Ривердейл. Прочь из города - Микол Остоу

Кто-то за нами следит. И понимает, что, хоть я и не убийца, невинной овечкой меня тоже не назовешь.

* * *

Я спустился в гостиную. Бетти, Джагхед и Вероника сидели у одного конца массивного обеденного стола. Перед ними стояла тарелка с хлебом и холодной нарезкой, и Джагхед накладывал на булку кусок индейки, которого хватило бы на шесть сэндвичей.

– Арчи! – Глаза Вероники радостно вспыхнули.

Она поставила передо мной бокал вина, я взял его, и она ласково чокнулась со мной.

– Привет, ребята.

У меня в кармане горела как огонь таинственная записка, но я о ней ничего не сказал. Еще не собрался с силами.

– Присаживайся. – Вероника обвела рукой стол. Помимо хлеба с мясом, там стояла большая ваза с нарезанными фруктами и ваза еще больше – с чипсами. С четырьмя винными бокалами, уже полными, соседствовали несколько банок газировки, пластиковые бутылки с водой и полупустой кофейник. А возле тарелки Джагхеда высился пакет арахисовых M&M больше его самого.

– Шоколад и кола, – сказал он, поймав мой взгляд. – И черный кофе. Немного сахара и кофеина, чтобы продержаться до утра.

– Ничего себе немного, – поддразнила Бетти. Но она сама прихлебывала газировку гораздо активнее, чем вино.

– Угощайся, Арчи, – сказала Вероника. – Подытожим все, что известно на этот момент, потом выработаем стратегию. У нас есть индейка, ветчина, курятина, все сыры, какие имелись в нарезанном виде, и старое доброе арахисовое масло.

– И чудесное овсяное печенье из какой-то шикарной нью-йоркской пекарни. – Бетти протянула целлофановый пакет, заклеенный смутно знакомым логотипом.

До этой минуты я и не думал о еде, но, оглядев стол, понял, что голоден. Наложил себе полную тарелку, увенчав ее шоколадом и чипсами, – Джагхед определенно понимал смысл жизни.

– Итак, – Вероника подняла бокал на уровень глаз, – подытожим. Какой информацией мы располагаем?

Меня так и подмывало рассказать им о записке, я с трудом удерживался, чтобы не достать ее из кармана. Надо, надо… но я никак не мог собраться с духом. Потому что – можно ли вообще назвать это информацией? Записку мог подложить кто угодно. В любое время. Чем это нам поможет? Только лишний стресс, и ничего больше.

Но и прятаться – тоже не ответ. Я это понимал. Но… подожду еще немного.

– Не так уж много, если не считать дохлых ворон, – сказал Джагхед. – Да и эти кошмарные близнецы в магазине. – Он отпил глоток газировки. – Иными словами, стандартный набор ужастика.

– Толку мало, – заметила Бетти.

– Возражаю, – сказал Джагхед. – Толку чрезвычайно много. Если мы персонажи фильма ужасов, то можно хотя бы опираться на стандартные линии и мотивы.

– Это какие же? – приподняла бровь Вероника.

– Неужели никто из вас не видел «Крик»? – Джагхед обвел нас разочарованным взглядом.

Бетти самодовольно подняла руку.

– Бетти, про тебя я знаю, мы с тобой вместе смотрели на прошлый Хеллоуин. Так что правила тебе знакомы. Следовательно, у тебя самые большие шансы остаться в живых.

– Просвети же нас, Джагхед, – попросила Вероника.

– Ладно. Вот как было дело в фильме. Если хотите остаться в живых в фильме ужасов, правило номер один: никакого секса. Классическое разделение на девственницу и шлюху. Если в ужастике ты занимаешься сексом, то вскоре после этого погибнешь.

– Какой… затейливый пуританский подход, – усмехнулась Вероника.

– Не пейте и не принимайте наркотиков, – продолжал загибать пальцы Джагхед.

– Это правило мы уже нарушили. Еще не поздно перейти на воду? – спросил я, глядя на бокал вина. Хотел пошутить, но прозвучало глупо.

– Поздно, Арчи, без сомнения, – подтвердил Джагхед. – И последнее: если хочешь дожить до конца фильма ужасов, ни в коем случае не говори: «Я скоро вернусь». Эти слова – как магическое заклинание. Поцелуй смерти. Произнеси их, и ты гарантированно не вернешься. Неважно откуда.

– Ого, – засмеялась Вероника. – Я сама нарушила это правило. Спускаясь в подвал, сказала Арчи, что встретимся за столом и что я скоро вернусь.

Она, конечно, шутила, но от этих слов у меня волосы встали дыбом. «Арчи, твои друзья в опасности. И все из-за тебя». Может, и не как в фильме ужасов, подробности которого расписывал Джагхед. Но последствия будут примерно такими же.

Мне захотелось наконец рассказать им о записке. Но вместо этого я лишь огрызнулся на Джагхеда:

– Это реальная жизнь, а не фильм ужасов. Хватит. Возвращайся к действительности. – «Я знаю, что ты сделал». Это реальная жизнь и в то же время фильм ужасов. И я не мог заставить себя сказать правду.

Если Джагхед и заметил дрожь в моем голосе, то ничего не сказал. Невзирая на серьезность происходящего, он держался небрежно.

– Ты серьезно, Арчи? Ты не заметил, что наша жизнь давно превратилась в фильм ужасов? Джейсон Блоссом, Черный Шлем… И всего один зомби-апокалипсис отделяет нас от полноценных «Зловещих мертвецов».

– Ну хорошо, если не считать того, что ты забыл убрать декорации с прошлогоднего Хеллоуина, Джагхед, то как, по-твоему, мы должны действовать, если кто-то и впрямь пытается превратить нашу жизнь в кино вроде «Крика»? – Вероника пригубила вино; этот разговор ничуть не выбил ее из колеи. Своя в доску.

– Ты правда хочешь знать?

Вероника кивнула, и Джагхед продолжил:

– Не хочется говорить этого, но вас, ребята, – он показал столовым ножом сначала на Ронни, потом на меня, – уберут первыми. Знаменитая на всю школу горячая штучка и ее красавчик бойфренд? Всем хочется увидеть, как они уйдут.

Вероника поморщилась, и Бетти быстро добавила:

– Всем, но только не нам.

– Конечно, не нам, – поддержал ее Джагхед. – Мы, естественно, не хотим с вами расставаться. Но если бы это происходило в фильме, у нас бы не было права голоса. Мы жертвы, такие же, как и вы. Кроме того, следующим стал бы я. Ехидный, саркастический чудак-одиночка. Да у меня на спине словно нарисована мишень.

– Значит, мы все обречены, – сказала Вероника.

– Все, кроме Бетти, – поправил ее Джагхед. – Она наша Девушка в финале. Сидни, Нэнси, Лори Строд. Она даже блондинка, что весьма распространено. В последнее время трансформировалась в Баффи – истребительницу вампиров, эталон девушки в финале. У нее есть мистические способности, позволяющие отлупить коварного злодея.

– Если бы, – вздохнула Бетти. Она сунула руку в карман и, казалось, что-то там искала – может, телефон?

– Без сомнения, – сказал Джагхед. – А я бы погиб, спасая тебя. Храбрый, но обреченный. Это разозлит тебя и приведет в нужное состояние для того, чтобы уничтожить монстра раз и навсегда. Ты пройдешь все круги ада и вернешься с победой. И возможно, проделаешь все это в ночной рубашке а-ля Рипли.