Прогулки на костях - Рэндалл Силвис

Шериф дал адрес Шарлин – пятнадцатилетней девочки, которая недавно жила с Макгинти, но добавил также, что никакой полезной информации она не даст.

– Тут определенный тип менталитета, – сказал он, – как у самой девушки, так и у ее семьи. Для такого менталитета пятнадцать лет – самое время обзавестись мужчиной. Если он ее кормит, обеспечивает крышу над головой, может, покупает ей туфли время от времени, то ничего другого от него и не ждут. А если у него есть запас наркотиков для всех членов ее семьи, и того лучше. Это совсем другое мышление, вы к такому не привыкли.

– На Севере таких тоже полно, – сказал ему Демарко. – Но главное в том, что все это не имеет никакого отношения к делу в церкви. Вы разбирайтесь с настоящим, а мы – с прошлым. Я хочу лишь выяснить, не говорил ли ей Макгинти ничего про это.

– Удачи вам с этим, – сказал шериф. – Я просто сомневаюсь, что Макгинти поделился бы такой информацией с кем-то, кроме своего брата. Если у него вообще есть чем поделиться. Конечно, вы можете попробовать, но я считаю, что в итоге вам это ничего не даст. Может, даже запутает.

На обратном пути в Абердин Джейми задала вопрос, который уже вертелся в голове Демарко.

– Возможно ли, что Висенте подбросил скелеты, чтобы обвинить Ройса? Стоит ли вообще рассматривать эту идею?

– Ты читаешь мои мысли, – ответил Демарко. Последние пятнадцать минут он наблюдал за деревьями через пассажирское окно. Ему нравилась вся эта зелень и широкие голубые просторы над головой. Дорога для него была слишком ровной – ни одного подъема на горизонте, но зато много солнца и нет людей, поэтому человек может спокойно проводить деньки, блуждая по вытоптанной или травянистой тропинке.

– Первый вопрос, – сказал он, – мог ли Висенте вообще знать о фальшивой стене. Откуда? Он тогда еще не жил в Абердине. И не посещал эту церковь. Он жил в другом месте.

– Хорошо, – сказала Джейми. – А второй вопрос есть?

– Даже если он знал, смог бы он так поступить? Конечно, его взбесили, но это совсем не то, что подкидывать трупы. Трупы молодых девушек, которых сначала надо было схватить на улице…

– Или уговорить пойти с ним.

– Или уговорить, – согласился Демарко. – И не только тела, но и скелеты. Скелеты, которые, по словам Хойла, были тщательно очищены от плоти. Задумайся над этим. Подумай, что за человек мог бы это сделать.

– Ненормальный, – сказала она. – Очень, очень ненормальный.

– Понадобится уединенное место, чтобы провернуть подобное. Баки. Ванные. Как минимум пятидесятигаллонный бочонок.

– Джеффри Дамер хранил тела в холодильнике и морозилке. По баночкам раскладывал мозги и гениталии. И все это в городской квартирке.

– Но на костях девушек нет никаких порезов. Конечности не были отрезаны. Наш парень сохранил тела в целости, пока кости не развалились.

– И к чему ты клонишь? – спросила она. – Что он обращался с телами с… каким-то странным почтением или типа того?

– Кто его знает? – сказал он. – Может, он, наоборот, был слишком брезглив, чтобы разрезать их на куски, поэтому просто сбросил их в чан. Или закопал на некоторое время, а потом всех выкопал. Объяснение может быть как ситуативным, так и психологическим.

Она нахмурилась и немного почмокала губами.

– Что мы можем знать наверняка? – спросил он ее. – С психологической точки зрения.

– Наверняка? Немного. Когда дело доходит до такого рода безумия, вариантов бесконечное множество. Корни обычного убийства лежат практически на поверхности; как только действующие лица будут идентифицированы, мотивы и причины понять довольно просто. А вот корни серийного убийцы, которые ведут к его или ее сумасшествию, проследить гораздо труднее.

– Но ведь есть же шаблон? Основные черты серийного убийцы?

– Есть триада Макдональдов, – сказала она. – Там говорится, что поведенческие характеристики предсказывают особую склонность к насилию. Жестокость по отношению к животным, недержание и одержимость поджогами. Но эта теория далеко не общепринятая.

– Ну да, к тому же никто не ведет базу данных о тех, кто мочится в постель, – сказал он.