порошок. Две шкатулки были готовы – можно было взять любую и пустить следствие по любой из двух возможных дорог!

– Оставайся здесь, постереги на всякий случай! – сказал Васильев. – Если я тебя наберу и отключусь, переложи быстро нашу «куклу» в эту шикарную сумку.

– Понял! – кивнул напарник.

Терминатор вошел в отдел. Здесь было душно, пахло потом, ваксой, оружейным маслом и карболкой. Озабоченные сотрудники ОП-2 получали в дежурке автоматы. Здесь же находился Кедр, он коротко и внушительно что-то говорил местным. Наверное, инструктировал, от чего те почему-то озадачивались еще больше.

– Что там такое? – спросил у него Васильев.

– А ты выгляни, – невозмутимо посоветовал Кедр.

У окон, наполовину закрытых бронеставнями с узкими бойницами, толпились собровцы с автоматами на изготовку. Васильев все же протолкался между ними и выглянул наружу.

Вокруг отдела полукругом стояли двадцать или тридцать автомобилей: на тротуаре, на проезжей части Южного проспекта, сузив проезд по нему до одного ряда. Возле некоторых машин разминались крепкие парни, лица которых наглядно подтверждали правильность так и непризнанной теории Ломброзо. Большая толпа собралась у предусмотрительно запертых дверей отдела: злые оскалы, выкрики, здоровенные кулаки стучали, требуя открыть вход, и что-то кричали. Но толстая сталь гасила звуки и больно отдавалась в кулаки, уменьшая пыл «активистов». Тогда в ход пошли камни: железо гулко зазвенело. Еще несколько минут, и начнут бить стекла.

Раздалось «кряканье» спецсигнала, полыхнули красно-синие маячки – это подъехавшая «Ауди» Синеватого требовала пропустить начальство к отделу. Но нарушители порядка и на начальство, и на спецсигналы, мягко говоря, не обращали внимания.

– Кедр, надо деблокировать отдел! – крикнул Васильев.

– Да, причем немедленно! – подхватил его мысль начальник ОП-2 майор Хоменко, который явно был растерян.

– Первое, второе отделение за мной! – громовым голосом отозвался Кедр, пробиваясь к запертым дверям. – Третье берет толпу под контроль через окна второго этажа. Снайперам выбрать наиболее активные цели и подготовиться к их нейтрализации! Личному составу отдела занять места по боевому расписанию! Майору Хоменко активировать план «Цитадель»! Приготовить противогазы и спецсредства!

В хаосе осажденного отдела начали происходить целенаправленные перемещения: собровцы, вслед за своим командиром, протиснулись к дверям, тяжелые ботинки затопали по лестнице, ведущей на второй этаж…

– Открывай! – приказал Кедр постовому сержанту. Тому идея не понравилась.

– Но… Они же ворвутся в отдел… А здесь оружие, документация…

– Открывай, генерал! – усмехнулся Кедр. – Под мою ответственность!

Заскрипел тяжелый засов, «спецы» резко навалились, дверь распахнулась с такой силой, что сбросила с крыльца особенно активных нарушителей порядка, разбив несколько носов, губ и вывихнув одну челюсть.

Кедр выскочил первым, за ним еще двенадцать человек. Мощные черные фигуры в тяжелом снаряжении и с автоматами на изготовку выстроились цепью, сделали шаг вперед, второй, третий… Толпа отодвигалась, сжимая задние ряды, и, наконец, выбрав свободное пространство, остановилась. Зато крики становились все громче и требовательнее.

– За что наших ребят забрали? Что они сделали? Отпускай давай! Быстро! Без них не уйдем!

– Внимание! – усиленный динамиком голос Кедра приобрел металлические нотки и перекрыл гудение толпы. – Вы совершили нападение на отдел полиции, устроили массовые беспорядки, перекрыли движение по центральной магистрали и пытаетесь шантажировать представителей власти! За эти действия предусмотрена уголовная ответственность! Я, как командир спецподразделения, имею право применить силу!

Толпа смолкла. Многие подняли глаза вверх, на второй этаж, и то, что они увидели, охладило пыл многих. Тем более что красные точки лазерных целеуказателей стали шарить по туловищам и лицам, индивидуализируя каждого и выделяя его из безликой, обещающей безнаказанность толпы. И хотя стрелять никто не собирался и красные точки оказывали чисто психологическое воздействие, группировщики этого не знали, зато в кино много раз видели, как такие точки мгновенно превращались в кровоточащие раны. Эффект был достигнут: толпа стала распадаться на отдельных индивидов, решимость каждого уже не поддерживалась остальной массой, а следовательно, резко ослабевала.

– Предлагаю не обострять обстановку и немедленно разойтись! – продолжал давить Кедр. – Освободите проезд! Номера ваших машин зафиксированы, и нарушители правил дорожного движения будут подвергнуты административному наказанию! А через пять минут мы произведем досмотр автотранспорта на предмет обнаружения оружия и запрещенных предметов!

Сзади еще раз крякнул спецсигнал, но другой. Это к машине Синеватого подъехал омоновский автобус с затянутыми проволочной сеткой стеклами. Из него высыпались несколько десятков бойцов с резиновыми палками и аэрозольными упаковками слезоточивого газа. Они бесцеремонно стучали палками по стеклам транспорта и по плечам пассажиров.

Толпа стала редеть. Люди садились в машины, машины отъезжали, через десять минут обстановка вокруг ОП-2 нормализовалась полностью. Но ОМОН на всякий случай все же выставил оцепление. «Ауди» Синеватого подъехала вплотную ко входу, и полковник вошел в отдел. Вестибюль к этому времени заметно опустел, только Васильев стоял в стороне, ожидая дальнейшего развития событий. Дежурный за стеклом встал и принял стойку «смирно», майор Хоменко выскочил навстречу и начал было доклад, но Синеватый отмахнулся.