Маршем по снегу - Владислав Прокопенко

— Пуш! — одобрительно вскрикнул кореец. На этот раз мяч ушёл влево по прямой.

Арнольд опорожнил почти половину корзины, пока добился ухода мяча по идеальной прямой до отметки в 100 метров. Тренировка пошла ровно, водитель со скукой смотрел на удары американца. Что ни говори, а американец бил классно.

Краем глаза Арнольд заметил, что британский посол закончил тренировку и пошёл в раздевалку.

— Дай-ка мне пятый номер, — попросил водителя Хундертвассер. Взяв новую клюшку, он нанёс удар, но мяч, чуть перекручиваясь, пошёл влево. Второй, третий удар, но мяч настойчиво уходит опять влево.

— Всё, тренировке конец. Не идёт что-то игра, — с раздражением громко сказал он и вытер платком вспотевший лоб. — Собери инвентарь, уходим, — повернувшись к водителю, произнёс американец и быстрым шагом пошёл в раздевалку. Открыв дверь, Арнольд вошёл внутрь и увидел, что в этот самый момент британский посол покидал раздевалку. Кэмбоун бросил быстрый взгляд на американца и еле заметно кивнул головой. Хундертвассер подошёл к своему шкафчику, присел на лавку, засунул руку в спортивную сумку и нащупал появившуюся там коробку. Американец сдержанно вздохнул. Первая часть операции по передаче-приёму посылки прошла успешно. Наиболее сложный этап был впереди. Как-никак, а конечный получатель — «крот» в высшем эшелоне власти. Однако для того, чтобы посылка дошла до него, потребуется безукоризненная работа посредника. И здесь таилась неопределённость. Арнольд чётко придерживался принципа — доверия достоин лишь тот агент, которого он лично проверил на практической работе. Найти такого в стране с жёсткой системой всеобъемлющей слежки было практически невозможно, тем более в те сжатые сроки, которые были ему отведены на подготовку и проведение операции. Поэтому вся надежда была на посредника, которого предложил лично «крот» Атлант.

***

(Отель «Корё, Пхеньян, 12:20)

В номере было не то что прохладно, но скорее холодно. Похоже, администрация отеля придерживалась режима строгой экономии электроэнергии и днём не особенно тратилась на обогрев номеров. Артём как лёг вчера одетым, так и пролежал до второй половины дня. Состояние было отвратительным, острое чувство вины не отпускало его ни на минуту. В сотый раз он корил себя за несдержанность и за необъяснимый для себя приступ ярости при встрече с Ли Хва Ми. Отыграть бы всё назад…

Да и от ситуации с Ли Дон Гоном саднило сердце.

— Нет… вообще-то, и в самом деле холодно, — Артём зябко поёжился и сполз с кровати.

Мучившая с ночи ноющая боль в области желудка настойчиво предлагала Королёву выйти из номера, спуститься на первый этаж и посетить кафе либо ресторан. Успокоить гастрит можно было, только накормив желудок любой съедобной дрянью.

В коридорах отеля было пустынно и тихо. Королёв добрёл до лифта, спустился на первый этаж и ткнулся в ресторан, но он был уже или ещё закрыт.

«Откроется лишь к вечеру», — вяло подумал он.

Пивной бар вроде функционировал, за стойкой о чём-то болтали две официантки. В заведении посетителей не было, и Артём подумал, что и он закрыт. Однако одна из официанток приветливо поклонилась и предложила присесть за столик.

Королёв расположился у окна с видом на парадный вход отеля и с безразличным видом стал разглядывать снующих корейцев и иностранцев через вращающуюся дверь. Ему и раньше доводилось останавливаться в «Корё», и он знал, что этот отель весьма популярен не только среди иностранцев, но и местных граждан. Правда, только среди тех, у кого в портмоне шелестят евро. На первом этаже, кроме ресторана и пивного бара с собственной небольшой пивоварней, располагалась сеть валютных магазинов, в которых можно было купить то, что в обычных магазинах Пхеньяна не продаётся: от великолепных картин, вышитых нитями на шёлке, до дорогого шотландского виски и женских украшений.

— Пожалуйста, ваша пхеньян-рэнмён⁴⁷, блин из маша и кофе, — поклонившись, произнесла официантка, поставила на стол заказ и быстро вернулась к стойке, заметив входящего в бар смуглого иностранца — то ли индийца, то ли пакистанца в сопровождении офицера госбезопасности.

«Странная парочка, — почему-то подумал Королёв. — Иностранец под охраной, что ли?» — вдруг проснулся профессиональный интерес к нестандартной ситуации.

Артём взял алюминиевые палочки и, прежде чем приступить к трапезе, вновь посмотрел на странную парочку — уж очень знакомым показалось ему лицо смуглого мужчины. Но это был мгновенный рефлекс на обстановку вокруг себя, и Королёв тут же полностью переключился на поданные ему блюда. В глубокой тарелке в виде пирамидки слоями были уложены свежий перец, мелко шинкованный лук, кружочек яйца, пластинка сочной белого цвета мякоти груши, мясо, кимчхи⁴⁸ и собственно рисовая лапша. Всё это было залито ароматным бульоном.

В другой обстановке и в другое время традиционная и очень популярная в КНДР куксу заставила бы Королёва насладиться её изысканным вкусом, но сейчас он медленно поддел кусок мяса и стал его жевать, не чувствуя вкуса. Намотал на палочки лапшу и вдруг замер. Через окно было видно, как на пандус перед входом в отель въехал «мерседес» и из него вышла Ли Хва Ми с каким-то пожилым корейцем, в правой руке которого был небольшой саквояж.

Не успела Ли пройти в холл, как к ней навстречу бросился администратор отеля, угодливо кланяясь. Женщина о чём-то спросила администратора, он повернулся и подозвал помощника. Через пару-тройку минут помощник вернулся, что-то прошептал на ухо администратору и передал какой-то предмет сопровождавшему Ли пожилому корейцу.

В тот же миг Ли Хва Ми и администратор повернули головы в сторону пивного бара. Кореянка смотрела на Артёма. Похоже, он был именно тот, кого она искала. Пожилой кореец почтительно склонил голову и стал взволнованно что-то говорить, поглядывая то на Артёма, то на предмет, который держал в руке.

Ли Хва Ми подошла к входу в бар и остановилась, показывая всем своим видом, что подождёт, пока Артём доест лапшу. Королёву больше ничего не оставалось, как положить палочки на тарелку и встать. Ноги стали почему-то ватными, рой мыслей в голове не давал возможности сосредоточиться.

«Чёрт возьми, волнуюсь, как пацан перед свиданием», — неожиданно подумал Артём.

— Здравствуй, Ли-тонму! Каким ветром тебя сюда занесло? Неужели это связано с моей скромной персоной? — неожиданно для себя с колкостью в голосе заговорил Королёв. — Извини, что-то не то я говорю, — пробормотал он и выпрямился во весь рост, как по стойке «смирно».

— Здравствуй! — подняв на него глаза, произнесла таким знакомым певучим голосом Ли. — Ваш руководитель команды сказал, что ты заболел. Вот поэтому я здесь. Ты наш гость, и мы несём ответственность, в том числе, и за здоровье всех спортсменов, — продолжила ровным голосом кореянка.